Чтение онлайн

Уходя п лес. отец изредка брал с собой меня, уступая неотступным просьбам. Конечно, отца это не очень устраивало: приходилось и путь выбирать полегче, да и возвращаться раньше.

Побродив однажды целый день по лесу, мы, довольные результатом охоты, усталые, повернули к дому. На этот раз не повезло: мы сбились с пути. Стало темнеть. Лес становился все гуще. Усилился шум вековых деревьев, сквозь кроны которых можно было видеть быстро несущиеся рваные тучи. Наконец, разразилась сильная гроза с проливным дождем. Мы моментально промокли и продолжали путь наугад. Мне очень хоте-

лось заплакать, но я сдерживался, зная, что этого не терпит отец.

Вдруг до слуха донесся отдаленный лай собаки. Мы направились на него и вскоре набрели на ряд землянок, стоявших на берегу небольшой речушки. Здесь жили семьи крестьян, работавших на помещика по заготовке древесного угля. Старик-хозяин одной нз этих убогих, насквозь прокопченных землянок радушно принял промокших и озябших охотников, помог обсушиться и обогреться у пылающего очага. Решено было переночевать здесь, так как выяснилось, что мы сильно отклонились от пути к дому. Отец, вообще прекрасно ориентировавшийся в лесу, никак не мог простить себе такой оплошности.

Старик пригласил нас разделить с ним ужин, состоявший нз печеного картофеля н сухарей, размоченных в горячей воде.

Отец, в свою очередь, поделился с гостеприимным хозяином своей провизией и за ужином стал расспрашивать старика о жизни в этом заброшенном уголке лесной трущобы. Он узнал, что за тяжелый труд выжи-галыннки получали буквально гроши, причем добрая половина их удерживалась за хозяйские харчи: кар

тошку и черствый черный хлеб. Только к большим праздникам они получали немного мяса. Никаких жиров не выдавалось.

Из соседней землянки донеслись жалобные стоны, которые затем перешли в крик. Старик пояснил, что его невестка тяжело больна. Отец сейчас же отправился к ней, чтобы узнать, в чем дело. Вернувшись, он сказал, что женщину надо не позднее утра отвезти в земскую больницу, но старик покачал головой.

— Какая уж там больница,— заявил он.— Больница-то в сорока верстах, а лошади нет. Мы и уголь таскаем на себе за три версты до лесной дороги.

Утром отец горячо поблагодарил хозяина за гостеприимство и оставил ему деньги для невестки, а также обещал прислать лошадь, что и сделал по возвращении домой.

Отдыхая в деревне. Руднев не изменял своих привычек. Вставал он в шесть часов, выполнял с детьми гимнастические упражнения, а после завтрака обязательно занимался какой-нибудь физической работой. Соседние крестьяне говорили о нем:

— С виду барин, а встает рано и работает как заправский мужик!

Как-то Руднев мастерил в саду беседку. Как обычно. его окружали вихрастые крестьянские ребятишки. Один из них забрался на крышу беседки и вдруг поднял крик: «Пожар!» Горела соседняя деревня Быково. Руднев настоял, чтобы тотчас же запрягли телеги, и все мужчины, находившиеся в имении, во главе с ним поскакали к месту пожара.

Г розное зрелище открылось перед ними в деревне. Часть построек была объята пламенем, которое продолжало перебрасываться с избы на избу, угрожая уничтожить все селение дотла в эту на редкость сухую погоду. Мычание обезумевшего скота, пронзительное ржание лошадей, вой собак делали еще более ужасной картину стихийного бедствия. Борьбы с огнем фактически не велось. Все спасали собственное добро, женщины с детьми громко голосили. В Рудневе мгновенно проснулся волевой командир. Он организовал живую цепь для подачи воды нз пруда, части мужчин поручил взламывание начавших гореть построек, чтобы прекратить распространение огня, а других послал подвозить воду бочками. В результате угроза полного уничтожения деревни была ликвидирована. Характерно, что никого из местных властей на пожаре не оказалось. Урядник со стражниками прибыли только утром для составления протокола, а помещик, имение которого находилось в версте от деревни, заперся в кабинете и усердно отбивал земные поклоны, взывая к милости бога!

С восторгом встретил помещик обозленного Руднева, заявив, что успех в борьбе с пожаром всецело зависел от знания им, помещиком, каких-то специальных «пожарных» молитв. Руднез не выдержал, обругал помещика, хлопнул дверью и уехал.

В нсузиамаемом пиле вернулся он домой: одежда

изорвана, обгорела, сам грязный, прокопченный, на лице ссадины и. что хуже всего, часть бороды оказалась спаленной! Пришлось ради симметрии, подровнять ее совсем не по моде...

Спустя несколько дней к Рудневу прибыла делегация крестьян из Быкова, которые поднесли ему хлеб-соль в знак горячей признательности за помощь.

11

После возвращения из деревни Руднева назначили 31 августа 1899 года командиром броненосца береговой обороны «Чародейка», который из-за ремонта машины не принимал участия в осенних учебных операциях флота и рано встал на зимовку у стенки Кронштадтского порта.

Зимой в Кронштадте Руднев читал лекции по математике и мореходной астрономии. С большой любовью отдавался он воспитанию молодых кадров флота. Математику он читал в специальной школе учебного отряда, в унтер-офицерских классах, выпускавших кондукторов — специалистов корабельной техники, первых помощников инженер-механиков, от которых во многом зависела техническая подготовка корабля.

Одновременно Руднев углублял и совершенствовал собственные знания, слушая лекции в Кронштадтском инженерном училище, выпускавшем судовых инженер-механиков. В училище попадали люди, не принадлежавшие к дворянскому сословию, кадровое офицерство смотрело на них свысока и называло «сапогами». А, между тем, офицеры-механики были куда более образованными людьми, чем эти представители дворянства. В училище Руднев выступал с лекциями для молодых офицеров на основе богатых материалов плаваний.

Немало внимания уделял Руднев и пополнению знаний своих детей. Увлекательными были его рассказы о походах, об открытии новых земель известными русскими мореплавателями Ф. П. Литке. Ф. Ф. Беллинсгаузеном, И. Ф. Крузенштерном, М. П. Лазаревым, О. Е. Коцебу и многими другими, мужеством и неутомимой

энергией утверждавшими морскую славу нашем Родимы. Почетное место занимали также рассказы из военно-морской истории, о подвигах знаменитых русских адмиралов Ф. Ф. Ушакова, Д. Н. Сенявнна. М. П. Лазарева, П. С. Нахимова, В. А. Корнилова, С. О. Макарова и других. При этом Руднев всегда возмущался существовавшим тогда стремлением приписывать иностранцам то, что было открыто и создано русскими моряками и учеными. Англичанин Джемс Кук, например, объявил, что он первым появился на северо-западном берегу Америки выше 57°. тогда как задолго до него там побывал Головнин на шхуне «Камчатка». Английский мореплаватель Пирс в 1786 году случайно зашел в пролив между Аляской и островом Кадьяк и не мог определить, где он находится. На выручку пришли постоянно находившиеся там русские промышленники, которые сообщили господину Пирсу, как называется пролив. Несмотря на это. Пирс объявил, что именно он открыл этот пролив, и занес его на карту под новым, английским названием.

Бывали и такие случаи, когда инициатива, проявленная русскими моряками-путешественникамн, не только не поощрялась, а... наказывалась. Примером может служить контр-адмирал Невельской, сделавший ценные открытия па Дальнем Востоке. Высшее начальство за это даже разжаловало его. И лишь впоследствии, когда в Петербурге, наконец, разобрались в этом деле, пришлось признать заслуги Невельского и вернуть ему звание контр-адмирала.

12

В начале нюня 1900 года Руднев вместе с группой моряков был отправлен в город Эльбннг (Германия), где на заводе Шихау заканчивалась постройка эскадренного миноносца «Скат», заказанного русским адмиралтейством. Русские моряки должны были привести корабль в Кронштадт. Немцы точно выполнили заказ. Однако адмиралтейские чиновники и на этот раз остались верны своим традициям: при оформлении заказа они не включили в условия штурманское оборудование.