Чтение онлайн

— Не отвечают. Не нравится мне это. Может, сюда поехали? — сказал Курт, кладя трубку на колени. — Наверное, все-таки мне придется заняться тобой вплотную. Предложение твое выгодное.

— Нет-нет, — заторопился Илья Данилович, — не делай ошибок, Курт. Сейчас ты бандит, а если перейдешь к нам, то более надежной крыши тебе не сыскать.

Нас прикрывают большие люди. Можешь считать, что служишь государству. Чем занимаются сейчас твои хозяева? Мелочевкой. Думаешь, я не знаю. Гоняли раньше наркотики, выращенные в чернобыльской зоне, в Западную Европу. Там у вас крыша была, я согласен.

Но не здесь. Это ж американцам было выгодно — создать панику в Европе, сперва наводнить ее радиоактивными наркотиками, а потом поднять шумиху возле этого. Мол, если не станете помогать Украине и Белоруссии, так и будет продолжаться. А теперь все, сливки они сняли и сдадут вас ФСБ. Разве не так?

Курт не мигая смотрел на Сивакова.

— А ты не такой дурак, каким кажешься. И в самом деле, кое-что знаешь.

— Я же тебе говорю, у нас прикрытие — лучше не бывает. Политики, силовики с нами работают.

Курт усмехнулся и вновь взял в руки телефонную трубку.

— Ты, конечно, Сиваков, осторожный, но не наблюдательный. Не заметил, что я даже не включил телефон.

Слабым зеленым светом моргнули пластиковые клавиши трубки, Курт набрал номер, ответили ему незамедлительно — Дело сделано, — коротко доложил Курт, глядя в глаза прямо Сивакову.

— …

— Да, где и когда я знаю.

— …

— Нет, не очень трудно, хотя попотеть пришлось.

— Нет, наш общий друг после того, как рассказал то, что меня интересовало, тоже готов отбыть на отдых, долговременный.

— …

— Если хотите посмотреть на него, пожалуйста, но он так устал, что выглядит не лучшим образом. Но, как понимаете, волновать его это уже не может.

Сердце Сивакова сжалось в комок, забилось неровно — он прекрасно понимал все иносказания Курта.

Тот докладывал своим хозяевам, что он, Илья Данилович, мертв и интересовался, не хотят ли те удостоверится в этом.

— Ну что ж, — произнес Курт, — вы согласны отправить его на отдых, не попрощавшись с ним лично?

— …

— Да-да, перед отдыхом он непременно заедет в котельную —…

— Через час я буду. Всего хорошего.

Курт повернулся к Сивакову.

— Ну, откуда столько страха в глазах? Заварил кашу — надейся на успех.

Курт поднялся — Зачем было так торопиться и докладывать? — скороговоркой пытался образумить его Сиваков, — я бы предложил план, где и когда лучше пустить ложный конвой. И с Панкратовым я бы договорился куда быстрее тебя..

Курт отрицательно покачал головой.

— Нет, теперь все буду решать я. Где и когда пройдет ложный конвой будет зависеть от меня. А ты сиди. Два миллиона и проценты от сделок. Треть твоих процентов.

— Веревки, — жалобно простонал Сиваков, вконец обессиленный долгим разговором и страхом.

Курт лишь улыбнулся и вышел в коридор.

— Ну как баба? — спросил он у Федора, дежурившего возле двери.

— Спокойная, забилась в угол и плачет.

— Снимешь веревки с Сивакова и отведешь их в седьмой склад. И запомни, кто бы о чем тебя не спрашивал, ты ничего не знаешь. Никого на территорию не пускать.

— Даже… — спросил Федор.

Курт не дал ему договорить.

— Никого. Хотя… — задумался, — можешь сказать, что в котельную мы отправили троих.

Федор пристально посмотрел на Курта, уж не готовит ли он западни.

— Не боись, своих людей я не подставлю. — Курт сделал ударение на слове «своих» и похлопал Федора по плечу, — мы наемники и служим тому, кто больше платит.

В смелости Курту нельзя было отказать. Он даже не взял с собой никого из охраны, сам сел за руль неприметного «фольксвагена-гольф» и выехал за территорию складов.

Тем временем в котельной, обслуживающей дом отдыха и стоящей на отшибе, громко храпел кочегар, наполняя каморку густым запахом водки. На столе стояли две бутылки водки. Одна пустая, вторая недопитая на треть Стресс и Тормоз работали в поте лица, загружая каменный уголь широкими лопатами в жерло топки.

Когда оранжевые горячие угли покрылись черной коркой, еще не разогретых обломков каменного угля, Стресс захлопнул дверцу и отрегулировал поддув.

Пламя гудело как реактивный самолет, идущий на взлет.

— Порядок. Можно тащить.

Стресс отряхнул руки и заглянул в каморку.

— Спит, хрен два проснется.

Они вышли на улицу и по полю направились к лесу, там под прикрытием кустов стояла машина, которую невозможно было заметить с дороги.

— Тяжелый, черт его побери, — пробормотал Стресс, берясь за край мешковины, в которую был завернут мертвый охранник Сивакова.

— Что ж поделаешь, если трупаки сами не ходят.

Тормоз ухватился поудобнее и взвалил край свертка на плечо. Пошатываясь под тяжестью ноши, мужчины мелкими шагами двигались по полю. На фоне черного ночного неба вырисовывалась невысокая кирпичная труба котельной, из которой то и дело вылетали искры и тут же гасли.

— Да, раскочегарили ее мы с тобой, словно домну или мартен какой.

— Лишним жар не будет.

Вспотевшие, злые Стресс и Тормоз втащили в котельную завернутый в мешковину труп, бросили его на пол.

— Нечего ждать, — торопил Стресс, — засунем в топку и дело с концом. Вдруг кто придет. А потом передохнешь, слышь, Тормоз.

— Нет чего передыхать, — Тормоз вытирал вспотевшее от напряжения и жара, идущего из топки, лицо, — Коляна еще тащить надо.

— Да уж, сам он тоже не придет, т — лицо Стресса помрачнело. — Давай этого вкинем, нечего ему на полу лежать.

Мужчины вновь ухватились за грязную мешковину и попытались втолкнуть труп в топку. Жар шел такой, что Стресс чувствовал, как у него на голове потрескивают волосы.

— Погоди, — он изловчился, снял с вешалки вязаную шапку, испачканную мазутом, натянул по самые глаза, — в аду, наверное, похолоднее будет.

Помогая себе коленом, он все-таки просунул голову покойника в широкое отверстие топки и зло зашипел:

— Толкай, толкай!

Когда снаружи остались торчать только ноги, Стресс ухватил длинный металлический багор, и вдвоем с Тормозом они затолкали труп на решетки колосника, закрыли дверцы, переглянулись.

— Пошли за Коляном На этот раз свой груз они несли более бережно, хоть и весил он побольше, все-таки с Коляном был завернут и пес. Говорить особо не хотелось, и Тормоз и Стресс прекрасно понимали, что на месте дружка мог оказаться любой из них. Им просто повезло, что Сиваков указал псу рукой не на них, а на Коляна.