Чтение онлайн

Поразмыслив, он бросил взгляд на курсанта, затем прикрыл глаза и откинулся в кресле.

– Отказано. Изменить последний период работы. Отправная точка изменения – этот варварский «Гроб-Назар». Заблокировать изначальный вариант на ментальном уровне.

Не отражая эмоций, подчинённый повернулся к монитору и начал ввод. Манипуляторы, которые до этого были готовы войти в мозг напрямую, вернулись в пространство над потолком.

«Бесчувственный автоматон с биооболочкой – великолепный образец работника ККВД» – пронеслось в голове колкома.

– Вживите объекту чип модели БО-М2 и установите межпространственный канал связи.

Последовала любимая им театральная пауза, и после неё он перешёл на шёпот:

– Посмотрим, как вы раскроете свой потенциал, специалист четвёртого ранга Генри Данлоп.

С самого детства я видел эти расклеенные агитационные постеры, разлетающиеся от порыва ветра флаеры, раздаваемые подростками, рекламы и телепередачи. Всё вокруг меня кричало о гордости Союза, лучших воинах известного космоса.

Всё вокруг ещё с детства готовило меня и тысячи других детей ко вступлению в Колониальную Пехоту.

Но что-то я забегаю вперёд.

***

Средний класс в Колониальном Союзе проживает относительно неплохо, если это касается городов, которые в народе прочно закрепились как «муравейники». Они имеют квартирки, дома, со всеми вытекающими удобствами и возможностями. Небоскрёбы позволяют держать свой транспорт на любом необходимом этаже – гараж при каждом небоскрёбе состоял из тысяч подъёмных платформ, каждая из которых, по сути, являлась чьим-то парковочным местом. Зачем так круто? Да потому что магистрали тоже были многоэтажными. Самая большая находилась на Старой Терре, и состояла из ста восьмидесяти идентичных дорог с расстоянием в четыре метра между каждой. Однажды в детстве видел картинку - не поверил.

Большая часть городской инфраструктуры была в воздухе, на антигравах. Кроме муниципальной и прочей, что как-то была связана с правительством – те придерживались классических догмат о крепком фундаменте в матушке-земле, да и относительно регулярные падения зданий одно на другое сильно играли им на руку.

Вот только налог, которым облагалось здание, построенное на земле, да и приобретение этой земли были с таким количеством нулей, что налог на занятие воздушного пространства уже не казался сильно опустошающим. Хотя им и являлся.

Жить в «муравейнике», если верить официальной статистике, которую ежегодно крутили по телевизору, могли себе позволить только 34 процента населения Колониального Союза. Это не считалось чем-то элитным, не провоцировало притеснений. Хотя конфликты, которые пытались разжечь те, кто жил за стенами «муравейников», имели регулярный характер, несмотря на работу полиции.

Откуда я это знаю? Я целых два месяца прожил в «муравейнике»! За шестьдесят один день до прибытия на службу, правда...

А вот до этих двух роковых месяцев я жил за стенами, там, где живёт большая часть населения людских планет.

На Фронтире.

Так называют деревни, анклавы, племена, пещеры, подземные и надземные комплексы, лагеря, и так далее по списку. В общем, всё, где люди могут кое-как жить. Но не сравнивайте Фронтир с легендарным Диким Западом со Старой Терры – у нас не настолько запущенный случай. Скорее, просто захолустье.

В принципе, на Фронтире можно прожить всю свою жизнь, ничего не обрести и не потерять. Не сделать себе лучше или хуже.

Зато за пушки тут хватаются чаще, чем заводчане, которые эти пушки, собственно, делают.

Главной тому причиной являлись мутанты и агрессивная фауна – всё меняется от планеты к планете, но общая идея, в принципе, не различается. Люди поголовно входили в ополчение для защиты самих себя в более-менее организованном виде. Проходили уже, когда каждый играл сам за себя. Выживших не было.

Из-за сильных ограничений на владение оружием, максимумом было иметь два пистолета и длинноствол на совершеннолетнего мужчину. И то, для этого нужно было отслужить, получить тонну-другую разрешений-предписаний-заключений, ежемесячно проверяться в ближайшем Оружейном Жилом Управлении. Плюс само оружие продаёт только завод-производитель или даже государство. Если в первом были заоблачные цены, то у вторых было настолько устаревшее, что можно было найти на нём серийный номер времён Эпохи Протоэкспансии. Правда, шанс, что оно не рассыпалось в прах, был жутко низкий.

Потому оружие старались хранить и передавать в поколениях. Иначе семья оставалась без возможности защититься или начинала промышлять нелегалом. Оба варианта не в почёте.

***

– Генри, мышь твою под дизельный грузак, где ты ворочаешь свои полужопия? – донесся хриплый голос из недр подвала. Следом за ним последовал грохот и звон битого стекла. – Бегом сюда, долбоклюй!

– Иду, босс! – бросил я, вяло перемещая ноги по пыльному бетону. После пары шагов я понял, что путь предстоит тяжёлый. До этого я сидел в тени грузовика-континентальника, но сейчас без зазрения совести открывал свою шею и руки грёбаным лучам. Знойное солнце жгло практически насквозь. Я должен был пройти десять метров по солнцу, чтобы добраться до подвала, в котором матерился мой наниматель и напарник. Честно скажу - никакого желания у меня не было. Но те креды, которые я получал за день работы, позволяли мне не питаться аварийными брикетами питательной смеси двадцатилетней давности. Или не питаться вообще - я крайне не любил даже взглядом касаться этой зернистой дряни цвета детской неожиданности.

– Тащи свои грабли сюда, иначе я проштыряю тебе гузно своим третьим средним пальцем! – прорычал босс, который, несмотря на свои угрозы, был по женщинам. И слава Союзу.

Я собрал все свои силы в кулак, помотал головой, разгоняя рябь перед глазами, и рванул к подвалу. Лучи солнца, как бешеные собаки, начали цепляться за всё, что было оголено, и нещадно нагревать до золотистой корочки. Каждый мой удар ступни о бетон поднимал клубы пыли, которые так и оседали в воздухе, потому что, спасибо метеоспутникам «муравьишек», ветра сегодня не планируется. «Плантации и биофермы города нуждаются в натуральном свете», блин. Тьфу на вас.

Финальный рывок, и мои ступни в ботинках касаются третьей ступени. Ещё один, и вот я на полу, внутри. Вдалеке от «натурального света».

Мой босс был взят в плен без возможности самостоятельной эвакуации. И, судя по всему, мне предстоит его спасать.

Коробки со стеклянной и фарфоровой утварью, и прочим хрупким хламом – серьёзный противник в борьбе не на жизнь, а на смерть.

– Что встал, как петух поутру? Сними с меня этот мусор! – рявкнул мужик, смачно сплёвывая в мою сторону.

– Да-да, сейчас сделаю, босс. – пробурчал я, принимаясь возвращать коробки на поддон.

Моим боссом была жертва эксперимента по наделению животных разумом, самый жирный хряк прямоходящий. Он же мистер Брендан Диал, владелец и единственный квалифицированный водитель транспортной компании «Диал и Путчер». Название дурацкое. Как и владельцы, собственно.

Когда последний ящик с осколками товаров вернулся на место, мой босс, кряхтя и смешно помахивая обеими руками, повернулся на живот, сопровождая это хриплым «Ой-ой-ой-ой-ой». Последнее показывало, что это не входило в его планы.