Чтение онлайн

— Похожи, похожи! Один Текалипоку чего стоит! Морда как у лисы, все что-то вынюхивает, что-то подозревает…

— Ладно! — перебил гном. — Если вы все перестанете галдеть и мне мешать, я попробую почувствовать подземелье. Прежде мне иногда удавалось…

Друзья замерли как по команде, заинтригованные до предела, и даже Улль-Бриан перестал долбить стены, как сумасшедший дятел. В ту минуту их интересовал не столько результат, от которого напрямую зависела их жизнь, сколько сам процесс. «Почувствовать подземелье» — это звучало таинственно, красиво и жутковато. Никогда прежде они не слышали об этой гномьей способности.

А Орвуд стал посреди помещения, торжественный и важный, поднял руки кольцом над головой, закрыл глаза и принялся тихо мычать себе под нос. Зрелище оказалось довольно забавным, Энка еле сдерживалась, чтобы не прыснуть. Прошло минут десять, прежде чем Орвуд открыл глаза, бессильно уронил руки и объявил:

— Гарантировать не могу, но представляется мне, что прямо под нами большая полость, а вход в нее — во-он там! — Он указал пальцем на самую огромную, в человечий рост, груду золота.

Друзья переглянулись — работа предстояла немалая.

— Какова вероятность, что он действительно там есть? — решил уточнить не слишком охочий до грубого физического труда Эдуард.

— Пятьдесят на пятьдесят.

— Ну что ж, стоит попробовать, — тяжело вздохнул принц. — Только бы огня хватило.

— Огня-то хватит. Хватило бы воздуха! — заметил подменный сын ярла.

Пламя в самом деле начинало дрожать и коптить, дышать становилось труднее. Пришлось расщепить факел на тонкие лучины, сделалось очень темно. Так, в темноте, и работали не покладая рук.

— Ну держись, если там ничего нет! — вытирая со лба трудовой пот, грозила сильфида. — Я тебя тогда, честное слово, убью!

— Если там ничего нет, я и без твоей помощи помру. Мы все помрем, — невозмутимо отвечал гном.

Но они не померли — там был люк! Его закрывала массивная каменная плита в локоть толщиной. Случись докопаться кому-нибудь из пленников-одиночек, все равно не спасся бы, не сдвинул бы с места. Но перед объединенной физической мощью дисы, урожденного сприггана и человека, потомка племени Дану, могла устоять далеко не каждая преграда. В тот момент, когда им стало казаться, что дело безнадежно, плита вздрогнула и сдвинулась с места на полпальца.

— Пошла!!! — восторженно завопил гном. — Пошла, родимая! А ну, поднажми! Раз-два — взяли!..

— Теперь у меня точно грыжа будет, — мрачно предрек Рагнар, стоя на краю открывшейся ямы. — Как пить дать!

— Дремучий ты! — осудил его Хельги. — Кто же говорит о таких вещах при дамах? Это негалантно!

Таких хитрых слов наследник оттонского престола еще не слышал.

— Не… что?

— Не по-рыцарски. Неприлично.

— А-а! Вот так бы и говорил! А то вечно из тебя ум лезет, когда не надо! — проворчал Рагнар, а потом надолго притих, пытаясь сообразить, вспомнить, какой из разделов «Свода правил и законов ордена Золотого Меча» может гласить о том, что при дамах неприлично говорить о грыже. Так и не вспомнил!

— Ну что, пойдемте? — спросила Ильза, опасливо поглядывая в черноту. Оттуда, снизу, тянуло холодом и запахом могилы. — Чего мы ждем-то?

А ждали они Орвуда — тот торопливо набивал карманы золотом. В отместку поганому жрецу гном намеревался забрать столько добра, сколько сможет унести. Назло!

— Хватит, — увещевал его эльф, — ты же с места сдвинуться не сможешь — надорвешься!

— Как бы не так! Близость золота придает гномам силы и выносливости! — гордо возразил тот.

Но того не учел почтенный Канторлонг, что куртке его близость золота никаких чудесных свойств не придает. Карманы лопнули под непомерной тяжестью груза, добыча вывалилась, со звоном разлетелась по камням. Кого другого неудача смутила бы, но только не Орвуда! Он нашел выход из положения — нацепил на грудь золотой панцирь, а на голову — золотой шлем. То и другое оказалось ему впору и даже к лицу. Облик гнома и впрямь обрел богоподобные черты.

— Ну вот! Я готов! Спускаемся! — скомандован «Кукулькан».

Спуск вышел продолжительным. Эдуард насчитал четыреста ступенек, крутых и узких, очень неудобных. По расчетам Орвуда, к концу пути они оказались ниже не только подножия теокалли, но и основания холма.

Там, внизу, было сыро и холодно до дрожи. Из трещин сочилась вода. В маленьких лужицах водились слепые пещерные обитатели: насекомые, многоножки, прозрачные рыбы — Хельги было чем занять себя в пути. С потолка свисали короткие сосульки сталактитов, видно, тоннель был пробит не очень давно. Он казался особенно темным из-за черных стен — лучина освещала путь на несколько шагов вперед, дальше все тонуло во мраке. Своды становились все ниже, скоро Рагнар столкнулся с обычной своей проблемой — в буквальном смысле слова. Треснулся макушкой о камень.

— Вот наказание! — пожаловался он, потирая ушиб. — Что ни год, приходится блуждать по подземельям! У кобольдов были, у некромантов, у сидов, у средневековых колдунов. Теперь еще у людей другого континента! Это превращается в традицию.

— У гномов не были, — заметил Орвуд добродушно. — Боги дадут, вернемся в Староземье — приглашу вас в Даан-Азар. Гостями будете!

— Спасибо! — сделала книксен вежливая Ильза. Шагов через триста коридор немного расшился. Стало светлее — черная порода сменилась серой, с прожилками.

— Ого! — радостно отметил Хельги. — Это мне начинает нравиться! Хотя неизвестно, что залегает выше, можно там пробиться или нет…

А Меридит, шедшая впереди, вдруг взвизгнула совсем по-бабьи.

— Ты чего?! Дисам так себя вести не положено! — напомнил брат по оружию.

— Знаю! — отмахнулась та. — Это я от неожиданности. Что-то неприятное под ноги попалось. Мягкое такое… Вот опять! Чувствуете?!

— Да-а! — откликнулась Ильза испуганно. — Ой, мамочки! Что это такое?! Ой! Его тут много! — Она нагнулась, брезгливо потрогала пальцем. — По-моему, это… это…

Это были волосы. Огромные залежи грязных, сбившихся в войлок рыжеватых волос! И чем дальше, тем больше их становилось — ноги утопали по колено. Девицы шагали, поскуливая от омерзения. Зато качество постепенно улучшалось, волосы становились свежее, ровнее и чище, колтуны пропали вовсе. «Что бы это могло быть?» — гадали путники. Меридит, не подумав, предположила: возможно, сюда с какой-то тайной ритуальной целью жрецы приносят и складывают волосы своих жертв. Но Энка отмела эту версию с ходу: во-первых, где взять столько жертв с волосами одинакового рыжеватого оттенка, учитывая, что местное население исключительно черноволосое? Во-вторых, сразу видно, что это не обрезки, а одна непрерывная прядь. И тянется она еще шагов на сто! А на самом ее конце…

Вот тут, признаться, заорали все! Даже Хельги, только что попрекавший сестру по оружию. И было от чего!

Стены коридора резко раздались в стороны, образовав довольно просторную камеру. И там, на правой стене, прикованное к камню цепями из неведомого красноватого металла, висело существо. И было оно живым. Потому что тоже заорало. А уж выглядело оно — не приведите боги! Тощее как скелет, лысое, как колено, голое, потому что одежды истлели почти до основания, и бесконечно, устрашающе бородатое! Да, именно по его бороде и шагали пленники подземелья!