Чтение онлайн

Фернандель не знает таких великих прозрений. Но он неплохо усвоил опыт своих предшественников.

Нельзя сказать, что Фернандель — чужой в мире своих фильмов. И все-таки он чем-то выделяется среди сытых и скучных буржуа. Играет ли актер обаятельного коммивояжера, исправного служаку-полицейского или Сганареля в новом варианте похождений легендарного обольстителя из Толедо, он никогда не вписывается в среду — ему нужно сделать дополнительное усилие, чтобы войти в контакт с кем-нибудь из персонажей фильма.

ЗАКОН ЕСТЬ ЗАКОН

В «Казимире», первой на наших экранах картине Фернанделя, актер играл человека, которому посчастливилось найти работу: Казимир получил место агента фирмы, торгующей пылесосами.

ЗАКОН ЕСТЬ ЗАКОН

КАЗИМИР

Двери, двери, двери. Казимир стучится в них, чтобы предложить свой товар. Но одни двери так и остаются закрытыми, из-за других высовываются сердитые физиономии... Из-за одной двери показалась милая старушка, она с готовностью вступает в переговоры с Казимиром, но тут выясняется, что старушка совершенно глуха и способна лишь к одностороннему общению.

Игривая дамочка с папильотками в волосах не прочь пококетничать с молодым коммивояжером, но его пылесос - фи!
– зачем он ей?!

Казимиру не везет, Даже никелированный пылесос «супергоди» нагло измывается над неудачливым агентом. Он то заартачится и в присутствии покупателя откажется работать, а то, наоборот, обнаружит излишнюю прыть и сожрет со стола возможного клиента, помимо мусора, равные важные предметы, например приготовленное в подарок любовнице белье.

Не менее печальна (и смешна!) судьба героя Фернанделя и в картине «Мадемуазель Нитуш», где он ведет двойную жизнь. Днем он органист монастырского пансиона «Небесные ласточки», а вечером, облачившись в апельсиновый фрак, превращается в сочинителя модных опереток. Героя Фернанделя в этой картине зовут Флоридором, но право же, он, как Епиходов в «Вишневом саде», мог бы называть себя «двадцать два несчастья». Флоридор с трудом разгибается от тумаков, которыми его постоянно осыпают враги. Благочестивый органист некстати чихает посреди торжественной мессы: причина в том, что накануне он спасался бегством из будуара очаровательной певички и второпях оставил там ботинки. Пришлось совершить прогулку по сырому осеннему городу в одних носках. Но и это еще не все. Лавина злоключений обрушивается на Флоридора в конце фильма: он проваливается сквозь пол, лишается своей гордости — великолепной, сияющей бриалином шевелюры и, наконец, оказывается забритым в солдаты.

Запертому в казармах Флоридору приходится изображать конюха-заику. Тело Фернанделя на глазах оседает грузностью, походка приобретает развалку, и в словах, которые солдат произносит в присутствии своих командиров, столько разумных суждений об армии, о войне, словно бы его заплетающимися устами глаголет сама истина. Этот кусочек роли — самый сочный и самый яркий во всем фильме. Артистический темперамент Фернанделя, вообще чрезвычайно активный, в этом эпизоде словно прорывает все ограничения и бурлит, клокочет, сверкает радостью истинного и органичного лицедейства .

Комическому невезению этих своих персонажей Фернандель не придает серьезного значения. Его привычная интонация — интонация юмористической снисходительности к героям: чудаки, мол, да и только!

НОВЫЙ ДОН-ЖУАН

Но так бывает не всегда.

В 1957 году Кристиан-Жак поставил фильм «Закон есть закон». Замысел картины не очень оригинален. Кристиан-Жак на свой лад пересказал основные перипетии сюжета замечательного итальянского фильма «Полицейские и воры». Он повторил конструкцию ленты Стено и Моничелли, которая основывалась на дуэте комиков. Один из них попросту перекочевал из итальянского фильма во французский, сохранив нрав, занятие и даже, кажется, костюм. Это «вор», которого в обоих фильмах играет Тото. Полицейским Кристиан-Жак сделал Фернанделя.

Сначала кажется, что герой Фернанделя идеально «вписывается» в распорядок жизни маленького городка. Фернандель — Пасторелли — таможенник на франкоитальянской границе. Он исправный служака, на хорошем счету у начальства, время от времени ему перепадают поощрения. У Пасторелли семья — чудные детишки, домовитая жена. Словом, он в городке — лицо известное и уважаемое. Несчастье обрушивается на неповинную голову Пасторелли внезапно, как гром среди ясного неба. Из уважаемого горожанина он в миг превратился в двоеженца — раз, в дезертира — два, в авантюриста — три, в изменника — четыре. И все это только потому, что новорожденного Фердинанда по ошибке записали не в той мерии. Блюститель закона попадает за решетку. В таком драматическом повороте восстанавливается исходное для Фернанделя расположение сил.

КРАСНАЯ ТАВЕРНА

Пасторелли нарушил закон, которому служил так трогательно верно, так безукоризненно честно, так похвально ревностно. Значит ли это, что плох Пасторелли или, может быть, никуда не годится закон? Фернандель в фильме Кристиан-Жака не оставляет сомнений: никуда не годен закон. Хитросплетениям политических софизмов, условностям, от которых у нормального человека голова идет кругом, крючкотворству бюрократических предписаний Фернандель противопоставляет простодушную мудрость своего героя, его незыблемые простонародные представления о справедливости, честности, ответственности.

ВРАГ ОБЩЕСТВА № 1

Ни до «Закона», ни после него народность комической маски актера не выступала с такой полнотой и четкостью. В этой маске легко распознать черты вчерашнего крестьянина с его, может, и не бойким, но всегда здравым умом, с неколебимой убежденностью в постоянности таких ценностей, как труд, семья, честность.

С народностью характера фернанделевского героя связан мотив щедрости, очень для актера важный. Посмотрите, с каким удовольствием Флоридор подносит цветы, угощает, опекает, поет или играет! В его лице, во всей его фигуре разлито такое блаженство, такое наивное выражение счастья, как будто именно в эту минуту он совершает главное дело жизни. Когда Казимир предлагает клиентам свой коварный «супергоди», он в этот момент словно бы забывает, что обязан выгодно продать пылесос, он светится восторгом, желанием доставить удовольствие, одарить, помочь...

В новелле «Не сотвори себе кумира» из фильма «Дьявол и десять заповедей» мотив готовности прийти на помощь решается очень своеобразно. Незнакомый человек приходит с гор в лачугу бедняков, где поселились голод и болезни. Он произносит странные речи о своем могуществе, уверяет, что может исцелить, ниспослать счастье и достаток. Незнакомец намекает даже, что он, дескать, сам господь бог.,. Крестьяне и верят ему и не верят, скорее, все-таки не верят. В сбивчивых речах пришельца для них много тумана. Но этот человек дает им то, без чего они совсем уже погибали, — надежду. Не беда, что в конце «боженька» оказывается всего-навсего пациентом находящейся неподалеку психиатрической клиники. Ирония по поводу добра, которое в наше время будто бы способны делать лишь умалишенные, на совести авторов картины — Фернандель тут ни при чем.

Но зато и буйствуют же его герои, когда им мешают поддержать или выручить в беде. В американском фильме «Каникулы в Париже» Фернандель играет... Фернанделя, знаменитого французского комика, кумира кинозрителей. Фернандель знакомится с американским телекумиром Бобом Хоупом, и на трансатлантическом лайнере во время рейса Нью-Йорк — Гавр завязывается их дружба. В Париже Боб Хоуп попадает в западню. Парижские гангстеры, орудовавшие в городе с наглостью, достойной их знаменитых чикагских собратьев, упекают Боба в больницу для душевнобольных. Фернандель старается спасти друга. Но больничный привратник ни за что не хочет впустить его. «Сюда входят только больные», — вкрадчиво улыбается он. «Ах, только больные? Пожалуйста, я тоже больной». Фернандель странно хихикает,кукарекает, скачет на одной ножке, очаровательно улыбается. Грозный страж надрывает живот со смеху. Но... не пропускает: