Чтение онлайн

Так как овраг, прозванный Марком «Лестницей», являлся единственным путем к вершине горы, а также и к Эдему, то стоило укрепить лишь этот пункт, чтобы воспрепятствовать вторжению туземцев на Пик. Две коронады, установленные на утесах, господствовавших над самым входом в ров, не только преградили бы дорогу к Эдему, но допустили бы неприятеля в бухту, поражая каждое судно, которое появилось бы в проливе.

Оставалось еще подумать о Рифе, который был со всех сторон открыт для набегов туземцев. Оставив нескольких человек на «Ранкокусе» и предоставив в их распоряжение две-три хороших коронады, Марк рассчитывал удержать на должном расстоянии более пятисот туземцев.

Хитон привез с собою изрядный запас ружей и зарядов, но все это следовало собрать в надежное место, и притом так, чтобы оно всегда было под рукою. Питерс и Джонс получили приказание устроить для этой цели род погреба из пещеры, находившейся у входа в овраг. Затем Марк приказал сложить на самой возвышенной точке Пика громадные вязанки хвороста и бурелома, которые следовало немедленно зажечь, если туземцы дерзнут приближаться к Пику в его отсутствие ночью. Он не сомневался в том, что огни эти будут видны с Рифа, куда он намеревался отправиться. Отдав все необходимые приказания, Марк отплыл в сопровождении Боба, Биглоу и Сократа, Дидоны и Юноны. Остальные женщины, под охраною Хитона и двух вновь завербованных матросов, остались на Пике.

Боб Бэтс не мог надивиться переменам, происшедшим в его отсутствие на Рифе; теперь он шел пешком там, где прежде переезжал лишь на плоту. Поверхность кратера сплошь зеленела травой. Посетив долину кратера, Боб был не менее удивлен; не говоря уже о садах, где все произрастало, цвело на славу, там раскинулся громадный луг, который только ждал покоса. Заметив это еще в свой предыдущий приезд на Риф, Марк позаботился о том, чтобы Сократ захватил с собою косу.

На следующее утро все усердно принялись за работу. Мужчины занялись переноской коронад с «Ранкокуса» на «Нэшамони». Весь этот день грузили они пинас и занимались некоторыми другими хозяйственными делами. Между прочим, Марк пристрелил одного боровка для кухни, а Боб отправился на свое издавна излюбленное место ловить рыбу; менее чем через час Боб вернулся с целою сотней разного рода рыб. Около десяти часов вечера «Нэшамони» вновь вышла в море. Марк держал руль до тех пор, пока они не миновали проливы и каналы, и только выйдя в открытое море, он вручил его Бобу. Биглоу остался на «Ранкокусе» с тем, чтобы основательно ознакомиться с имеющимися в его трюме и между деками строительными материалами. Семья Сократа также осталась на Рифе, так как не успела управиться с работой.

Но, несмотря на то, что Марк чувствовал сильную усталость, он все же не решился итти отдохнуть, даже и после того, как поручил управление судном Бобу. С напряженным вниманием вглядывался он в южную часть горизонта, в ту точку, где должен был находиться Пик; он хотел убедиться, что огней не зажигали, и, следовательно, в течение дня вражеская флотилия не показывалась у берегов этого острова. Удостоверившись, что на Пике все обстоит благополучно, Марк, наконец, заснул крепким, спокойным сном. Поутру он был разбужен Бобом, который сообщил ему, что они подошли уже к самому Пику, но что найти вход в потайную бухту он положительно не в состоянии.

Марк помог горю, и вход в бухту был найден. Когда они были на Рифе, Марк, между прочим, пожелал на всякий случай вооружить и «Нэшамони» и с этой целью установил на ней два фальконета [32] ,взятые им с «Ранкокуса». Входя в Миниатюрную бухту, он дал из них по выстрелу с тем, чтобы известить товарищей на Пике о своем прибытии. По этому сигналу мужское население маленькой колонии мигом сбежалось к тому месту, где приставали суда; общими усилиями все приступили к подъему коронад на гору по оврагу до мест, заранее намеченных для установки этих орудий. Когда эта тяжелая работа была окончена, и коронады поставлены были на своих местах, Марк взггумал испробовать эти орудия, для чего зарядил их крупной картечью. Он лично навел ту коронаду, которая находилась над рвом, на вход в Миниатюрную бухту; прицел был верен: все снаряды ударяли в проход, падая в воду и обдавая скалы целым фонтаном брызг и пены.

Другая коронада была наведена под таким углом, чтобы снаряды ложились вдоль оврага, служившего лестницей для Пика. Найденные впоследствии следы картечи ясно доказали, что и на этот раз цель их была вполне достигнута. Близ каждого орудия устроили по небольшому магазину, или снарядному погребу с тем, чтобы запас снарядов всегда был под рукой. Покончив с этим, переселенцы решили, что на этот раз им можно ограничиться этими средствами для обороны Пика. Затем все занялись доставкой в Эдем привезенного с Рифа провианта.

Марк заметил нависшую под самой пристанью, на высоте более ста метров, огромную скалу, вершина которой представляла собою плоскость значительных размеров. Здесь он решил устроить для подъема тяжестей и грузов так называемую лебедку, с помощью которой все грузы без труда могли доставляться наверх. Это плато вместе с тем в случае надобности могло служить прекраснейшим местом для засады стрелков; кроме того, Марк вздумал поставить здесь еще одно орудие, так как эта позиция командовала над морем. Между тем прошло уже четверо суток, а флотилия туземцев все еще не появлялась вблизи острова. Пора было между тем вернуться и на Риф. На этот раз вместе с мужем и Бобом отправилась туда и Бриджит.

По прибытии Марк к немалой своей радости и удивлению увидел, что Биглоу уже соорудил в его отсутствие остов судна, которое обещало быть значительно больших размеров, чем пинас. Кроме того, роясь в трюме судна, Биглоу нашел совсем готовые материалы для другой шлюпки, немного больше «Бриджит».

В течение всего последующего месяца на верфи постоянно работало несколько человек до тех пор, покуда оба эти судна не были окончены настолько, чтобы, в случае нужды, их можно было употребить в дело. Более значительное по своим размерам судно было названо в честь матери Хитона «Мария», тогда как маленькая шлюпка, выкрашенная, вся сплошь черною краской, к неимоверной радости всей семьи Сократа, была наименована «Дидоной».

Покуда продолжались все эти работы на верфи, «Нэшамони» исправно делала свое дело; за это время она уже раз шесть побывала на Рифе, привезя оттуда даже живого борова и свиней. Взамен этого она привозила на Риф битую дичь, кокосы и бананы да еще какой-то своеобразный плод, случайно найденный Хитоном и отличавшийся необычайно приятным вкусом, очень напоминавшим землянику с густыми сливками. Впоследствии Марк узнал, что это была шаррамойа, плод, не имеющий себе подобного по вкусу и аромату, когда он сорван во-время. Бриджит, чтобы не оставаться в долгу, набрала на вершине кратера корзиночку свежей крупной земляники и послала ее Анне. Тем временем Сократ управился со своим сенокосом, о чем свидетельствовали огромные стога сена, возвышавшиеся посреди луга.

На Пике Питерс тоже мог похвастать неменьшей деятельностью на пользу своей колонии; он задался мыслью дать Эдему свой огород и принялся усердно разрабатывать участок земли в две или три десятины, который он обнес живою изгородью из кустарников.

Губернатор с женою, как понемногу привыкали звать Марка и Бриджит, готовились сесть на «Нэшамони», когда отданное было приказание готовиться к отплытию было вдруг отменено по той причине, что состояние атмосферы предвещало несомненную близость урагана. Действительно, немного погодя вдруг разыгралась сильная буря, не имевшая, однако, на этот раз никаких серьезных последствий, кроме того только, что ознакомила новых переселенцев с особенностями здешнего климата.

Перед отъездом с Рифа Марк вздумал посетить ту «луговину», которая служила пастбищем для стада. Луговина эта могла бы дать богатые урожаи, так как имела не менее полуторы тысяч десятин прекраснейшей земли. Оградив этот полуостров от вторжения скота посредством изгороди, Сократ занялся посадкою здесь молодых древесных побегов.

Вернувшись на Пик, Марк нашел, что работы по огородничеству подвигались с чрезвычайной быстротой и успехом. Во многих отношениях Пик переставал уже нуждаться в помощи Рифа, у него были теперь и свои дынные бахчи, и почти все имевшиеся на Рифе овощи. Решено было даже так, что Пик уступит Рифу одну из двух коров с тем, чтобы и тут, и там не чувствовалось недостатка в молоке. Между тем Биглоу задался мыслью, которую отчасти он уже начал приводить в исполнение. В том лесу, который окаймлял Эдем, было немало прекраснейшего строевого дерева, и Биглоу задумал построить из него шунер [33] вместимостью в восемьдесят тонн. Имея в своем распоряжении такое судно, переселенцы получили бы возможность доступа к любой точке всего Тихого океана, и вместе с тем, будучи вооружено двумя или тремя коронадами, это судно могло дать им преобладание в этих водах, по крайней мере, по отношению к туземцам. Судно это Марк решил назвать в память бывшего своего судохозяина «Друг Авраам Уайт».