Чтение онлайн

— Твою мать! — Услышал крик Георгича. — Это что за хрень?

— Где она? — крикнул я.

— Наверху.

Сверху слышалось повизгивание.

— Георгич, я её, похоже, зацепил.

— Да, есть такое. На коробках кровь.

Георгич выскочил на меня с противоположной стороны, обойдя стопку справа.

— Коля, отойди назад. — Рявкнул он.

— Контролируй правую сторону.

— Марк, кто это? — Старик смотрел на меня ошалелыми глазами.

— Это дикий. Вася предупреждал, что их надо валить сразу. Они сумасшедшие, как звери. Очень опасные. Видал как прыгнула тварь. Олимпийский чемпион обзавидуется.

Стопка состояла из нескольких рядов коробок. Сначала один ряд с правой стороны, с самого края, стал заваливаться, за ним второй.

— Георгич назад. — крикнул ему. Выстрелил в верх, по верхним рядам коробок. Дикий попытался перескочить на другую стопку, но похоже его подвела рана. Он зацепился за крайние ряды коробок, и они стали валиться. Дикий грохнулся с высоты в три метра с половиной метра. Сверху на него упали коробки с консервами. Не слабо ему досталось. Но он продолжал шипеть, повизгивать. Сумел как-то выбраться. Прыгнул в проход между стеллажами, побежал, но не так быстро, подволакивая правую ногу. Джек бросился в атаку. Догнал убегающего в три прыжка и прыгнул на спину. Собакин был не слабой псиной, поэтому сумел сбить дикого на пол. И тут же сам отлетел взвизгнув. Я уже стоял в проходе, ствол нацелен на непонятную тварь. С другого конца в проход забежал Коля, тоже держа дикого на прицеле. Джек вскочил на лапы, рычал и поскуливал. Готов был уже броситься в новую атаку, но я его остановил.

— Джек, назад. Фу! — он остановился, смотрел на врага, скалил клыки и рычал. Но с места не двигался. Хороший пёс, дисциплинированный. Я медленно подходил к человеку. Да это был обличьем человек. Мало того, по первичным половым признакам, я понял, передо мной женщина, даже девочка, лет 14–15, не более. Худенькая. Майка на ней была грязная и порванная. Она яростно шипела, тут же издавала звуки похожие толи на поскуливание, толи на повизгивание и в тоже время слышался своего рода плач, как плачут дети, когда им больно. Она смотрела на меня. В глазах было безумие и боль, страдание.

— Матерь божья! — Проговорил позади меня Георгич. — Девка, да ещё почти ребёнок.

— Этот ребёнок тебе глотку вскроет на раз-два. Видел, как она Джека отшвырнула. Может такое 14-ти летний подросток сделать?

— Марк, а что делать? Но не убивать же её. Пусть она зверем стала, но мы то нет!

— Ты меня понимаешь? — Спросил я её, глядя прямо в глаза. В ответ она зашипела, продолжая отползать от меня. Потом увидела Николая. Жалобно закричала. Наверное, даже таким уже животным сознанием поняла, что её загнали, так сказать в угол и пути к бегству нет. Прыгнуть вновь на стопку у неё не получиться. Да и сил то уже, скорее всего, нет. На бетонном полу за ней тянулся кровавый след. Я видел, как вокруг её бедра расплывается лужица крови. Ещё немного и она просто изойдёт кровью. Сделал к ней два шага. Она закричала, замахала руками со скрюченными пальцами. Я перехватил карабин за ствол и прикладом приложил ей в голову. Она вырубилась. Чёрт, главное не убить. Потрогал пульс на шее. Он был и очень быстрый.

— Быстрее, руки надо связать. Коля ремень давай. — скомандовал я парню. Через минуту руки девчонки были стянуты ремнём. Разорвать его, навряд ли получиться. Перетянули ей бедро, чтобы остановить кровь. Потом вскрыл свои индпакет, у нас каждый, кто выходил в рейд его имел. Забинтовал рану. Мда, картечью я её хорошо зацепил. Придётся зашивать. Сделал ей укол обезболивающего и заодно вколол ещё антибиотик, против заражения. В рот ей засунули кусок палки и закрепили жестко, обвязав вокруг головы, это чтобы не кусалась, когда придёт в себя.

— Марк, ты что с ней собираешься делать? — спросил Николай.

— Да не знаю я! Но Георгич прав. Не могу я её просто так грохнуть. Слышал, как она плакала от боли и отчаянья? Привезём к нам. Надо будет с биологом встретиться, поговорить.

— С каким биологом.

— Сегодня с Васей познакомились на АЗС. Так вот, у него женщина есть, она биологом работала в какой-то лаборатории. И она вроде кое-что в этих диких понимает.

— Ну ты старшОй в этом деле, тебе решать.

Ноги девчонке, после того как обработали и забинтовали рану на бедре, тоже связали, от греха подальше. А то шустрая она больно. Я поднял её на руки и унёс в подъемник. Туда же притащили коробки с тушёнкой.

У Джека на левом боку, была пара глубоких царапин. Шерсть и кожа была разорвана. Пса мы перевязали тоже. Но он чувствовал себя бодро.

— Георгич, а чего будем туда-сюда гонять? Давай спустимся и посмотрим. Мадемуазели ничего не будет. Кровь остановилась. Лежит спокойно. В себя не пришла.

— Ты её головёнку не проломил, случайно?

— Не должен. Я аккуратно бил.

— Ладно, давай опускаемся.

Подъёмник пошёл вниз. Последний уровень. Здесь сразу почувствовали холод. В отличии от верхних этажей, здесь помимо дверей подъемника, нужно было открыть и двери самого уровня, напротив которых остановился сам подъемник. Это говорило, что самый нижний этаж изолирован. Двери открыли, нашли рубильник. Загорелся тусклый свет. У нас изо рта шёл пар. На металлических конструкциях была изморозь и снежно-ледяные наросты.

— Сколько интересно здесь градусов? — спросил Николай.

— Около 10 холода. — Ответил Георгич. Вскоре увидели термометр. Точно температура была в районе 10 градусов ниже ноля. Здесь тоже было большое помещение, разделенное на отсеки. В одних лежали целые говяжьи, свиные и бараньи обработанные туши. Потом отсеки с какими-то коробками. Вскрыли некоторые — печень. Посмотрели срок изготовления, лето прошлого года. Похоже последний завоз. Коробки с куриными тушками. Шли дальше наконец нашли отсек, где лежали коробки свежезамороженной рыбы: горбуша, кета, семга, голец, нерка, сельдь, минтай, камбала и многое другое.

— Не слабо! — Выдохнул Коля.

— Так Марк, что берём?

— Коробку горбуши, коробку кеты, коробку сельди, минтая и камбалы. Остальное потом. Всё начали таскать. Георгич, ты на контроле. Мы вдвоём с Колей управимся.

Перетаскали с парнем коробки. Нормально втарились. Выключили свет и поднялись на верх. Когда подъезжали к первому уровню заработали рации.

— Марк! Марк! Ответь! — В голосе Ольги были истеричные нотки.

— Приём, Оля, что случилось?

— Марк! Ты жив?

— Жив, жив. Ты чего кричишь?

— Марк, тут вокруг нас какие-то сумасшедшие бегают.

— Что? Какие сумасшедшие?

— Не знаю. Один мужчина, а второй подросток. Но они точно сумасшедшие. В лохмотьях, грязные, глаза дикие. На БТР к нам заскакивали. Воют. И бегают так быстро. Прямо с земли одним прыжком на БТР запрыгивают.

— Оля, Оля! Слушай меня внимательно. Из БТРа не выходить. Пусть Илья развернётся и подъедет к калитке боком, чтобы открыть люк, поняла. После чего пусть садиться за боевой модуль и попытается отогнать их пулемётом. Работать только пулемётом, пушку не трогать, бесполезно. Иначе будет лупить в белый свет как в копеечку. Всё поняла?

— Да, поняла. А кто это, Марк?

— Это дикие. Они очень опасны. Всё, давай. — посмотрел на мужиков. — Всё слышали? — Оба кивнули мне. — Подтаскиваем добычу к калитке. Потом начнём всё грузить. Начали.

Таскали коробки, мешки. Девочка пришла в себя мычала и вообще издавала разные нечленораздельные звуки. Правильно, говорить то она не могла, да ещё кляп, в виде палки между зубов. Брыкалась. Но связанной много не набрыкаешься. Глаза были у неё злющие, просто кошмар. Но в какой-то момент, уже находясь возле двери калитки в коридоре, она затихла, прислушивалась и я увидел её глаза. В них был страх. Она даже извиваться начала, пытаясь отползти от двери. Не понял? Она что боится этих двух? Ничего не понимаю! Опять зашипела рация: