Чтение онлайн

Когда менты вломились, то попытались пришить Денису не только открытие нелицензированного игорного заведения в непосредственной близости от поселковой администрации, что, собственно, уже являлось верхом идиотизма, но и… содержание притона. Денис, вернувшийся с похорон матери, даже не понял сразу, с какого перепугу они предъявляют ему такое!

— Ну, что, бизнесмен, тебе крышка. В твоих апартаментах изнасиловали малолетку… — так началось расследование. Как же стыдно было ему перед Мартой, хоть он и не чувствовал себя виновным. Но не бывает дыма без огня.

Его таскали по инстанциям и следователям почти месяц, устраивая очные ставки и проверяя криминальные связи, пока ему удалось доказать свою непричастность. Честнее сказать, пока его не заставили откупиться. Спасла Марта. У нее была какая-то заначка, неприкосновенный запас, деньги, подаренные на свадьбе…

Пришлось прикрывать приятеля, который спутался с какими-то негодяями из Харькова. Они действительно мечтали превратить его убыточный бизнес в процветающий публичный дом для картежников и дальнобойщиков и вызвались поставлять дешевых проституток. Но им это не удалось. Попытка заглохла на стартапе, устроенном Глебом, который напечатал себе визитки с должностью управляющего в отсутствие хозяина.

Денис по-мужски поговорил с зарвавшимся Глебушкой, уменьшив количество его зубов ровно на два, на что тот вынужденно процедил сквозь зубы, что никогда больше не сделает ничего без ведома владельца предприятия. Денис поверил «в последний раз» и именно в этот неприятный момент привлек свою красавицу супругу к работе.

Глеб всю жизнь, еще со школы, заглядывался на Марту. И побаивался ее, может, даже больше, чем ее вторую половинку. Став администратором, она начала вникать во все эти дебеты с кредитами и первым делом приказала убрать из холла покерный стол. Потом она придумала это громкое название «Отель Парадиз» и заказала вывеску. Денег хватило на кованый каркас и фонарики по бокам, доску вырезали из спинки старой кровати. Надпись Марта нарисовала акрилом. Глеб запереживал.

— А сколько мы будем платить Марте, мы ж ни хрена не зарабатываем? А теперь и подавно мы никому не впарим наши комнаты! Они реально никому не нужны, кроме сутенеров, картежников, проституток и женатиков!!! Кому?! — чуть ли не со слезами на глазах орал Глеб.

— Что-нибудь придумаем. — неуверенно ответил Денис, поглядывая на свою Марту. А потом выпалил: — Не брусникой же лесной платить и не фишками-пустышками.

— Типа пошутил… — обиделся задетый Глеб, что напомнили ему его прозвище, и добавил: — Сидеть будем в позе лотоса и бамбук курить!

На это Марта спокойно ответила:

— Сидеть никто не будет, если ты опять что-нибудь не придумаешь, — и пошла выбивать ковер.

Прошло еще три месяца, и стали происходить какие-то странности. Клиенты оживились. По городку пошел слух, что белье в отельчике пахнет ландышем. Номера стали снимать даже молодожены. Заезжали целыми свадьбами. Доход пошел. Расходы за коммуналку в конце месяца уже не ждали обреченно… Выплатили долг по аренде. А потом приехал районный прокурор, на чьей жене числилось здание, и сказал, что платить за аренду с нового года надо больше. В два раза.

— Вы же слышали о наших проблемах, — давил Денис на жалость.

— Поэтому я и приехал. В два раза. Я мог просто вас выбросить отсюда за то, что вы тут творили, — почти без эмоций ответил он.

— Мы же втюхали двести тысяч в ремонт. Дело только пошло! Рассчитались с вами полностью по аренде. Все закрыли, и тут как обухом по голове, без предупреждения! — возмутился бывший десантник, у которого чесались руки.

— Мое здание из-за вас теперь под пристальным оком мусоров. Причем не из райцентра, а местных, нюх потерявших. Под колпаком у начальника УВД. А он давно снизу под меня копает. Это ж надо так сглупить. Без мусорской крыши затеять такое предприятие! Ты что, улицу красных фонарей решил в нашем болоте сделать? Которые если не мусора выключат, так гопники разобьют… — эмоции все же проявились.

— Я был не в курсе! — наверное, зря Денис пытался оправдываться.

— И мне нет никакого дела до ваших вложений! Они не покроют мой моральный ущерб!

Жестокий ответ не удивил. Скорее всего, разорение оперившихся конкурентов заказали не менты, а Партизан, уроженец здешних мест, смотрящий, который из этого заштатного поселка контролировал всю округу.

Хорошие новости снова стали обходить отель стороной, словно это здание считалось не отелем, а лепрозорием.

Вскоре Денису сообщили, что арендодатель-чиновник чистоплотным лишь прикидывался. Он нашел себе новых друзей. Таких же коррумпированных чинуш, только из России. Те изъявили желание превратить их с Мартой детище, которое только задышало порядком и чистотой, в перевалочную базу мигрантов.

Денису и Марте настоятельно предложили размещать в номерах нелегальных транзитных гастарбайтеров-азиатов. Граница рядом. Через Украину рабочие направлялись в Россию. В основном на стройки. И без всяких квот. Здесь, в украинском бардаке, они были неуязвимыми для российской полиции и миграционной службы. В случае проблем можно было резко исчезать и пережидать в соседней стране. А потом снова возвращаться. Отсюда их партиями собирались развозить во все стороны.

Тягаться с новыми партнерами бессердечного домовладельца, сформировавшими украинско-российский картель по доставке дешевой рабсилы девелоперским компаниям, Денис не мог, но Марта наотрез отказалась идти у мошенников на поводу.

Скорее всего, итогом предпринимательской инициативы Дениса Кожевникова должно было стать неминуемое банкротство, но тут случилась война… Чиновник лег на дно, хоть и остался в поселке. Его друзья-регионалы, сбежавшие от люстрации в соседнюю Россию и в Европу, звали бездетного прокурора с собой, но он понадеялся на авось, вывез только жену, по документам сдававшую в аренду этот злополучный отельчик. Денис не любил «майданутых», но выходило, что они его с Мартой спасли. Правда, так показалось лишь на первый взгляд, до того момента, пока не начались артобстрелы и в городке не появилась новая власть…

А власть менялась в ритме циферблата, хоть отель и стоял на своем месте. Марта работала, невзирая на международную обстановку, не желая верить в продолжительность глупой войны. Надежда умирает последней. Она выменяла на барахолке на какой-то скарб старинные часы и попросила Дениса прибить их на фронтон. Денис исполнил просьбу жены. И часы затикали. Красиво и точно.

И вот, в один унылый от осенней слякоти день, когда стрелки винтажных часов показали одиннадцать утра, явился взбудораженный Глеб. Несостоявшийся компаньон стал кричать, что бизнес «его старых друзей» спасен, пролепетав что-то нечленораздельное о каком-то выгодном предложении от американского наемника, который снимет чуть ли не все номера и заплатит за проживание наличными долларами.

— Чтоб я пустил наемников в свой дом? — возразил Денис, посматривая на Марту, ожидая лишь от нее одобрение или неприятие. Но она многозначительно молчала.

— Это не дом, а мотель! — крутил у виска Глеб и тоже смотрел на Марту. — Не будь идиотом, это сейчас единственный шанс сорвать куш. Спасти бизнес. Никто тебя не осудит. Или ты своих соратников ссышь, с которыми хотел в Горловку уйти?

— Ты что мелешь? — с укором взглянул Денис на выдавшего его сокровенную тайну приятеля. Но Марта и теперь никак не отреагировала, ведь она знала и это.