Чтение онлайн

– Прости мне мою минутную слабость, Тимур, – сказала она уже более твердым тоном. – Я ведь раньше не видела вот так близко… как убивают.

– Все когда-нибудь бывает в первый раз, Малика… Пошли во двор!

Он вывел ее через дверь, возле которой дежурил один из бойцов, а затем повел, слегка подталкивая в спину дулом автомата, туда, где находится большая часть взятых в санатории заложников.

– Амир, я нашел еще одного человека! – обратился он к Сайтиеву. – Эта женщина была в главном корпусе!

– Кто такая? – глядя на нее, громко спросил амир. – Фамилия! Откуда приехала! Должность или род службы!

– Бельская…

– Громче!

Валерия прокашлялась. На нее сейчас смотрели две с лишним сотни пар глаз. Некоторые – сочувственно. Большинство смотрели просто потому, что к ней, к этой приведенной сюда одним из боевиков женщине, обращался человек в маске, являющийся, судя по всему, главарем этой банды.

– Бельская Валерия, – громко сказала она. – Я журналистка. Приехала из Москвы…

Сайтиев подозвал своего помощника, у которого имелся список всех членов делегаций (а теперь уже и всех тех, кто взят в заложники).

– Посмотри там… Есть в списке такая?

– Бельская? Да, нашел, есть такая.

Было отчетливо слышно, как примерно в полукилометре от санаторий разгорался бой. Звучали и автоматные очереди, и щелчки одиночных.

Многим, большинству из присутствующих здесь, во внутреннем дворе ЦВС, от того, что где-то неподалеку шла стрельба, от того, что надвигалось вместе с этими звуками перестрелки, становилось еще страшней.

– Впиши ее в список заложников! – распорядился амир. – И быстро продолжайте начатое: надо связать всем им руки!

– Будет сделано.

– Эй, вы! – крикнул амир, обращаясь к «баранам». – Всем лечь! Лицом вниз! Быстро стащили седалища со стульев! На землю! И не двигаться, пока не будет другой команды!

Подполковник Мишин получил сообщение о взрыве в соседнем городе в восемь тридцать пять вечера. Он находился в здании пятигорского филиала; было много работы, да и трудился он по обыкновению до позднего вечера.

В двадцать сорок пять подполковник госбезопасности Мишин и двое его подчиненных выехали на служебной машине в Минеральные Воды. Туда же из Пятигорска и из краевой столицы направлялись дополнительные силы по линии внутренних органов, МЧС и медицины.

В половине десятого вечера, находясь уже непосредственно на месте ЧП, в сильно пострадавшем от взрыва безоболочного ВУ, находившегося, по-видимому, в багажнике припаркованной близ уличного кафе «шестерки», он узнал от милицейских коллег о другом ЧП. А именно об имевшем место то ли полчаса, то ли даже час назад факте обстрела неизвестными граждан, которые пытались проехать в поселок Красный Узел.

Затем, спустя несколько минут, пришло еще более тревожное сообщение: в районе этого пригородного поселка группа вооруженных лиц открыла огонь по милицейской машине. Подъехавшая – вызванная кем-то – к месту событий карета «Скорой помощи» тоже была обстреляна неизвестными. Судя по первым сообщениям, есть убитые и раненые. К месту событий выехало несколько патрульных машин, микроавтобус с ГНР и автобус с ОМОНом.

Когда Мишин услышал эту новость, у него все похолодело внутри… Он вспомнил о звонке примерно часовой давности. Ему позвонил Волков, сотрудник, командированный из Москвы. Разговор их оборвался, едва начавшись, – как раз в этот момент операторы обрубили связь в городе. А капитан Волков звонил именно с обычного сотового.

«…звоню из санатория! Большая беда! Группа неизвестных…»

– Санаторий? – вслух сказал Мишин. И, сам того не осознавая, повторил слова Волкова. – Большая беда… Рябинин, ко мне!

Поглядев на подбежавшего к нему помощника, на лице которого читалось удивление, сердито сказал:

– Ну, чего уставился?! Надо действовать!..

– Действовать? Эм-м…

– Хватит мычать! Быстро к машине! Надо связаться с оперативным дежурным… И сообщить первичную информацию по линии антитеррора!

Волков нащупал рукой пакетник, включил – под низким, в рост человека, потолком ярко вспыхнула забранная решеткой стоваттная лампа. За металлической дверью, которую ему удалось открыть при помощи круговой ручки в форме штурвала, оказалось помещение мастерской, а также небольшая бойлерная.

Первым делом он закрыл эту довольно толстую и тяжелую люковую дверь, выкрашенную в защитный цвет. Огляделся. Справа от него находится металлический шкаф. Открыл створки. Да, так и есть: в этом шкафу, как он и предполагал, хранится разнообразный инструмент.

На одной из полок нашел обрезок арматуры. Если заострить или расплющить под прессом один конец, получится классическая фомка. Метнулся с этой штуковиной к двери. Вставил в один из секторов «штурвала». Закрепил так, чтобы извне не могли провернуть круговую ручку дверного запора; чтобы тот, кто попытается пройти сюда со стороны корпуса по лестнице, не смог открыть эту дверь.

Достал из кармана куртки сотовый. Еще раз попытался позвонить в дежурную часть УВД… Тщетно! Он убедился в этом еще раз – и уже окончательно, – когда набрал номер Мишина. Теперь уже не было сомнений в том, что операторы заблокировали местную сотовую сеть.

– Ну и что дальше? – процедил он себе под нос. – Зачем ты послушался старика сторожа? Зачем залез в эту подвальную дыру? Что ты этим добился, кроме как на время спас свою шкуру?..

Действительно, не разумней ли было бы остаться наверху, в здании? Подняться на этаж выше и спрятаться там до поры. А потом уже выбраться из корпуса через одно из окон второго этажа – они не зарешечены. Или же, что более соответствует его профессии, его профилю, можно было попытаться прихватить кого-нибудь из нападавших. Разжиться оружием, и далее… Далее уже действовать по ситуации.

«Спокойно, Волков, без паники! – ответил внутренний голос. – Ты жив, а это сейчас главное. О тебе пока не знают те, кто орудуют в санатории. Те, кто взяли в заложники участников этого молодежного лагеря. Ты находишься внутри «периметра», в отличие от тех, кто уже вскоре оцепит поселок и сам санаторий. И ты, опять же в отличие как от «чужих», так и «своих», уже бывал здесь прежде. В том числе и в этом самом помещении, в котором ты сейчас находишься».

Алексей нашел еще один отрезок арматурного прута. Этот был длинней и поувесистее той фомки, которой он заблокировал дверной запор. Какое-никакое, но все ж оружие.