Чтение онлайн

ГЛАВА 16

Аннеке мертвым сном проспала до полудня и спала бы еще, не разбуди ее тихая возня в комнате. Открыв глаза, она увидела русоволосую веснушчатую девушку лет пятнадцати, скорее всего, обещанную ей в помощь дочку хозяина, которая убирала остатки ужина, стараясь при этом не шуметь. Получалось не очень из-за порывистости, присущей юной натуре.

Увидев, что Аннеке проснулась, девушка низко поклонилась, назвав Аннеке госпожой, доложила, что уж середина дня, а матушка давно приготовила завтрак. Она знает, что госпожа будет кушать в своей комнате, но хорошо бы госпоже спуститься в трапезную. Там ее с утра уж дожидается известный всему городу вездесущий пройдоха Мышонок Терент. И чтобы госпожа ни в коем случае не платила этому наглому плуту комиссионных больше одной медной монетки. Он и ее-то не стоит, со всем своим пронырством и нахальством только позорит славный город Ахт перед приезжими, но дело знает, и ему довериться можно, если осторожно. Не обманет, ну разве что на чуть-чуть, на кончик ногтя, ведь жить-то как-то надо.

Обычно Аннеке начинала утро с ритуалов, приветствовавших все живое и дающих силы на грядущий день. Эти ритуалы она выполняла даже в дороге, хотя приходилось вставать пораньше, чтобы не смущать соседа-огородника, согласившегося отвезти ее в Ахт на своей телеге с овощами.

Сегодня, при девчушке, ритуалов проводить, пожалуй, не стоило, да и время слишком позднее. Знахарка мысленно попросила высшие силы не сердиться на нее, оделась, умылась, причем дочка хозяина порывалась ее одевать и причесывать и с трудом согласилась ограничиться в своей заботе уборкой постели.

В общей трапезной ее действительно ждал подогретый завтрак и Мышонок Терент, который провел время ожидания с пользой: напробовался вкусных кусочков и очаровал матушку Тэру, вывалив ворох новых сплетен.

Пока Аннеке с таким опозданием завтракала, Мышонок перечислял, куда сегодня им предстоит пойти. Во-первых, к ювелиру-оценщику драгоценных камней, после - к городскому старосте, заплатить налог за поселение в городе и за разрешение практиковать ведовство, потом к его знакомому маляру, который в свободное время подрабатывает рисованием вывесок, и недурно рисует. Во всяком случае, курица на его вывесках похожа именно на курицу, а не на петуха или, скажем, на стервятника, а человека не спутаешь с обезьяной. Маляр берет недорого, тем более с приятельницы Мышонка. Надо, чтобы он нарисовал для Аннеке объявление об ее искусстве. Потом к аптекарю и продавцу колдовских орудий и зелий, потом к портному, подобрать приличную городскую одежду. В таких юбках здесь никто не ходит, а клиентов принимать и вовсе невозможно...

Мышонок подпрыгивал на табуретке от нетерпения и продолжал говорить. Аннеке уж показалось, что она должна нанести визиты каждому жителю этого города.

Все прошло чрезвычайно успешно: у ювелира-оценщика Аннеке за очень хорошие деньги продала самый маленький самоцвет. Оказалось, что в Ахте такие камни называются звездчатые огневики, они довольно редко встречаются, а сейчас как нарочно вошли в моду. Может, ювелир и нагрел руки на этой сделке, но, по уверению Мышонка, самую малость. С деньгами же они с Терентом везде пришлись ко двору желанными и любимыми клиентами.

Портной подобрал ей два уже готовых платья, одно на каждый день, прилегающее к фигуре, с широкой юбкой почти до пола, серое, но украшенное по вороту, манжетам и подолу тонкой вышивкой серебряными нитями, изображавшей маленькие цветы и листья. Аннеке не представляла, как такое роскошное платье можно носить ежедневно, на рынок и на улицу, но портной уверил ее, что это именно скромное повседневное платье, подобное платьям не бедных, но и не очень уж богатых горожанок.

Другое, темно-голубое, с небольшим шлейфом и декольте, украшенным шелковыми кружевами с золотой нитью, не подошло заказавшей его придворной даме герцогини, и портной уже посчитал его себе в убыток, а тут появилась покупательница. Дама предназначала платье всего лишь для завтраков дома, в кругу семьи, поэтому его можно было посчитать подходящим для выхода в гости и в храмы горожанке. Оба платья были как на Аннеке сшиты; то, что попроще, она сразу надела и почувствовала себя уважаемой волшебницей.

Городской староста встретил молоденькую знахарку весьма приветливо, налог за поселение и ведовство оказался малым. Работы маляра-художника выглядели весьма хорошо, и они с Аннеке сразу договорились о виде вывески и ее цене. Более того, маляр брался доставить заказ уже на следующий день.

У аптекаря, продающего также колдовские атрибуты и снадобья, оказался большой выбор, так что Аннеке не удержалась и купила несколько пакетиков редких трав, которые до этого дня встречала лишь в описаниях и на рисунках в старинных книгах, а еще кольцо-талисман, имевший вид обвивающейся вокруг пальца серебряной ветви с листочками и розовым сердоликом, искус-но выточенным в виде полу распустившегося бутона розы. Особой силы в этом кольце не было заметно, но Аннеке вдруг страшно захотелось его иметь, оно прямо-таки ласкало и грело ее палец.

Когда же Аннеке, усталая, довольная, с полной сумкой покупок, щедро вознаградив Терента за потраченный день, вернулась в " Петуха и Кастрюлю ", выяснилось, что хозяева освободили и вычистили просторную кладовушку, примыкающую к общей трапезной, специально для ее заня-тий и приема клиентов, а дополнительная плата невелика. Верно, Бауглок решил, что колдунья привлечет к нему больше посетителей.

Расплатившись с Бауглоком, припомнив расходы за день и пересчитав оставшиеся монеты, Аннеке решила, что денег хватит на три-четыре месяца, а ведь она собирается еще и принимать клиентов. Все сложилось замечательно. Она даже сможет помочь родителям, высылая им понемногу денег, с соседом огородником, например. Странно, почему Тэш не переехала в Ахт или какой-нибудь другой большой город? Наверное, очень любила леса и горы и черпала в них силу... И Аннеке неожиданно для себя опечалилась, вспомнив запах полыни в жаркий полдень за домом Тэш и как выглядело заходящее солнце у входа в пещерный храм. Но она отогнала тоску привычным усилием воли: перед ней новый путь, и его предстоит пройти до конца.

Через три дня от художника принесли вывеску, изображавшую очень похоже магический шар и горящие в темноте глаза. Хотя творческая натура маляра не позволила ему выполнить работу за оговоренное время, шар на картине действительно выглядел хрустальным, а глаза вышли такими жуткими, что в первое время посетители трактира от неожиданности шарахались.

Вывеска смотрелась загадочно и притягивала взгляд так, что матушка Тэра, увидев ее, сделала тайком знак, отводящий зло, а Бауглок хмыкнул. Несмотря на некоторую оторопь хозяев, творение малоизвестного таланта повисло рядом с развеселым недоваренным петухом, и Аннеке начала карьеру городской колдуньи.

Девушка прибрала и обставила кладовушку, одолжив у Бауглока неизвестными путями оказавшийся у него круглый резной розового дерева столик, сильно, к сожалению, попорченный жучками -древоточцами, а у аптекаря - немножко полинялое чучело совы, но в полумраке эти изъяны были почти совсем незаметны. Старым черным шелковым плащом с наклеенными звездами из позолоченной бумаги Аннеке задрапировала наиболее грязную стенку, которую не удалось толком отмыть, как ни старались. Получилось красиво и таинственно, особенно при свете свечей.

Еще Аннеке всюду навешала пучки ароматических трав и все время жгла ароматические палочки перед маленькой, с ладонь, скульптуркой Великой Матери, выточенной из черного дерева. Почти все волшебницы считали ее своей покровительницей. Скульптурка эта всегда стояла у Тэш на алтаре, и, уезжая, Аннеке вдруг, в последнюю минуту сунула ее в сумку. А запах трав и курений хоть немного отбивал запахи готовящейся пищи из соседней трапезной.

Закончив украшение кладовой, Аннеке погадала, выясняя лучший день для начала дела, провела ритуал на удачу, облачилась в свою лучшую мантию, обвешалась амулетами и талисманами и уселась ждать клиентов. Первые два дня она гадала только матушке Тэре и ее дочкам и провела ритуал изгнания крыс из " Петуха и Кастрюли ". Крысы покорно убрались, что поразило недоверчивого Бауглока, потратившего годы, мешок здоровья и денег на борьбу с наглыми коричневыми приживалами, которых не брала отрава, и с которыми не связывался битый во многих боях здоровенный одноухий, одноглазый и с ополовиненным хвостом бродячий котяра, прикормленный матушкой Тэрой.

На третий день к Аннеке пришла невзрачная тощая девчушка в заплатанном, но чистом платьице и принесла полечить страдающего паршой беспородного белого щенка. Чтобы привлечь удачу, щенка первой клиентки Аннеке вылечила бесплатно и подарила девочке дешевенький амулетик для увеличения девичьей прелести. После этого неделю к знахарке толпами валили ребятишки с захворавшими четвероногими и крылатыми любимцами.

Во время лечения птичек и зверюшек дети боязливо топтались в дверях. Некоторые от страха совсем отворачивались, пряча лицо в фартуки и подолы рубашек, а другие жадно пожирали блестящими от любопытства глазами каждое движение Аннеке; потом робко совали знахарке медный грошик и радостно упрыгивали прочь с поздоровевшей живностью за пазухой.