Чтение онлайн

Вечером накануне прибытия в Нью-Йорк я заполнил все таможенные формуляры. Мы легко проходили по категории свободного от таможенных пошлин въезда в страну, но Вельма слегка нервничала.

– Милый, утром нам нужно будет только сойти с корабля и все?

– Почти. Вечером мы выставим наши чемоданы в коридор у двери, чтобы их заранее отнесли к выходу. В субботу утром, пока багаж повезут на берег, мы пройдем иммиграционный контроль. Нас спросят, являемся ли мы американскими гражданами, и все. В случае необходимости я покажу для идентификации кредитку Артура, а ты покажешь им свой офисный пропуск. Потом мы получим въездные талоны и отправимся на берег. У причала нас будут ждать таможенники. Мы покажем им, что купили на Багамах, и поедем домой.

– На словах все кажется просто. Дорогой, а как с теми духами, что Ар… что ты мне купил? Я должна их декларировать? Я даже не открыла коробку.

– Нет. Даже если на таможне не поверят, что их купили здесь, и потребуют взглянуть на них, мы все равно не превышаем допустимые нормы. Таможня не причинит нам проблем. Ведь мы не контрабандисты.

Утро субботы выдалось солнечным и ярким. После раннего завтрака мы вышли на палубу посмотреть, как корабль будет медленно заходить в гавань Нью-Йорка. Вельма по-прежнему была слегка напряжена, но с иммиграцией никаких проблем действительно не возникло. Нам проштамповали паспорта, и мы двинулись вниз по трапу. Я нес маленькую сумочку Вельмы с туалетными принадлежностями.

– Таможня нас обыщет? – прошептала она. – Нас разденут, как показывают по телевизору?

– Не глупи, Вельма. Покажешь им вещи, которые мы задекларировали. Они лежат в соломенной сумке, которую ты несешь. Единственное, что они могут сделать, это осмотреть наш багаж.

Вельма протянула мне подарок мужа.

– Дорогой, я… а что делать с этим?

– Дорогая, перестань трястись. Я же тебе уже говорил: если спросят, скажешь, что его тебе подарили здесь в прошлую субботу. Если они решат, что мы купили его в Нассау, просто внесем его в декларацию, и дело с концом.

– Фрэнк, это не духи.

– Черт побери, следи за тем, как ты меня называешь, – сердито прошептал я в ответ. – А что там? – Я взвесил пакет, он не был тяжелым.

– Я… я минут двадцать назад немного надорвала оберточную бумагу, чтобы посмотреть, какие духи он купил, и… Дорогой, сам посмотри.

Я повернул маленький сверток надорванной стороной к себе и замер как вкопанный. Я увидел зелень… Тугие пачки двадцатидолларовых купюр.

Люди за нами продолжали спускаться по трапу. Я сунул сверток в карман плаща и сжал руку Вельмы.

– Откуда они?

– Не знаю. Я только надорвала обертку и… О, Фр… что нам теперь делать?

Я пристально посмотрел на Вельму. Она ответила мне своим безнадежно наивным детским взглядом.

– Клянусь, – прошептала она, – я никогда не знала, что у него есть деньги. Дорогой, что мы будем делать?

Я заставил себя улыбнуться.

– Расслабься и забудь об этом. Веди себя естественно. Пока он полежит у меня в кармане. Когда начнем проходить таможню, рассую деньги по карманам так, чтобы они не торчали. Вельма, ничего страшного. Шансы, что таможенники не полезут проверять мои карманы, намного выше, чем наоборот.

Мы медленно спускались по трапу. Неожиданно у нас на пути выросли двое здоровяков. Я догадался, что они из полиции, еще до того, как один из них показал жетон и спросил:

– Мистер Артур Харпер?

– Да. В чем дело? – резко спросил я и все понял, едва слова слетели с моих уст.

Второй детектив изумленно покачал головой.

– Вы, должно быть, совсем спятили. Вы украли у своего босса пятьдесят тысяч, и у вас хватило наглости вернуться в Нью-Йорк…

– Вчера мне приснился удивительный сон, – начал Николс. – Моя ракета приземлилась на Луне. Вокруг собралась толпа каких-то тварей размером со слона с крыльями, которым не терпелось пообедать мной. Конечно, я понимал, что это всего лишь сон, но он был таким реальным, что я проснулся от страха.

– Я знал человека, – задумчиво сказал Моркс, – которому снились куда более удивительные сны. Они пугали не только его, но и его жену, а напугать ее было нелегко. В конце концов она бросила его.

– Я вновь уснул, – продолжил Николс. – Теперь мне приснилось, что я нашел сокровища капитана Кидда. Деньги были такими реальными, что было слышно, как они звенят, когда падают на землю.

– Деньги, которые снились моему другу, – вставил Моркс, – можно было тратить.

Николс покраснел от гнева. Он решил не обращать внимания на назойливого Моркса.

– Жаль, что мне не приснилась красивая женщина, – улыбнулся он. – Она бы…

– Когда моему другу приснилась красивая девушка, – с невозмутимым видом сказал Моркс, – ее можно было не только видеть, но и потрогать.

Николс побагровел от злости. Все смот­рели на Марчисона Моркса. Он уселся в кресло в клубе и задумчиво уставился в окно. Потом обвел отсутствующим взглядом комнату и сказал:

– Наверное, мне следует объясниться, – вежливо начал он, – чтобы никто не думал, будто я преувеличиваю.

И он начал свой рассказ…

– Моего друга звали Вим, Вилфред Вим. Невысокий мужчина, дружелюбный, с приятным голосом. Одна женщина однажды даже сказала, что у него красивые глаза. Он был тихоней и подкаблучником.

Вим был бухгалтером. Зарабатывал он прилично. Все деньги его супруга – ее звали Генриетта – тратила на себя с такой же скоростью, с какой он их зарабатывал. Профессия у него скучная, наверное, поэтому он так любил сны. Позже он мне объяснил, что они поражали его реальностью. Он путешествовал по другим странам, встречался с интересными людьми и делал такое, о чем жена запрещала ему даже думать.

Вскоре после переезда в Джерси сны Вилфреда Вима обрели фантастическую реальность. Его дом располагался в сотне метров от радиостанции с очень мощным передатчиком. Воздух был насыщен энергетическими волнами и разными излучениями. Дело доходило до того, что чугунная собака на лужайке перед домом могла спеть песенку или прочитать новости.

В один прекрасный летний день я сидел в парке и наблюдал за лебедями. Мимо проследовал мрачный Вилфред. Увидев меня, он сел рядом.

– Моркс, вы когда-нибудь слышали о таком реальном сне, чтобы его, черт побери, видели другие люди?