Чтение онлайн

Владимира слушала.

Кивала.

Эвелина задумчиво любовалась собственным отражением в чайной ложке. Ниночка пялилась на Аннушку с видом притворно-равнодушным, но Свят чувствовал ее злость. И недоумение. И желание остановить этот странный чужой спектакль, на котором ей позволено было присутствовать.

А вот Астры не было. Именно тогда Свята и кольнула игла беспокойства. Она должна была быть, но ее не было. И ни в коридоре, ни в комнате, где сидели девочки, тихо, словно мышки.

— Мне нужно с вами поговорить, — Виктория дернула его за руку и потащила в комнату. — Срочно и… это касается дивы…

Она кусала губы и краснела.

И сунула Святу кулек с конфетами.

— Он сказал вывести девочку.

— Кто?

— Чуднов. Он… ему никогда-то я не была интересна! Он… он, наверное, решил, что я дура. Стареющая дура, которая ради последнего шанса на все согласится! И тот, который за Владкой ходит, наверное, не лучше… и все лгут!

— Часто, — согласился Свят. — О чем вас попросили?

— Вывести девочку. Вынести. Угостить конфетой, чтобы заснула и… я не стану!

— Тише, — Свят погасил вспышку гнева.

— Разумно, — этот человек появился из тени и отряхнулся. — Очень даже разумно… я рад, что вы приняли верное решение.

В нем ничего не осталось от простоватого паренька, который с первого взгляда влюбился в Тонечку. И ухаживал за ней, робея и смущаясь. Этот человек был иной породы.

Хищной.

— Кто? — поинтересовался Свят и не удивился, когда на запястье вспыхнул кругляш магической печати.

Комитет госбезопасности.

— Дива?

— Не совсем. У меня свое дело. Идемте, побеседуем, что ли, пока нас не хватились, — он любезно открыл дверь в Тонечкину комнату и рукой махнул. — А вы, милая Виктория, не бойтесь. Вы все сделали верно… конфеты…

Кулек вытащили из рук Свята.

— Конфеты пусть у нас побудут, скажите, что девочка отказалась брать. А лучше ничего не говорите. Благо, ваш кавалер несколько… увлекся.

— И… что делать?

— Вернитесь за стол. Напейтесь.

— Напиться? — похоже, подобное предложение Викторию несказанно удивило.

— Почему бы и нет? Актриса из вас так себе, а вот в сложных ситуациях многие люди предпочитают… потреблять. Будем считать, что так вы заглушаете волнение. На самом деле на пьяных магия действует слабо в силу естественной нестабильности энергетического поля.

Виктория кивнула.

— Тогда… — сказала она, не сводя взгляда с человека, поразившего ее до самой глубины души. — Я… попробую.

— Попробуйте. Только потом не увлекайтесь, а то мало ли…

Это было сказано с улыбкой.

Виктория отступила, и дверь закрылась. А Свят молча продемонстрировал клеймо.

— Ясно… подозрения имелись, но… наши ведомства не слишком ладят. Да… ведьмины камни. Слышали о них?

Свят кивнул.

— Вот… на востоке… восток — дело сложное, много там всего намешано, поэтому и лезть туда стараются в крайних случаях. Такой и был. Пошли слухи, что камни там получать начали. Свободные женщины востока не так и свободны, да… одна пропадет, другая… потом найдут мертвую, проведут расследование. Дело закроют. Как не закрыть, если тот, кто расследует, приходится родней семье потерпевшей? А ведьмы нет. Одной, другой… начали копать. Осторожно очень. Многое нашли… пока не всему ход даден, но сумели нащупать канал, по которому камни в Москву доставляли, а оттуда и дальше. Сюда. Стало интересно, что же тут такого.

Он тряхнул головой.

— Антонина?

— Тонечка… милая девочка Тонечка, которая чиста перед законом ровно настолько, чтобы это само по себе не было подозрительно. Наверное, если бы не наши возможности, ее бы и сочли просто посредником, а то и вовсе… мало ли таких дур втемную используют?

— Но не ее.

— Верно. Она… редкий зверь. Настолько редкий, что приоритеты изменились. Нет, там, на востоке, ждут сигнала, материалы собраны, их хватит, чтобы тех, кто виновен, под расстрельную подвести. Но Тонечка… нам она нужна.

— Не претендую.

— Но и не поможешь?

— Чем?

— Поговорить. Боюсь… она несколько предвзято относится к нашей конторе, а потому, если заговорю, несмотря на свою разумность, сбежит. Ищи ее потом по всему союзу… — он произнес это с усмешкой, но Свят чувствовал за этой вот усмешкой легкую неуверенность.

И страх?

— Скажи, что прошлые ее дела нам не интересны. Она получит полную амнистию и вообще… пусть сама скажет, на каких условиях готова сотрудничать. Если нужно время подумать — пускай, главное, чтобы не сбегала.

Лицо его слегка поплыло, и Алексей отряхнулся всем телом, приводя его в соответствие с образом.

— Извини, долго держать как-то не приходилось, особенно в присутствии посторонних.

— Сумеречник? — о них Святослав только слышал. А вот Алексей осклабился.

— Точно…

— Антонина?

Он чуть склонил голову, подтверждая догадку.

— Нам сложно пару найти, но раз уж вышло, я ее упускать не хочу. А она молодая, нервная, еще глупостей натворит…

— Остальные здесь… тоже из ваших?

Алексей задумался, правда, ненадолго.

— Нет. С Крамским будь осторожнее. Он, конечно, в отставке, только эта отставка — видимость одна, его под новую службу готовят. Что за она, сам не знаю, а знал бы… извини, — он развел руками. — Мишка из Тониных подопечных, мелкая сошка, случайно попал. Заказ у него от одного из партийных, нужно бумаги кое-какие найти и уничтожить, на непролетарское происхождение.

Святославу подумалось, что теперь эти бумаги, о которых, быть может, никто и понятия не имел, точно будут найдены. А вот уничтожены — вряд ли.

Пригодятся.

— С Чудновым толком не разобрался. Мутный человечишко. Ученый, это да.

— Личность?

— Подтверждена. Проверили сразу. Но… понимаешь, с ними сложно. Вот ты разбираешься в функциональной магометрии?

— Нет, — вынужден был признаться Святослав, который о подобной-то науке и слышать не слышал.

— И я нет. И вот одни говорят, что он гений, а другие, что совсем даже наоборот, что идеи его противоречат идеалам партии, что вредоносны они по своей сути. Его из института выжили, точнее перевели сюда, но он и поехал. А чего ему от дивы твоей нужно — не скажу.