Чтение онлайн

Через два часа вернулись, а там деньжищ!

Пошли обедать.

Бомжу принесли пива из ресторана. Все были счастливы.

Он так и прижился к этому делу.

Был эпизод - да и не один - о котором не сразу вспомнишь. Помнишь-то всегда, а вспоминать нежелательно.

Я, вообще говоря, не обо всем рассказываю. Не все можно рассказывать.

На пятом ли, четвертом курсе попался нам лютый доцент-хирург, который гнобил всех своими каверзными вопросами. Например, его интересовал состав микстуры Кватера - обычного успокаивающего средства, и хрен бы с ним. Или еще что-то, посерьезнее. В общем, приходилось почитывать.

Поэтому наблюдать за операцией мы шли, как на праздник.

И помню, была там молодая пациентка, женщина с узелком в груди. Наш доцент должен был сначала удалить узелок у нее, а потом допросить нас. Двузубая вилка, и один зуб отломан.

Она, та женщина, еще переживала - не слишком ли заметным будет рубец. Да нет, улыбался тот.

И вот мы стоим на операции; разрез сделан, кусочек узла выстрижен и отправлен под микроскоп. Посмотреть, что за узелок, не дурной ли.

И через несколько минут затишья грянуло:

– Срочно! Мыться! Расширенная операция!... Радикальная!

То есть не рубчик, а удаление всей груди с ближайшими лимфоузлами, а заодно, если не путаю, и части легкого. Злокачественное дело образовалось и проросло. А женщина не знала ничего, она спала, ей снился рубчик. Она и не мыслила, какой проснется.

Но мы не без ликования переглянулись. Это надолго! Вилка сломалась совсем. Не спросят про микстуру.

Мы, конечно, посочувствовали, ликуя. Но недолго. Вообще ушли из корпуса, пошли в столовую, что ли.

Я потом написал об этом рассказ, но вещь не получилась, я ее выбросил.

Нынче нет ни преступления, ни наказания. Нынче есть приквел и сиквел. Иногда - желудочный гэг.

Доктор, подключенный к телефону, которому доверяют, напился пьян: ходил везде, звонил, падал, склонял к сожительтву диспетчер (а?). Ответственный дежурный по городу, сидевший напротив, сделал доктору замечание: от вас пахнет.

Был послан на хуй.

За такое, как писал Достоевский, полагается пострадать!

И доктора, сняв с телефона, сослали на одну подстанцию Скорой Помощи. Не зная, что он там уже отработал 10 лет. И встреча была очень торжественной, да еще и как раз накануне его юбилея.

Наказание перетерпелось легко.

Много вспоминали.

Как молоды они были, как верили в себя, как все было хорошо, как коньки надевали пьяным людям, как намертво привязывали им к шеям какие-то самодельные талисманы.

А уж сколько им выпало диспетчерских мармеладных Сонь! Не хватит пальцев (понимайте, как знаете).

Бывает, что Скорая Помощь приезжает не очень скоро. Я ее однажды четыре с половиной часа прождал. У меня давление взвилось, и я ткнулся лбищем прямо в ЖЖ.

Вот и еще был случай нерасторопности.

Есть такая станция, отуда выезжают якобы наркозы делать. Очень крутые, навороченные ребята, все у них есть, полный боекомплект. Ну, заодно подбирают на улицах всякую пьянь, для отчетности. Пару вообще зарезанных нашли. Намертво. Что тут сделаешь? Ничего, конечно.

А новая нерасторопность с их стороны случилась потому, что дело творилось в общаге завода имени товарища Свердлова.

Там было устроено нечто вроде приюта-богадельни образца начала столетия, но не нашего, а позапрошлого, что ли. Такая ночлежка. Где одна хронь сдает койку другой хрони. Знает, что Андрей - и все.

"А что? Приходит, платит - и все. Нормально. Вот Андрей, которому сдавал, только вышел в коридор - тут его и зарезали. Он прятался от кого-то".

Пьяный хозяин так ничего и не понял толком.

Сказал, что тот Андрей пошел покурить или купить пива. Зарезали очень грамотно. Вот где расторопность! Учиться надо было еще на оперативной хирургии, а не потом, в докторском рафике. Докторский рафик это тот еще жук.

Sic! Transit gloria mudi.

Copyright © 2004 Алексей Смирнов (Константинович).

Вот история, которую я просто обязан был расказать, однако нигде не нашел в архивах. Неужели забыл?

Приехали на вызов обычный доктор и молоденький фельдшер. Скорее, не просто молоденький, а немного дебил. Неотложная помощь.

И нужно, естественно, сделать больному животворящий Укол.

Тот, больной или больная, уже лежит, приготовившись: штаны спущены, Восточное и Западное полушария мирно сосуществуют. Слегка распавшись идеологически. Так себе, локальные конфликты. Прыщики, бородавочки. Родинки - малые родины, то есть.

Доктор, не оборачиваясь от бумаг, командует:

– Два куба дибазола!

Послушный фельдшер радостно насосал.

– А в которую колоть?
– интересуется.
– Справа или слева?

– Между!
– не сдержался тот.

Дисциплина - прежде всего. Раздался глухой, прицельный удар. Дьябазол.

ОСТЕОХОНДРОЗ

Если пожар случился от грозы, или, КАК У НАС ГОВОРЯТ, ОТ БОЖЬЕГО МИСЛОСЕРДИЯ, то полагают, что огонь ничем нельзя залить, как только молоком или квасом. Во время грозы громовая стрела ищет дьявола и гоняется за ним, а он прячется от нее за людей и за деревья. В первую грозу КУВЫРКАЮТСЯ, ЧТОБЫ НЕ БОЛЕЛА СПИНА (врачам на заметку - АС). Чтобы перестал град, бросают на улицу сковородник или ухват.

ГРОЗНОЕ ЛЕЧЕНИЕ

– У нас батюшко (отец) говорил: "При мне ударила молния в камень, так весь камень вдребезги разлетелся". "После-то я, - говорит, - и забыл, только через три года случилось проходить мимо и вспомнил, и нашел тут стрелку.

– При чем же тут три года?

– Да ведь стрела выходит из земли через три года. Вот ты заметь, где она упала, и через три года ее найдешь тут.

– Да что за стрелка такая?

– Камешек, вроде сайки, а наверху все полоски. У нас две стрелы: одна черная, а другая красная - огневая. С них водой поят хворых, так через шесть дней либо умрет, либо будет выздоравливать. У нас часто их берут.