Чтение онлайн

– Ладно, идём. И так нарыбачил сегодня неплохо.

Кстати, на сеть я ловил чтобы меня не поймали, это было запрещено без лицензии, которой у меня не было, особенно в нерест. Я потому и сеть держал в вещмешке чтобы не попалили, и доставал на месте, где забрасывал её, потом мокрый вещмешок обратно уносил. Завтра ещё по ловлю, надо вторую бочку заполнить. Зря что ли я их готовил, соль закупал, всё остальное делал? Сейчас же свернув снасти, а я на две удочки ловил, и когда поднимал вторую, неожиданно обнаружил на крючке краснопёрку. Вот ведь, поплавок стоял не шелохнувшись. Однако обнаружив что крючок зацепил ту за брюхо, удивляться перестал, случайно зацепил, у меня такое уже разок бывало, ещё когда в Кожанке жил. Так что прихватив ведро, снасти и самодельную скамейку, доску обитую кожей, в общем, мягкую сидушку, ставишь на ведро и сидишь как на стуле, я направился обратно к своему дому в сопровождении сотрудников НКВД. Кстати, прикормку и банку с червями забрал, воду из ведра слил и внутрь убрал.

У дома обнаружилась самая обычная чёрная «эмка». К слову, других и не бывает, даже в армии они чёрные. Думаю, когда дойдёт что маскировка — это ценная вещь, и их перекрасят в цвет хаки, немало таких легковушек сожгут на дорогах немецкие истребители. Оставив гостей у машины, я прошёл во двор, где стал убирать снасти, сеть снял с верёвки и тоже занёс в амбар. Выглянувшая Тося спросила с тревогой:

– Снова в Кремль?

– Похоже. Приготовь мой выходной костюм, - передовая ей добычу с уловом, вечером пожарит, обваляв в муке, велел я.

– Уже сделала, как отправила этих на речку.

– Хорошо. Сейчас окачусь в бочке в огороде и зайду.

Сделав дела и помывшись, сбить запах рыбы хотел, я прошёл дом. Там быстро переоделся в выходной костюм, очень хороший московский портной шил, на пиджаке все честно заработанные награды, после чего поцеловав жену и дочь, покинул дом и сел в машину. Один сотрудник рядом, второй спереди у водителя. Двигались мы не торопливо, похоже был приказ доставить к определённому времени, и мы вполне успевали. Дальше снова въезд на территорию Кремля, проверка пропуска, и оставив машину на стоянке, сопроводили к тому же входу. Новая проверка, быстро обыскали, стандартная процедура, и сопроводили в приёмную Сталина. Честно сказать, сомнения у меня были, может к Берии вызвали, но видно, что Сталин выполнял своё обещание, прикрыл от всех, и если я даже кого интересовал, те этого не показывали. А вот реорганизация в армии шла весь год, газеты я читал, а там об этом писали. Немало командиров слетело со своих постов. Ворошилову досталось, снять его сняли, но поручили заниматься интендантскими делами. Тот стал главным тыловиком РККА. Я уже поставил крест на этой службе. Хотя если ему дали крепких и опытных замов, может быть трагедия будет не такой большой.

Что странно, вечер к восьми часам подходит, а приёмная пуста, никого не было. А ведь рабочий день, сегодня у нас среда была, должен тут люд быть, но видимо отменили встречи. Надеюсь это не связанно со мной. Сам я слегка проголодался, всё же обедал давненько, да полдничал крупным прошлогодним яблоком, который с собой прихватил, когда отправился на обычную рыбалку с удилищем. Пища у нас в принципе обычная была, из-за дочки кашки молочные, я этих каш за последний год на всю жизнь наелся. А жена старается готовить их, иначе дочка начинает канючить и ныть чтобы ей дали то что мы едим. Говорить ещё не умеет, так, пару слов, мама, папа, и дай, а уже пытается играть на нервах и дрессировать нас слезами. Не получается, и жене не даю. Мои размышления были прерваны бессменным секретарём хозяина нашей страны, который пригласил меня проходить в кабинет. Я думал Сталин один будет, при мне за эти полчаса никто не заходил, но нет, в кабинете кроме него было два маршала, Шапошников и Буденный, а также Берия. Небольшой круг для совещания меня насторожил, так что пройдя, я вежливо со всеми поздоровался. Не в армии чай, можно и отойти от уставов.

– Проходите, товарищ Некрасов. Мы хотим задать вам несколько вопросов, - сказал Сталин.

– По теме нашего пари?
– уточнил я.

Остальные заинтересовались, и хотя мы со Сталиным секрета из этого не делали, бумаги на пари оформлял секретарь, был ещё один свидетель из местных, но видимо маршалы об этом не знали, приняв тогда предложение за шутку. Впрочем, Сталин не шутил, когда принял пари, а был вполне серьёзен. А вот Берия похоже был в курсе, сидел довольный, глазами лишь сверкал. Пенсне у него не было. Сталин улыбнулся и уточнил:

– Да, это именно то что вы подумали. Присаживайтесь.

Не чинясь я подошёл к столу, и отодвинув стул сел рядом с Будённым, вопросительно глядя на хозяина кабинета. Вопросы стал задавать не он, а Шапошников:

– Скажите, товарищ Некрасов…

– Можно Юрием, товарищ маршал, разница в возрасте вам вполне позволяет там ко мне обращаться. Тем более я человек чисто гражданский.

– Чисто гражданский столько наград не заработает, - сказал Шапошников. – Вопрос по скорой войне. Приходит много разведданных, что она начнётся в этом году, но точный день нападения выяснить не удалось, слишком много разных дат, что больше похоже на дезинформацию.

Когда маршал замолчал, я понял, что вопрос тот задал и от меня ожидают ответа. Честно скажу, меня слегка шокировало то, что меня вообще вызвали и вот так интересуются. Ну было у нас пари со Сталиным, это же не повод меня вызвать и как гадалку спрашивать, а правда ли война будет? Или нет? Они меня что, за предсказателя принимают? Я прямо так и сказал:

– Я не предсказатель, вы меня с кем-то спутали. Условия пари были мной проанализированы с военной и гражданской точки зрения, я сопоставил факты, собрал все известные сведенья, обдумал их и пришёл к такому выводу, что война начнётся именно в этом году. Не надо меня за оракула считать.

– Но когда она начнётся? Уже месяц мы не можем получить точных данных.

– Давайте подумаем. Раз по разведывательным сведеньям дат разные, значит немцы и сами точной даты не знают, только предположительную. Её легко опознать, в получаемых сведеньях самая часто встречаемая дата, она и есть.

– Семнадцатое мая, - прошептал Шапошников, но его все услышали, видимо тот и сам дошёл до таких мыслей, раз знал нужную дату.

– Пусть семнадцатое мая. Если война в этот день не начнётся, а дата идеальная для нападения, всё лето впереди, воюй не хочу, ни слякоти осенней, ни морозов зимних, то значит немцы сами вынуждены были перенести дату нападения на более поздний срок. Причин может быть множество, но я считал несколько самых близких к реальности. Не успели части подкинуть что будут участвовать в наступлении, или боеприпасов и топлива не хватает. Думаю, последнее самое актуальное, немцы педанты и подсчитали что и сколько им нужно для летней компании против нашей страны. Так вот, если семнадцатого нападения не будет, значит дату перенесли на более поздний срок, думаю это середина июня, край конец месяца, не больше, иначе вообще придётся переносить нападение на следующий год, на весну.

– Хм, неплохо вы анализируете по скудным сведеньям, - кивнул Шапошников.
– А можете описать как сама война будет идти?

– Не буду. Мне мой мотоцикл дорог. А если я буду описывать, то я точно пари проиграю. Вы измените всё, потерь будет меньше, в результате изменение хода войны в нашу пользу, а я останутся без мотоцикла.

Будённый с силой громко ударил ладонью по столешнице и рявкнул:

– Ты смотри какой собственник и единоличник?! Тут наши парни гибнуть будут, а он всё о своём мотоцикле беспокоится!

– И о машине, что точно выиграю. Да, я собственник, и ничуть этого не скрываю. Характер у меня такой и его не изменить. Что моё, то моё. Я и бойцов на фронте также учил, убил лично финна, всё с него твоё. Право трофея священно. Только документы финские сдаёт для отчётности и всё. Жаль, что командиры меня не поддерживали и называли это мародёрством. Я вообще считаю, что священное право трофея нужно в устав внести. Да бойцы сами будут к немцам бегать, чтобы что-нибудь добыть, целые колонны уничтожать, и посылками трофеев домой отправлять. И немцев в охотку будут бить и благосостояние семьи расти, со всех сторон польза, а вы, пни замшелые, этого не понимаете и понимать не хотите… Хотя, ладно, чёрт с этим мотоциклом, новый куплю. Парней жалко, что у границы погибнут, так что слушайте, и поправляйте где я буду не прав. А вот товарищу Будённому я не скажу где в случае войны будет самый идеальный его пост как командующего, отчего бы немцы натурально взвыли, и сделали его врагом номер один для своей нации. Это вам за то, что я оглох на левое ухо. Ну что, приступим?..

– Давай бать, приподними, а то в люк не проходит, - подсказал я отцу, и мы всё же затащили огромный узел с вещами в дверной проём моего транспортника.

Штурман с батей снаружи, а я изнутри тянул. Ещё трое сельчан подносили вещи от телеги. Мои младшие сестрёнки осматривали салон, сидя на лавках, тут же мама с внучкой на руках, и старшая сестра. Мужа её не было, тот с дедом со следующей телегой добра сейчас подъедет. Мой самолёт стоял на окраине Кожанки, где собралось пол села, наблюдая за нами. Пользуясь не слабым авторитетом, герой войны, награды имею, и не слабые, я смог убедить отца в скорой войне, мол, с самим Сталиным общался. Естественно не сразу, но уговорить переехать смог. Тут вообще хитростью пришлось. Новый председатель, как и старый, за кадры держался крепко, поэтому отца не хотел отпускать чрезвычайно, это мать ему не подчиняется, она работает от наркомата образования и зарплату от них получает, нет у него сил повлиять на неё. Так что мы вот как поступили, до начала войны отец остаётся тут, дом уже продали, в Москве я новый крупный купил на той же улице что и мой стоял. А пока батя у знакомых жить будет, в саду под навесом, а когда война начнётся, три дня осталось, следует увольнение и к нам в Москву отправится. Следом за семьёй. Потому как всех я забирал. Это было не сложно, частные наймы редко, но практиковались, оплатил в кассе «Аэрофлота» аренду борта и за топливо, и пожалуйста. Правда, рейса два придётся делать, сейчас вещи везли и людей, а вторым рейсом живность, причём всю. Включая две коровы. Я даже снотворное для них взял у ветеринаров, заведём в салон, усыпим, и уже по прибытию в столицу, поднимем. Не хотела без коров и бычка семья переезжать, пришлось пообещать всё вывезти. Кстати, про войну я сельчанам сообщил, подло было бы своих вывезти, а им не сообщить, и что та до этих краёв докатить может, тоже намекнул. Так что умные люди последуют моему примеру, а не умные… Я за них не в ответе.