Чтение онлайн

– Понял.

Когда Грейвс вышел, Пилгрим опустился в кресло.

– Ну, давайте убеждайте меня.

– Вы когда-нибудь бывали в Монтэ? – спросил Мэлори.

– В Монте-Карло? Конечно.

– В казино заходили?

– Да.

– Играли?

– Ну нет, только не я.

– Сейчас, конечно, казино не то, что прежде, – мечтательно произнес Мэлори. – Сейчас они есть повсюду, даже в Лондоне, – скривился он. – Но было время, Лоренс, когда Лас-Вегас еще не появился, в Лондоне и прочих столицах не было ни единого казино. Если богатые люди хотели сыграть в железку или в рулетку, им приходилось ехать в Монтэ. Известно ли вам что-нибудь о государственном статусе Монако?

– Кажется, это княжество, да? Как зовут этого парня? Принц Ренье?

– Он из рода Гримальди. Наследственный монарх. Род Гримальди правил этими землями целые века. Отметьте это для памяти, а я тем временем расскажу вам о сэре Бэзиле. А заодно и о женщине, которая, возможно, его любила. Она ждала сорок лет, прежде чем смогла выйти за него замуж. Где родился Захаров, никто не знает, поскольку в разное время он называл разные города. Во всяком случае, родился он в бедной семье. Свою карьеру Захаров начал в Константинополе пожарником. Это было в шестидесятых годах прошлого века, когда пожарные бригады имели обыкновение действовать несколько... нетрадиционно. Они поджигали какой-нибудь дом, потом прибегали на пожар с топорами, проникали в горящее жилище и смотрели, чем там можно поживиться. Улавливаете? Захаров по происхождению грек, а дело "происходило в Турции, которая потихоньку начинала разваливаться. Наш герой занялся торговлей оружием. Дела у него шли превосходно. Сначала он работал на компанию «Норденфельт», потом прослышал про новое оружие – пулемет Максима, устроил слияние двух концернов и стал работать на «Максим и Норденфельт». Когда я говорю «работать», я не имею в виду, что он служил коммивояжером и развозил заказы на маленьком автомобиле марки «форд». Пилгрим улыбнулся:

– А в чем заключалась его работа?

– Захаров устраивал сделки, – тоже улыбнулся Мэлори. – Получал при этом комиссионные. В один прекрасный день, представляя компанию «Викерс», он продал подводную лодку румынской королеве Марии, причем сделка была заключена тет-а-тет. Вы слышали о королеве Марии? Это была потрясающая женщина! Впрочем, не буду отвлекаться. Очень скоро Захаров достиг высокого положения в «Викерсе». Он не был председателем правления – всего лишь одним из директоров, но решал все вопросы единолично: начинал где-нибудь войну, потом поставлял оружие обеим сторонам и так далее. Из-за него войны на Балканах длились десятилетиями. А теперь об игроке, предчувствующем удар партнера. Не успели братья Райт совершить свой первый полет, как Захаров основал аэронавигационные кафедры сразу в трех университетах – Оксфордском. Парижском и Санкт-Петербургском. Слышали ли вы об одном изобретателе по имени Константинеску? Он еще изобрел устройство, позволявшее вести пулеметный огонь с аэроплана. Так вот, этот человек работал на сэра Бэзила. Потом наш герой пал жертвой любви. Да, Захаров влюбился. Представьте себе знатную даму: герцогиня Вильяфранка, из семьи испанского гранда и прочая и прочая. Герцогиня была замужем за сумасшедшим и к тому же являлась ревностной католичкой поэтому о разводе не могло быть и речи. Влюбленным пришлось ждать Великой Избавительницы. И они терпеливо ждали. Если не ошибаюсь, это продолжалось сорок три года. Когда герцог умер, они поженились. Вы меня слушаете?

– Очень внимательно, Хорейс, поверьте мне.

– Стало быть, жил на свете бедный мальчик из константинопольских трущоб. И вот он стал одним из богатейших людей планеты, женился на герцогине, а Ллойд-Джордж пожаловал ему рыцарское звание. Теперь наш герой и сам сделался грандом. Ему не хватало лишь королевства, чтобы бросить его к ногам невесты... Теперь вернемся к Монако. В течение трехсот лет, с Пероннского договора 1641 года, княжество Монако входило во французские владения. Князья Гримальди не обладали никакой властью, а в Монте-Карло стоял французский гарнизон – так, на всякий случай: Тем не менее кое-какие права у князей оставались, и в 1862 году очередной Гримальди вручил человеку по фамилии Блан концессию на открытие казино. Блан был умен, а его сын оказался еще умнее. Поэтому заведение начало приносить огромный доход. Настолько огромный, что на эти деньги существовало все Монако, начиная с самого князя. В этой стране нет налогов. Казино оплачивает расходы на полицию, судей, общественные работы и так далее. Замечательная идея! – с восхищением воскликнул Мэлори. – Но тут началась война.

– Которая?

– 1914 года. Вам не скучно, Лоренс?

– Пока нет.

– Война разгоралась все сильнее, бизнес пришел в упадок. Я имею в виду бедного мсье Блана, а не Захарова. Уж наш-то герой получал свой процент с каждой пули, с каждого снаряда и почти с каждой пушки. Зато в казино дела шли все хуже и хуже, и доход княжеской семьи постоянно понижался. Князю это не нравилось, и потому он – разумеется, негласно – вышел на Захарова. Была заключена секретная сделка, в результате которой Захаров получил возможность вышвырнуть из Монте-Карло главу дома Бланов вместе с его сыновьями и зятьями. Между прочим, в числе последних был один Бонапарт и один Радзивилл. Я не утомляю вас деталями, Лоренс?

– Я все жду, когда начнется главное.

– Очень скоро, – улыбнулся Мэлори. – Запомните еще одно: у Захарова была многолетняя и тесная связь с французским премьер-министром Жоржем Клемансо. Вы уж простите мне мой учительский тон.

– Да бросьте вы, Хорейс. Продолжайте!

– Далее произошло вот что. Учтите, что мировая война была в самом разгаре! Клемансо вдруг заключает договор, причем абсолютно тайный, с князем Монако. Согласно этому договору, княжество вновь обретает независимость. Учтите, что полный текст договора так нигде и не был опубликован. Правда, его условия были изложены мелким шрифтом в приложении к Версальскому договору. Уверяю вас, там их никто толком и не рассмотрел. Дальнейшее было проще простого. Захаров выложил миллион, стал владельцем казино и всего Монако.

– Ловко, – заметил Пилгрим.

– Вот именно.

– Он был ушлым парнем.

– Несомненно. Теперь я вас убедил?.. Господи Боже! – вдруг ахнул Мэлори и застыл с разинутым ртом и выпученными глазами.

Пилгрим вскочил на ноги, опасаясь, что старика хватил удар.

– Вы в порядке, Хорейс?

Мэлори нахмурился.

– А?

– Вы в порядке?

– Кто, я? Да, в порядке. Просто я кое-что вспомнил.

– Что именно?

– Знаете, какого числа был подписан договор между Францией и Монако, то есть между Клемансо и князем Гримальди? Я раньше не придавал этому значения.

– Ну и какого?

– Сэр Бэзил получил свое королевство семнадцатого июля 1918 года.

– Ничего себе, – выдохнул Пилгрим: – Эта дата мне знакома. Если не ошибаюсь, в этот день расстреляли царя!

Чек, подписанный Пилгримом и Мэлори, был доставлен сэром Хорейсом владельцам аукциона еще в тот день, когда банкир совершил свой знаменитый, увековеченный фотографом визит в художественную галерею за картиной. Финансовый директор аукционной компании, в свою очередь, тоже отправил чек в королевский банк «Кауттс и К°», анонимному продавцу Тернера. Этот чек был выписан на сумму 2 миллиона 925 тысяч фунтов стерлингов, то есть от аукционной цены было отнято 325 тысяч – десять процентов, так называемая премия продавца. Не будем забывать, что банк «Хильярд и Клиф» уже заплатил аукционистам десятипроцентную «премию покупателя». Таким образом почтенная компания положила себе в карман 650 тысяч фунтов, а потому сочла возможным особенно не тянуть с расчетом. Обычно аукционисты удерживают у себя деньги на месяц-другой, чтобы заодно слегка подработать на процентах. В данном случае чек был выслан продавцу буквально через несколько дней.

Мистер Эверард Полли, служащий банка «Кауттс», которому было поручено вести операцию по продаже картины Тернера, подтвердил полученный чек и сверился с инструкциями, оставленными банку его усопшим клиентом. В последнем абзаце говорилось: «...по получении коего конверт № 5 должен быть отправлен в адвокатскую контору „Шиш, Дагониш и К°“, находящуюся на Чансери-лейн, 199, Лондон».

Мистер Полли был весьма заинтригован. Он больше сорока лет проработал в банке «Кауттс», но впервые участвовал в столь... он даже затруднялся найти подходящее слово... в столь сомнительной операции. Вот именно, сомнительной. Шедевр искусства, столько лет хранившийся в запаснике, уплаченная за него баснословная цена, абсолютная секретность! Н-да, весьма, весьма сомнительная сделка. С чувством глубокого внутреннего неодобрения мистер Полли вызвал одного из посыльных и велел доставить адресату конверт № 5 – на этом участие банка в операции заканчивалось. Как жаль, что так и не удастся узнать, что все это означало.

Рассыльный банка «Кауттс» взял такси. От Стрэнда до Чансери-лейн было не очень далеко, и в такое чудесное утро вполне можно было бы пройтись пешком, но по выражению лица мистера Полли рассыльный понял, что запечатанный конверт с большой римской цифрой V представляет собой нечто особенное. Потому служащий решил исполнить приказ как можно скорее, а прогуляться можно будет и на обратном пути, через Линкольнский парк. Если повезет, можно будет поглазеть на девушек, играющих в теннис, а заодно заглянуть в новый бар.

Рассыльный вручил конверт мистеру Редверсу Пратту, главному клерку «Шиш, Дагониш и К°». Главный клерк спросил:

– Благодарю вас. От кого это?

– Сказал бы, но не могу.

Мистер Пратт нахмурился:

– Что за шутки? Ведь конверт кем-то послан?

– Несомненно, – ответил рассыльный. – Но я не знаю кем. Мое дело передать, и все.

– Ах так, – улыбнулся мистер Пратт, глядя на конверт. – Как вы полагаете, может быть, это бомба?

– Вряд ли – конверт слишком тонкий.