Чтение онлайн

Селимена, Элианта, Арсиноя, Альцест, Филинт.

Арсиноя (Селимене) Подобной низости не ожидала я. Я не могу молчать! Кипит душа моя! Мы до сих пор таких поступков не встречали. Ах! Мне до них до всех, поверьте, нет печали; Но он, (указывая на Альцеста) любивший вас так чисто и тепло, Как сердце изменить ему – ему! – могло? Он дивный человек, прекрасный, чистый, честный. И вдруг… Альцест Сударыня, оставьте пыл ваш лестный; Позвольте за себя стоять мне самому. Я, право, вашего усердья не пойму: Хоть сердце в вас ко мне участием согрето, Я не могу ничем вам заплатить за это; И если я на месть любовь свою предам, То все ж за помощью я обращусь не к вам. Арсиноя Так вот как вы мое участье объяснили! Однако вы себя высоко оценили. Самонадеянность подобная мила, Но слишком вас она далеко завела. Остатки от других мне не нужны и даром, И за отвергнутым я не гонюсь товаром. Вы, право, чересчур гордиться не должны; В таких, как я, для вас, конечно, нет цены. Останьтесь ей верны, как самой подходящей: Увижу с радостью такой союз блестящий!

Селимена, Элианта, Альцест, Филинт.

Альцест Что ж! Несмотря на все, что говорилось тут, Я молча ожидал, когда они уйдут. Да, я молчал и ждал, мне показалось, вечно. Могу ли я теперь… Селимена О, можете, конечно! Вы вправе говорить все, что угодно вам. Вы вправе волю дать упрекам и словам. Ну да, я сознаюсь, во всем я виновата, Мне извинений нет – пусть настает расплата. Что мне до остальных? Мне злоба их смешна. Но вы… но против вас тяжка моя вина. Вы негодуете, вы безусловно правы. Я, я вас сделала предметом злой забавы; Нет извинения обману моему, Я вашу ненависть как должное приму. Альцест Ужель к вам ненависть найти в душе сумею? Могу ль торжествовать над нежностью моей? Возненавидеть вас так страстно я хотел, Но в сердце сил найти на это не умел! (Элианте и Филинту.) Вы видите, я раб своей несчастной страсти: У слабости своей преступной я во власти! Но это не конец – и, к моему стыду, В любви, вы видите, я до конца пойду. Нас мудрыми зовут… Что эта мудрость значит? Нет, сердце каждое людскую слабость прячет… (Селимене.) Я вам, изменница, готов простить вину. Я снисходительно на это все взгляну, Пойму, что главное – наносное влиянье, И в вашей юности найду вам оправданье. Да, да, я все прощу! Когда б решились вы Со мною прочь бежать от суетной молвы, От общества людей и навсегда отныне Со мной укрылись бы, вдвоем, в глуши, в пустыне, Лишь это оправдать вполне бы вас могло, Заставить позабыть писаний ваших зло; Вы тем исправили б свою неосторожность И дали бы мне вас еще любить возможность. Селимена Что говорите вы? Как, мне в расцвете лет Уехать с вами в глушь, совсем покинуть свет?.. Альцест Но если любите меня вы, дорогая, К чему вам общество, к чему вам жизнь другая? О, если любим мы, к чему нам целый свет? Селимена Но одиночество так страшно в двадцать лет! Во мне решимости и силы не хватает, Такая будущность меня не привлекает; Когда приятно вам вступить в союз со мной, Охотно буду вам я любящей женой, И брак… Альцест Достаточно! Я излечился разом: Вы это сделали сейчас своим отказом. Раз вы не можете в сердечной глубине Как все нашел я в вас, так все найти во мне, Прощайте навсегда; как тягостную ношу, Свободно, наконец, я ваши цепи сброшу!

Комедия в трех действиях

Перевод Наталии Ман

Сганарель, муж Мартины.

Мартина, жена Сганареля.

Робер, сосед Сганареля.

Валер, слуга Жеронта.

Лука, муж Жаклины.

Жеронт, отец Люсинды.

Жаклина, кормилица у Жеронта, жена Луки.

Люсинда, дочь Жеронта.

Леандр, возлюбленный Люсинды.

Тибо, отец Перрена |

} крестьяне.

Перрен, сын Тибо |

СЦЕНА ПРЕДСТАВЛЯЕТ ЛЕС.

Сганарель, Мартина.

Сганарель. Говорят тебе: работать не стану, а вот хозяином в доме буду!

Мартина. А тебе говорят, что ты будешь все делать по-моему. Я не затем выходила замуж, чтобы ты надо мною куражился.

Сганарель. Вот ведь беда с этими женами! Аристотель верно сказал: баба хуже черта!

Мартина. Подумаешь, какой ученый выискался! Больно мне нужен твой дурацкий Аристотель.

Сганарель. Да, ученый. А ты поищи-ка другого торговца хворостом, чтобы так рассуждал обо всем, да чтобы шесть лет прослужил у знаменитого лекаря, да чтобы чуть не с пеленок знал назубок всю латинскую грамматику.

Мартина. Иди ты к черту, болван!

Сганарель. Сама иди к черту, потаскуха!

Мартина. Будь проклят день и час, когда меня дернуло стать твоей женой!

Сганарель. Будь проклят рогач-нотариус, который дал мне подписаться под собственной моей погибелью!

Мартина. Еще ты будешь жаловаться! Да ты должен денно и нощно бога благодарить, что я пошла за тебя. Чем, скажи на милость, ты заслужил такую жену, как я?

Сганарель. Что и говорить, честь великая, было чем похвастаться после первой ночи! Да ну тебя, лучше и не вспоминать! А то я такое скажу…

Мартина. Что? Что ты скажешь?

Сганарель. Довольно! Я что знаю, то знаю, тебе еще здорово повезло со мной.

Мартина. Это мне-то повезло? Да ведь ты довел меня до больницы! Бабник, лодырь, объедала!

Сганарель. Вот и соврала: скорее уж – опивала.

Мартина. Растаскал по крохам все мое добро!

Сганарель. Это я называю – жить на доход со своего хозяйства.

Мартина. Кровать и ту из-под меня вытащил!

Сганарель. Раньше будешь вставать.

Мартина. Ни одной-то вещички в доме не оставил!

Сганарель. Легче с места сняться.

Мартина. Только и знаешь, что пить да играть с утра до вечера!

Сганарель. Иначе со скуки околеешь.

Мартина. А мне что прикажешь делать со всей семьей?

Сганарель. Что вздумается, то и делай.

Мартина. У меня четверо малых ребят на руках.

Сганарель. Спусти их на пол.

Мартина. День-деньской только и слышу: дай хлеба, дай хлеба!

Сганарель. А ты надавай им колотушек. Когда я сыт и пьян, я люблю, чтобы всем в доме доставалось вдоволь.

Мартина. Ты что ж, пьянчуга, воображаешь, что и дальше так будет?

Сганарель. А ты поспокойнее, жена.

Мартина. Думаешь, я весь век стану терпеть твою наглость и распутство?

Сганарель. Эй, жена, не горячись!

Мартина. И не заставлю тебя исполнять свой долг?

Сганарель. Уважаемая супруга, вам, надо думать, известно, что нрав у меня не из терпеливых, а рука не из легких.

Мартина. Меня не застращаешь! Плевала я на тебя!

Сганарель. Эх, женка, голубушка моя, похоже, что у тебя опять шкура чешется?

Мартина. Вот посмотришь, как я тебя боюсь.

Сганарель. Дражайшая моя половина, вам, верно, хочется кое-что заработать?

Мартина. Страсть как ты меня напугал!

Сганарель. Вожделенная моя красавица, ох, и задам же я тебе сейчас трепку!