Чтение онлайн

Мелькнула мысль: "Последние... Больше ни чего не угрожает граду Китеж - граду изумрудному в саду прекрасном. Грохот взрыва раскатом прокатился по всей округе. Драконы встретились в том месте, где только что Яросвет стоял!..

Почти стемнело, и наступила тишина такая, что слышно было малейший шорох, шелест, даже движенье муравьёв в лесу, не говоря о птицах и шелесте листвы. День закончился, закончилась и битва, но есть ли победитель?..

Часть вторая.

Глава первая.

– Яросве-е-т!..
– упала Навна и кричала - Яросве-е-т-и-ик! Она плакала, рвалась с берега, но витязи крепко держали. Молчали они, ведь мужчины, но и по их лицам слёзы катились обильно. Наступила вдруг тьма кромешная, что и рядом не видно ни зги, только лес горел, да бурлила вода, словно кто-то в реке огромный ворочался.

Берег тот, где только что был Яросвет, освещался пожарищем. Все, кто был на крутом берегу у славного града Китежа, всё надеялись, что поднимется их воевода из пламени - он в огне не горит, ведь он сам огонь, огонь солнечный.

Нет,.. не поднялся ни кто, не махнул рукой, не встряхнул шевелюрой огненной. И поняли все, что случилась беда, не придёт Яросвет и не крикнет уже: - "Гей вы витязи, добры молодцы!.." Тишина вокруг, ушам больно, только голос звучит Яросвета в сердцах витязей: - "Чтобы сильным стать, надо сильным быть, кто имеет, тому прибавится!.."

К Навне тихо, тихо кто-то подошёл, положил ей руку на плечо, произнёс:

– Он не умер,.. не может, и ты знаешь об этом прекрасно, только где он сейчас неизвестно... Мы поищем его и найдём, да он и сам, небось, скоро отыщется.

Навна повернула на голос заплаканное лицо и увидела...

– Род?..
– воскликнула и уткнулась ему в грудь.
– Почему?.. Почему не помог ему?..

– Я не мог помочь душа Навнушка.

– Почему-у?

– Потому что он Яросвет - сын солнца и сын человеческий, потому что он есть везде, и нет его, где мы думаем, где мы видим, и слышим, и чувствуем. Где захочет он, там появится, если ни чего ему не помешает.

– А если помешает?

– Всё равно появится, только чуточку может, задержится?.. Пойдём в дом, побеседуем, многое я расскажу тебе про Яросвета, да и витязи пусть поедят, попьют, отдохнут после дальней дороги.

– А Яросвет?..

– Я подумаю.

И пошли они в град Китеж угрюмые, без Яросвета, всё ещё с надеждой оборачиваясь, устремляя взоры свои на берег пологий, где уже и пожар кончился.

– ---------------------

От Рода узнала Навна об Яросвете столько, сколько не могло вместиться в её сознание. Он не родился на Земле и в то же время родился здесь. Как это?.. Парадокс сплошной. Мать его из прошлого диких времён ещё, а это миллионы лет тому. Отец его из времени, где появился он на свет.

В те времена земляне только-только научились время покорять, то есть переосмысливать то, что в прошлом произошло или должно произойти в грядущем. Сначала как будто всё слилось в один момент, который, разорвался, словно и раскидал во времени последовательностью проявлений. Возможность появилась в прошлое проникнуть глубоко, как съездить на экскурсию куда-нибудь.

Вот в этом путешествии в за миллионы лет и зародился Яросвет от милой и прекрасной женщины гиперборейки по имени Олена. Она должна была погибнуть в диких временах в пасти страшного дракона, но Святор из грядущего был очарован ею.

Хотел совсем остаться, но... не мог, слишком многое могло в грядущем измениться, тем более что будущий ребёнок мог изменить не только ход времён, гораздо большее. Представить сложно, как могло всё обернуться, но и оставить умереть, погибнуть он её не мог. Должна была одна погибнуть, а не двое. И Святор взял её с собой, в те времена, откуда сам пришёл, где человеком был не богом.

Конечно, понимал, что за такое действие, дверь закроется не только в прошлое, но и в будущее навсегда, но не бросать же на погибель милую Олену и того, что возле сердца зародился.

Так родился Яросвет в грядущем не как просто человек, а как сын участка времени из миллионов лет. Как удивительно и чудно - сын миллионов лет, сын времени, сын солнца, ведь солнце вне временно, лишь свет его проявлен во времени, как луч мгновенья-вечности.

...Родился мальчик - не родился даже и не мальчик, а светом жгучим вышел из утробы матери своей гипеборейки, начал проявляться человечком дивным, улыбнулся мило и исчез мгновенно!.. Те, кто роды принимали, испугались очень или удивились или,.. а он опять вдруг появился. Кто-то взять его хотел на руки,.. отдёрнул, вдруг обжёкшись крикнул:

– Ярый Свет!.. Он жгуч, как солнце!

Так и назвали Яро-Светом. Так он и рос - то исчезал, то появлялся и матери с отцом рассказывал о том, что видел там, куда ходил - так он выражался. А видел он драконов, летал на них, и мамонтов, и динозавров и многое другое, что в прошлом, близком и далёком происходило.

То, на что для других требовалось долгих тренировок и знания большого, для него, как будто в сад сходить. Мог в прошлом быть невидимым, в виде света, мог проявиться человеком и быть таким, как остальные той эпохи. Везде он был, как дома и говорил он о себе:

– Я есть везде - и огорчался: - Нет нигде.

И нравом был горяч и неспокоен, но в сочетания ума и воли, был справедлив, правдив и честен. Любил он всё и всех, даже врагов своих. Мог ошибаться, но не тушевался ни когда. "Ошибки учат хорошо, если осознаны они" - любил он говорить.

Когда подрос - астронавтом стать решил, но, поучившись, понял, что напрасно тратит время. Зачем лететь куда-то, если при расширении сознания, тот же эффект и результат конечный. Своё сознание считал большим, чем пространство и тем более время и потому прекрасно понимал, что при расширении сознания сужается пространство, а течение времени исчезает вовсе... И вся пространственная бесконечность становится просто нулём?..

И потому, туда, куда летит корабль, потребуется жизнь почти - при расширении сознания, один лишь шаг,.. одно мгновение. Так и во времени, в прошлое почти пешком, а в будущее в виде света. Хоть и пластично будущее, но рисунок - эскиз уже определён.

Его не понимали даже в его эпохе, но он просто отвечал своим друзьям: - "Вы лазите в окно - я же вхожу в открыты двери", а как он входит, сам не понимал, да и не пытался даже. Может потому, что не пытался понять и объяснить, и было просто всё, что сложно для других.