Чтение онлайн

Стоит отметить, что упомянутый торт «Киевский» в эти времена котировался на уровне банки с черной икрой или даже чуть выше, и неизвестно, что легче было достать. Выпускался этот шедевр только в одноименном городе-герое, и купить его за пределами Киевской области было практически невозможно ни по какой цене. Что не помешало ему стать настоящим культовым предметом, с которым не стыдно заглянуть в министерство, чтобы выбить редкую или нужную партию оборудования или дефицитных «товаров народного потребления».

Киевские кондитеры строго следили за своей монополией, и даже соседние области Украинской ССР были обделены правом выпускать этот «шедевр».

За всё детство и юношество удалось попробовать его лишь однажды, когда дальний родственник летел из Ивано-Франковска с пересадкой в Киеве и специально купил для нас. Картина маслом (сливочным): приземляется самолет, и каждый второй выходящий пассажир, вне зависимости от пола, возраста и количества ручной клади, увешан киевским тортом и не одним.

В общем, вечер удался на славу. Единственное разочарование – рассмотрев, наконец, при нормальном освещении загадочную Татьяну, был вынужден признать, что не совсем она в моем вкусе. Смазливая на личико, но фигурка несколько тяжеловатая. И если сейчас она смотрится вполне аппетитно, учитывая нынешнюю моду на естественную красоту, то мне, привыкшему к моделям-вешалкам на подиумах, сразу представляются ужасы целлюлита на ней лет через двадцать. Вынужден признать, что вкус мой безнадежно испорчен в далеком будущем и естественная природная комплекция не вызывает особого восторга. Стройные и подтянутые нравятся больше, хотя казалось бы, какое мне дело какая она будет через двадцать лет, а головной вычислитель уже отфотошопил и выдал картинку, испортив все впечатление. Интересно, что сказал бы дедушка Фрейд о таком выверте психики в голове попаданца?

С другой стороны, оно и к лучшему. Не очень понятно зачем мне эти «романтические» приключения – не иначе от недостатка общения и информационного голода. Я даже газеты местные прочитал уже все от корки до корки, точнее пролистал – читать это добровольно и без принуждения практически невозможно. Будни доярок, комбайнеров, передовиков, сдобренные сводками о собранном, обмолоченном и заготовленном.

Ни радио, ни телевиденья и даже книг нет – налицо острая информационная недостаточность. Поначалу это не чувствовалось, сказывалась новизна впечатлений и калейдоскоп событий, переездов, встреч и знакомств – сейчас же проявилось. Интересно и забавно общаться со школьными друзьями, но все время приходится себя контролировать, чтобы не ляпнуть чего лишнего. И все равно парни интуитивно чувствуют, что я изменился – даже отношение поменялось с дружеского и панибратского, на какое-то уважительно-почтительное. И ничего поделать с этим нельзя – психотип мой никак не соответствует пятнадцати годам, и скрыть это при длительном тесном общении невозможно. Именно из-за этого и тянет меня к студенткам, а вовсе не из-за избытка гормонов. Общаться с теми, кто меня раньше не знал и немного взрослее – все же легче.

Не обошлось без проколов, как ни старался. И опять на музыке спалился.

– Мохнатый шмель…

Такое ощущение, что гитару в руки мне брать противопоказано – обязательно что-нибудь не то выдам.

Выбрал вроде бы нейтральное и политкорректное, на все времена – песню из кинофильма Эльдара Рязанова.

Произвел впечатление, одним словом. Довольный и сытый, в окружении восторженных поклонниц, надеюсь. Но ровно до того момента, как кто-то не поинтересовался.

– Откуда такая замечательная песня.

Я и ляпнул, не подумавши:

– Из кинофильма «Жестокий романс». Разве не помните, Михалков поет для Ларисы Гузеевой.

Настороженная тишина в ответ.

– А кто такая Лариса Гузеева?

Вот тут меня и проняло.

– Это молодая актриса из нового фильма Эльдара Рязанова, по мотивам пьесы Островского «Бесприданница». Я летом в Киеве на премьерном показе был.

Что тут началось! Шкал возмущения и негодования, что до нас новые фильмы доходят с огромным опозданием, а в столицах все давно уже посмотрели!

Пришлось пересказывать содержание, описывать актеров и даже цитировать по памяти перлы типа: «Как же ему можно не верить! Если не ему, то кому же?». Короче, выпотрошили меня профессионально, даже что не знал, вспомнил.

Или мне память изменяет или в другой реальности оказался, но «Жестокий романс» в 1984 году точно уже на экранах шел. Может, он в конце года вышел в прокат или вообще в следующем сезоне?

Спасло меня появление незнакомой девушки:

– Валька настучала начальству, что у вас гулянка в комнате. Сейчас Васильич заявится!

Не успела она это произнести, как в дверях появилась гроза распутных студенток Виктор Васильевич собственной персоной в сопровождении, по всей видимости, той самой Вальки – кляузницы.

– Беспорядки нарушаем! – попытался взять нахрапом, но внезапно осекся, обнаружив вполне пристойную картину и полное отсутствие половозрелых особей мужского пола.

После чего, неожиданно для всех, поздоровался со мной за руку:

– Здравствуй, Александр, – и, повернувшись к ошарашенной стукачке-активистке, угрожающе произнес. – Валентина, ты когда-нибудь, дошуткуешься. Ох, дождесся ты у меня.

– Так вот же он, – попыталась оправдаться Валька, но осознав, что один школьник и чайник на столе никак не тянут на оргию, быстро исчезла за входной занавеской.

– Время позднее, через десять минут закругляемся. И, да, забыл поблагодарить за помощь, если бы не ты, так и мучились на подборках. Петр Иосифович сказал, что это целиком твоя инициатива была. Так, что заглядывай и к нам в гости, если идеи новые появятся, обсудим.

– Это вы о чем, Викт Васич, – тут же заинтересовалась подозрительная Оленька. Её бы следователем работать.

После того, как начальство скрылось за дверью, язва тут же взяла меня в оборот:

– Талисман, говоришь? – прищурившись и уперев руки в боки, надвинулась на меня аппетитной гру… не важно, чем надвинулась.

– Удача – она девица не постоянная. Сам не сделаешь – от неё не дождешься, – попытался я пополнить русский народный фольклор пословицей собственного сочинения.

– Я вообще ради вас старался, а мне за это вместо спасибо и поцелуев предъявы какие-то, – попытался перейти в наступление, но к сожалению, неудачное.

Молчавшая весь вечер Галка, встряла совершенно не к месту:

– Саша, а ты ещё шашлыком нас угощать будешь? Очень вкусный, так хочется, что сил никаких нет.

– Какой шашлык? Это же Ванька.., – и разъяренной кошкой попыталась наброситься на..то место, где я стоял ещё секунду назад.

– Всем пока, до завтра! Оленька тебе отдельное чмоки! – это уже из-за двери прощаюсь, во избежание так сказать.