Чтение онлайн

– Я разочарован. Я почему-то запомнил тебя изворотливой девчонкой. Как ты высидела на одном месте целых пять лет?

– Меня все устраивало. Кормят, учат, не мешают работать…– я просматривала параллельно записи докладчиков. Но, выехав из Ямато, обозы появились в полном составе на границе. Чтобы через два дня закончиться. Или обозы были очень маленькие, или люди очень прожорливые. – Надо сверить количество отправленных продуктов с полученными.

Кейджи усмехнулся:

– А то я не догадался. Мне дали списки. Есть списки отправленного. Но по прибытию на границу никто обозы не проверял. А количество повозок совпадает.

– Ха. Тогда виноват принимающий обозы. Если он увел часть товара, он заслуживает наказания, если просто не досмотрел и доверился обозчикам – дурак, не позаботившийся о своих воинах.

– Быстрое решение, – хмыкнул Кейджи, взял свиток ткани, кисточку и мастерски что-то написал. – Подойдет. Отдай это брату моему. Он как раз ждет решения по вопросу.

– Может не надо их с матерью провоцировать? Я понимаю, тебе нравиться их дразнить…, – Неужели, для Кейджи я только способ побесить брата?

– Сам отдам! Прибери тут все! – Кейджи вырвал свиток из моих рук и ушел.

– Я что служанка?! – возмутилась, но записи собрала, отсортировала и разложила в алфавитном порядке. Оказалось, что их еще надо было отнести в хранилище документов, но об этом я узнала только на следующий день.

Император

Мои прекрасные наложницы опять сцепились во время прогулки. Женские крики так и стоят в голове. Наблюдать за ними было забавно. Одна пыталась выцарапать глаза другой. Всего лишь из–за того, что ночь я провел не с женой, а один. Предоставив разбираться с этим Нироюки, я вернулся к изучению документов. Абсолютно не отдохнувший.

Ночь я провел без сна. Стоило закрыть глаза: и меня окружала стена огня, сверху падала горящая крыша. Я не мог пошевелиться. А отец, безуспешно звавший на помощь, опять погибал в огне. Кошмары пятилетней давности вернулись. Вместе с нелепой странной девчонкой. Которую стоило убить сразу после похорон отца.

Чего добивается Кей? Опять пытается вывести меня из себя? Мы никогда не спорили с ним из-за женщин. Но постоянное соперничество между нами накладывало отпечаток на любое действие. Так повелось с детства. Кейджи во всем пытался стать лучшим. И часто у него это получалось. Он лучше меня сражался на мечах, больше знал. Даже учителя считали его умнее наследного принца. Победить меня он не мог только в одном: я всегда останусь старше.

После разговора с братом стало только хуже. Он наотрез отказался отослать наложницу. И это несмотря на уговоры матери.

Несколько раз вдовствующая императрица уже просила меня воздействовать на брата. Она каждый день волком воет, чтобы выставили девчонку. Один ее вид, как и мне, напоминает матери об отце. И об ошибке, что она совершила пять лет назад, пощадив девчонку.

Сестра ходит голодной львицей. В последний раз она заявила, что девчонка её унизила. Толи не поклонилась, толи не поздоровалась. Преступное неуважение. Но, зная сестру, унижает ее само присутствие безродной во дворце. А ведь я сам лишил её род положения.

И правильно сделал.

Поиграет и выбросит.

Я решительно вернулся к документам. В восточной провинции было неспокойно. Хорошо, что их сосед был моим союзником, и мятеж удастся подавить в кротчайшие сроки. Я смогу решить этот конфликт без вмешательства Сегуната. Власть Тоношено слишком сильна. Если так и дальше пойдет, скоро император будет только игрушкой в руках самураев.

Взял пару свитков и отправился к Хоши – моей первой наложнице. Пострадавшую в бою необходимо утешить и попросить написать письмо отцу, чтобы выслал отряды для подавления недовольных.

***

Примечание:

Фудзивара Даичи – великое несгибаемое дерево глицинии в поле.

Ёко забежала в мою комнату с криком: «император». Но вместо императора зашел Кейджи.

– Она у тебя ненормальная?

– Ты чего так рано? Ёко, накрой завтрак, – потом вспомнила про приличия. Поклонилась и сказала. – Истинного пути, Кейджи–сан.

Я только приступила к утреннему умыванию. Полагалось омыть лицо розовой водой, почистить зубы бамбуковой палочкой, затем одеться. Пока же я накинула домашнее кимоно поверх нательной рубашки. Гость отмахнулся и никаких стеснений не испытывал.

– Мне жена мозг выела. К тебе ревнует. Надо бы ее успокоить. Ты же женщина, посоветуй, что делать?

– Я уже пыталась ее успокоить, – буркнула. – Подари ей что–нибудь. Мы любим внимание и подарки. Например: цветы.

– Цветы? – В голосе Кейджи прозвучало сомнение. – Как на похоронах?

– Что? – я зашла за ширму, перевязала домашнее кимоно поприличней. Вспомнила, что цветы в Ямато преподносили умершим. Каждая композиция имела свое, определенное значение: благость на небесах, покой, печаль, хорошего пищеварения на том свете. После смерти буддийские монахи посмертно отпевали грехи ушедшего и с почестями сжигали. Считалось, что огонь, смешанный с ароматом цветов, уносит душу в нирвану. Остатки не прогоревших костей закапывали на небольшом кладбище у города. – Нет, лучше украшение или вещь. Можешь что-то сам сделать.

– Лучше я украшение куплю.

– Еще можешь просто с ней провести день.

– Весь?

– Весь.

– Мне с украшением идея больше нравится.

Ёко уже убрала татами и расставляла на столике тарелочки с гренками и яичницей. Бекон заменили маленькие колбаски.

– Как ты умудрился на двоюродной сестре жениться?

– Она мне не сестра! Мэйко – моя бабушка, на, самом деле, её тётя. То есть, фактически, мы вообще не родственники.

– Как все запутанно…

– Да ладно! Вот мой дед был женат на Мори Мэй, у них не было детей. И тогда он женился на третьей дочери клана Накадзима. И их сын, мой дядя, когда вырос, взял в жены сестру Мори Мэй. Фактически свою двоюродную бабушку.

Я в ужасе уставилась на него.

Кейджи сложил ворох тканевых свитков возле стола.

– Если будет время, перепроверь отчеты по строительству школы. Ватару извивается, как может, но строительство почти встало. Даичи отказывается выделять дополнительные средства. Все идет на дворец.

– Думаешь, Ватару крадет? Может, и по дворцу проверить?

Кейджи поморщился.

– Нет, конечно. Он главный ученый императора. Не будет он врать или красть. К тому же он горой стоит за школу и больницу. Увлечен этим вопрос сильно.

Мое отношение к Ватару скатилось с восхищения в бескрайнее дно, поэтому я скривилась и пообещала:

– Непременно нарою кучу компромата! Гаденыш не уйдет безнаказанным, – собеседник понимающе кивнул.

– Я разослал ориентировки в Чосон. Через пару недель должны дать ответ по твоей матери.

Мы быстренько уплетали завтрак. Мне почему-то казалось, что Кейджи будет следить за моей семьей. Мы расстались как настоящие брат и сестра. Но служба на границе, а потом свадьба сместили круг интересов детского друга.