Чтение онлайн

– Того, который слил нам младшего Бобошерова, – ответил Лазарев. – Ты в том дворе, где мы его прятали, устроил перестрелку – кстати, тоже с таджиками. Я, знаешь ли, уже давно в случайные совпадения не верю…

– Вот ты о чем… – улыбнулся Максим. Какой-то день у него сегодня странный. Праздник нездорового веселья. – Мне его сдали. Сами таджики.

– Кто?

– Один из старших в их диаспоре. И я не уверен, что этой информацией владеет только он один…

– Жопа, – тоскливо пробормотал Слава. – Полная жопа. Его же грохнут теперь. И если мы его не сбережем, кто с нами потом работать будет?

– Это ты у меня спрашиваешь?

– Это так, – отмахнулся Лазарев, – оценка ситуации.

– Вывозите его за пределы области, меняйте документы… – посоветовал Максим.

– Легче сказать, чем сделать, – тряхнул головой полковник. – Ладно. Ты-то не обижайся. Так уж получилось…

– Кстати, я думаю, теперь тут уже большого секрета нет. Откуда он узнал про Рустама?

– У них какие-то свои разборки. Что-то не поделили. Хотя выросли в одном кишлаке, чуть ли не по соседству жили. А как рамс начался, наш человек Бобошеровым ничего противопоставить не смог – у них этот кишлак как родовая вотчина, они там на всех плевать хотели. Вот он и подслил земелю…

– Понятно… – кивнул Максим. – Хорошо. Если я смогу чем-то помочь, то выйду на связь.

– Да чем ты поможешь! – отмахнулся Лазарев. – Ситуация гнилая. И в покое его не оставят. Жалко парня… – Тяжело вздохнув, он встал со скамейки, протянул Максиму руку: – Бывай, опер!

– Уже – бывший… – на всякий случай сообщил Максим.

– Брось! – скривился Лазарев. – Ты не хуже меня знаешь, что бывших оперативников не бывает. Удачи тебе!

– Спасибо, – поблагодарил Максим.

Они расстались у выхода из сквера. Лазарев отправился на службу, а Оболенский – к припаркованной неподалеку машине. Подходя к джипу, он заметил, что возле него стоит довольно-таки крупный молодой человек в приличном костюме. На угонщика вроде не похож… Ждет кого-то? Так место выбрано не самое лучшее.

– Максим Николаевич! – Молодой человек первым обратился к нему. – С вами хотят встретиться…

– Это кто же?

– Виктор Георгиевич Малышев…

Несколько секунд Оболенский размышлял. Он узнал в парне одного из охранников бывшего одноклассника, потом спокойно произнес:

– А почему нет? Указывай путь… Сусанин!

В большом кабинете сидел за письменным столом сам Малышев, а в уголке – его начальник службы безопасности, который изучающе посмотрел на вошедшего гостя.

– Привет, Корнет! – Малышев небрежно помахал рукой старому приятелю.

– Привет, Малыш! – откликнулся Максим, проходя вперед и устраиваясь напротив Виктора.

Тот недовольно поморщился – прозвище, которое он носил с давних времен, никогда ему не нравилось. Он покосился в сторону Старостина, но тот и глазом не повел – так и оставался на своем месте.

– Андрей Михайлович, мне бы со старым другом поговорить… Уверяю вас, никакой опасности для меня нет, – пришлось прямо сказать Виктору.

Старостин молча встал с места, еще раз с головы до ног окинул Максима откровенно неприязненным взглядом и вышел из кабинета, плотно прикрыв за собой дверь.

– Ревнует… – кивнул вслед вышедшему Оболенский.

– Иногда он становится крайне надоедливым, – отмахнулся Виктор. – Слишком многое желает знать и контролировать…

Максим промолчал. А что можно на такое сказать? Человек тебе не нравится, но ты продолжаешь с ним работать. Значит, либо он отменный специалист, каких мало, либо… Либо одноклассник на крючке у этого Старостина, и связывает их нечто большее, чем просто отношения работника и работодателя. Впрочем, как раз это – не его дело.

– Спасибо тебе, Виктор, – чуть склонив голову, заговорил наконец Оболенский.

– За что? – искренне удивился Малышев.

– Ну, как… Ты, насколько я понимаю, решил кое-какие мои проблемы…

– Я?!

– А кто?

Некоторое время старые приятели смотрели друг на друга так, будто увиделись впервые. Потом Виктор, отгородившись от Максима поднятыми на уровень плеч открытыми ладонями, сказал:

– Погоди. Я чего-то не понимаю…

– А чего тут понимать? Были проблемы – теперь их нет, – объяснил Максим.

– Стоп! – Малышев помотал головой. – Разумеется, я бы мог решить эти проблемы… Но дело в том, что я этого не делал.

– А кто же тогда?

– Не знаю, – ответил Малышев. – Но тем не менее рад тому, что все хорошо закончилось.

Несколько секунд сидели молча. Максим осваивал только что полученную информацию, Малышев думал о чем-то своем.

– Тогда перейдем к делу, – принял решение Оболенский. – Я ведь думаю, ты не для того меня позвал, чтобы о детстве поностальгировать?

– А почему бы и нет? – скорчил недовольную гримасу Малышев.

– Не то время, не то состояние… – Максим был безжалостен. – Тебе сейчас не до воспоминаний о далеком и мирном детстве. Поэтому давай не будем резинить – зачем я тебе вдруг понадобился?

Виктор встал с места, прошелся по кабинету и, отходя в угол, спросил у Максима:

– Выпить хочешь?

– Нет, я за рулем, – ответил Оболенский.

– А я выпью, если ты не возражаешь. – Малышев полез в скрытый за стенной панелью бар.

– Хозяин – барин, – развел руками Максим.

Налив в пузатый бокал немного коньяка, Виктор вернулся к столу. Только сел он теперь не на «директорское» место, а рядом с Максимом. Пригубил выпивку, покатал во рту…

– Максим, я не хочу, чтобы той твари все сошло с рук, – негромко сказал он.

– Ему и не сойдет… Его роль в преступлении практически доказана. Будет дан запрос на экстрадицию.

– …Потом он лет десять просидит в колонии, его будут поить, кормить и охранять, – подхватил Виктор. – А когда все это немного подзабудется, купит себе досрочное освобождение. Так?

– Не исключен и такой вариант развития событий, – не мог не признать Оболенский.

– А еще вероятнее другой вариант, – продолжал Виктор. – На этот запрос там, в Таджикистане, просто «забьют» и никого вам не выдадут. Он будет спокойно жить у себя дома, вкусно кушать и крепко спать… А мама… – Тут голос Малышева дрогнул. Он сделал еще один большой глоток коньяка, помотал головой.

– Я не понимаю, к чему ты это ведешь? – спросил Максим.

– Не хочу, чтобы так случилось.

– А чего ты хочешь?