Комедии
Шрифт:
Л и з а. О чем ты говоришь? Я совсем о другом! Я так переживаю! Знаешь, как мне тебя защищать приходится? Считают, что ты сама его к себе пустила — через окно!
Т о н я. Но ты проверила?
Л и з а. Кого?
Т о н я. «Бочкотару». Артель. Договор у нас с ними. Продезинфицировали перед отправкой?
Л и з а. О чем ты говоришь?
Т о н я. О бочках.
Л и з а. Да брось ты эти бочки! Я к тебе всей душой. Расскажи подробно — как он у тебя очутился? Я же говорила — все не просто… Какая-то цель… Неужели любовь?
Т о н я. Не поинтересовалась, значит?
Л и з а. Тоня, Тоня, нельзя же так! Мне важно знать, что у тебя с этим Сергеем вышло? Значит, неспроста серьги у тебя дома оказались? Будь откровенной, для тебя же хлопочу! Человека с лестницы спустили — значит, было за что?
Т о н я. Видно, самой придется съездить, проверить.
Л и з а. Да съезжу я, съезжу, если тебе эти проклятые бочки свет заслонили! Не подруга ты! Не хочешь дружить!
Т о н я. Вопрос снят.
Л и з а. Не доверяешь?
Т о н я. Работа есть работа, Лиза.
Л и з а. Понимаю, что ты хочешь сказать: я мелкая, пошлая — неправда! У меня сердце есть, а у тебя — обломок льда! (С плачем выбегает.)
Т о н я. Обломок льда… (Смотрит на несгораемый шкаф.)
Долгая пауза. Появляется К о н с т а н т и н. Увидев его, Тоня молчит.
К о н с т а н т и н. Тоня… Ты уж меня… Сам не знаю, как получилось…
Тоня молчит.
Одно скажу: прав я был, прав! Неверный он человек, и весь вид его неверный!
Тоня молчит.
Пойми и не сердись.
Тоня молчит.
Хочешь, на колени встану?
Т о н я (словно во сне). Костенька… Такой вымахал большой… Я с детства тебя великаном считала… Добрым великаном из сказки… Есть ведь и злые… Помнишь — на твоих плечах сидела, говорила: ты мой слон… И ногами тебя подгоняла… Слоник мой… А помнишь, как ты меня к небу высоко подкидывал? Лечу прямо к солнцу и визжу что есть силы — и не знаю, от страха это или от счастья.
К о н с т а н т и н. Тонечка… Прости меня… Не могу по-другому… Знаешь ведь, для тебя — горы сворочу! Только скажи!
Т о н я. Горы? (Пауза.) А шкаф этот несгораемый можешь свернуть?
К о н с т а н т и н. Шкаф? Зачем тебе?
Т о н я. Посмотреть хочу — что за ним? А вдруг скрыто там что-то?
К о н с т а н т и н. Попробую. (Берется за шкаф, напрягает все силы, кажется, богатырь борется с каким-то могучим железным существом. Наконец побеждает.)
Шкаф отодвинут. За ним — та же штукатурка, только пыль и паутина.
(Вытирает пот.) Все?
Т о н я (смотрит на стену, где стоял шкаф, проводит пальцем, словно желая убедить себя, что там действительно ничего нет, вздохнув). Пока все, Костя. Хотя, может быть, это только начало.
К о н с т а н т и н. Чего начало?
Т о н я. Спасибо, Костя. Извини, что побеспокоила. Тебя Римма разыскивала. Иди!
К о н с т а н т и н. Что с тобой, Тоня? Всегда ты мне вроде за дочку была, а сейчас как мать-покойница разговариваешь.
Т о н я. Выросла, наверное. Сам же воспитал. Спасибо. Ступай.
К о н с т а н т и н. А человека этого бойся! Гибель он тебе несет! Не допущу!
Т о н я. Сама справлюсь.
К о н с т а н т и н. Нет! Маленькая еще ты у меня! (Подхватывает Тоню на руки.) Хочешь, к солнцу подкину?
Т о н я. Своды тут низкие — не долететь.
К о н с т а н т и н (осторожно опускает ее на пол). А на Римму не обижайся, ладно?
Т о н я. Хорошо.
К о н с т а н т и н уходит.
(Смотрит на несгораемый шкаф.) Многоуважаемый шкаф! Ничего за тобой нет… (Окидывает взглядом своды, со страстью.) А вдруг осталось где-нибудь? Вдруг — уцелело? Хоть что-нибудь?
Появляется П а в е л Ф о м и ч.
П а в е л Ф о м и ч. С кем это ты тут?
Т о н я. С несгораемым шкафом.
П а в е л Ф о м и ч. Шутишь? А я с новостью к тебе. Никакие они не ОБХСС. Специальные справки наводил. Можешь спать спокойно. А то уж я переживал. Такую персону, можно сказать, — и с лестницы? Что у тебя с ним было?
Т о н я. С кем?
П а в е л Ф о м и ч. С утопленником твоим? Не зря же Константин развоевался? Береги себя, Тоня.
Т о н я. Вас не поймешь — то к рукам человека прибрать советуете, то…
П а в е л Ф о м и ч. Ладно ловить на словах… Я же для дела… Постой… (Смотрит на несгораемый шкаф.) Шкаф же не тут стоял…
Т о н я. Не тут.
П а в е л Ф о м и ч. Как же он…
Т о н я. Даже стальному шкафу на месте стоять надоело! Даже шкафу! А мы… Павел Фомич, милый. Все хорошо у нас, все спокойно, хищений никаких, наоборот — ремонт сделали, стены заштукатурили, а вдруг под штукатуркой да под побелкой — сокровища скрыты? Кто ж мы тогда? Воры? Укрыватели?
П а в е л Ф о м и ч. Да какие тут сокровища!
Т о н я. Сколоть ее можно?
П а в е л Ф о м и ч. Кого?
Т о н я. Штукатурку!
П а в е л Ф о м и ч. Зачем?
Т о н я. Чтоб богаче нам с вами стать, чем были! Представьте — стены эти красками сияют, все пристройки — долой, купол восстанавливаем…
П а в е л Ф о м и ч. Звонница еще была, ее тоже сюда, колокола вешаем… На патриархию хочешь работать?
Т о н я. А если на себя, Павел Фомич? Может быть, наши предки старину эту нам в наследство оставили? Храните, мол!
П а в е л Ф о м и ч. И так бережем как умеем…
Т о н я. Как склад или контору! А ведь совсем по-другому может быть. Вдруг слух пойдет: чудо у нас открылось… Туристский маршрут объявят! Хор стариков песни старинные будет здесь исполнять! Художников самодеятельных выставки! Музей одежд старинных, народных промыслов. Специальный киоск рядом откроем! Нужна жизни красота! Дух у людей поднимать!