Чтение онлайн

Только проникнутый этими началами партийный режим может на деле оградить партию от фракционности, несовместимой с жизненными интересами диктатуры пролетариата. Отделять борьбу с фракционностью от вопроса о партийном режиме значит искажать суть дела, питать бюрократическое извращение, а следовательно, и фракционность.

Резолюция 5/ХП 1923 года, в свое время единогласно принятая, прямо указывает на то, что бюрократизм, подавляя свободу суждений, убивая критику, неизбежно толкает добросовестных партийцев на путь замкнутости и фракционности. Правильность этого указания подтверждается полностью и целиком событиями последнего времени, особенно "делом" тт. Лашевича, Беленького и др. Было бы преступной слепотой изображать это дело как результат злой воли отдельного лица или отдельной группы. На самом деле перед нами здесь очевидное и несомненное последствие господства курса, при котором говорят только сверху, а снизу слушают и думают про себя, врозь, под спудом.

Недовольные, несогласные или сомневающиеся боятся поднять голос на партийных собраниях. Партийная масса слышит только речь партийного начальства по одной и той же шпаргалке. Взаимная связь и доверие к руководству ослабевают. На собраниях царит казенщина и неизбежно с нею связанное безразличие. К моменту голосования остается нередко ничтожное меньшинство: участники собрания торопятся уйти, чтобы не быть вынужденными голосовать за решения, продиктованные заранее. Все резолюции везде и всюду принимаются не иначе, как "единогласно". Все это только отражается на внутренней жизни партийных организаций. Члены партии боятся открыто высказывать свои наиболее заветные мысли, желания и требования, В этом и состоит причина "дела" тов. Лашевича и других.

2. Причина роста бюрократизма

Совершенно очевидно, что руководящим центрам тем труднее проводить свои решения методами партийной демократии, чем меньше авангард

рабочего класса воспринимает их политику как свою собственную. Расхождение между направлением хозяйственной политики и направлением чувств и мыслей пролетарского авангарда усиливает неизбежно потребность в нажиме и придает всей политике административно-бюрократический характер. Всякие другие объяснения роста бюрократизма являются второстепенными и не охватывают сути вопроса. Отставание промышленности от хозяйственного развития страны в целом означает, несмотря на рост численности рабочих, понижение удельного веса пролетариата в обществе. Отставание промышленного воздействия на сельское хозяйство и быстрый рост кулачества -- понижают в деревне удельный вес бедняков и батраков, их доверие к государству и к себе. Отставание роста заработной платы от повышения жизненного уровня непролетарских элементов города и деревенских верхов - неизбежно означает снижение политического и культурного самочувствия пролетариата как правящего класса. Отсюда, в частности, явное понижение активности рабочих и бедноты на выборах в Советы, являющееся серьезнейшим предостережением для нашей партии.

3. Вопросы заработной платы

В течение последних месяцев клеймилась демагогией мысль о том, что мы должны всеми путями и средствами обеспечить в период хозяйственных затруднений сохранение реальной заработной платы, с тем чтобы при первом улучшении обстановки приступить к ее дальнейшему повышению. Между тем такая постановка вопроса являлась элементарно обязательной для рабочего государства. Пролетарская масса в решающем своем ядре достаточно созрела, чтобы понимать, что возможно и что неосуществимо. Когда она, однако, слышит изо дня в день, что мы хозяйственно растем, что промышленность наша проделывает бурное развитие, что все утверждения о недостаточности темпа промышленного развития - ложны, что развитие социализма заранее обеспечено, что всякая критика нашего хозяйственного руководства основана на пессимизме, недоверии и проч., а с другой стороны, ей же твердят, что требование сохранения реальной заработной платы с перспективой систематического дальнейшего повышения ее - есть демагогия, то рабочие не могут понять, как этот казенный оптимизм по части общих перспектив связывается с пессимизмом по части зарплаты. Такого рода речи неизбежно кажутся массе фальшью, подрывают в ней доверие к официальным источникам и порождают глухое беспокойство. Из недоверия к официальным собраниям, докладам и голосованиям возникает у вполне дисциплинированных партийцев стремление - помимо и вне партийного аппарата - узнать, чем действительно дышит рабочая масса. В этом - серьезнейшая опасность. Но бить надо не по симптомам болезни, а по ее корням, в особенности, по бюрократическому отношению к вопросам заработной платы.

Отклонение на апрельском пленуме законнейшего и необходимейшего предложения -- об обеспечении реальной заработной платы - было явной и очевидной ошибкой, поведшей к фактическому снижению зарплаты.

Обложение известной части зарплаты сельскохозяйственным налогом внесло дальнейшее ухудшение.

Влияние этих фактов на быт и настроение рабочих усугубилось еще более неправильным проведением "режима экономии". Сама по себе совершенно необходимая борьба за более правильное, более добросовестное, более бережливое обращение с государственными средствами - вследствие неправильной постановки, прежде всего вследствие отсутствия в этом деле рабочего и крестьянского глаза, привела к механическому нажиму сверху вниз и, в последнем счете, к нажиму на рабочих, притом на менее обеспеченные и хуже всего оплачиваемые слои и группы. Эту тройную ошибку - по линии зарплаты, сельскохозяйственного налога и режима экономии - надо решительно исправить и притом безотлагательно, Надо сейчас уже приступить к подготовке известного повышения осенью зарплаты, начиная с наиболее отстающих в этой области категорий. Это вполне возможно при нынешнем размахе нашего хозяйства и бюджета, несмотря на все существующие и предстоящие трудности. Более того, именно для преодоления трудностей необходимо прежде всего поднять активную заинтересованность рабочих масс в повышении производительной мощи государственной промышленности. Всякая другая политика означала бы величайшую близорукость, не только политическую, но и хозяйственную. Нельзя поэтому не признать величайшей ошибкой отказ нынешнего июльского пленума как поставить на свое разрешение общий вопрос о положении рабочих, так и дать точные директивы в исключительно важном вопросе - рабочем жилищном строительстве.

4. Вопрос об индустриализации

Нынешний год обнаруживает со всей ясностью, что государственная промышленность отстает от народнохозяйственного развития в целом. Новый урожай снова застигает нас без товарных запасов. Между тем движение к социализму обеспечено только в том случае, если темп развития промышленности не отстает от общего движения хозяйства, а ведет его за собой, систематически приближая страну к техническому уровню передовых капиталистических стран. Все должно быть подчинено этой задаче, одинаково жизненной как для пролетариата, так и для крестьянства. Только при условии достаточно мощного развития промышленности возможно обеспечить как рост заработной платы, так и дешевые товары для деревни. Было бы бессмыслицей строить сколько-нибудь широкие расчеты на иностранных концессиях, которым мы не можем отвести не только руководящего, но и вообще значительного места в нашем хозяйстве, не подрывая социалистического характера нашей промышленности. Задача состоит поэтому в том, чтобы при помощи правильной политики налогов, цен, кредита и пр достигать такого распределения накоплений города и деревни, при котором несоответствие между промышленностью и сельским хозяйством преодолевалось бы с наибольшей быстротой.

Если верхи деревни имели возможность продержать прошлогодний хлеб до нынешней весны, урезывая этим как экспорт, так и импорт, увеличивая безработицу, повышая розничные цены, то это значит, что налоговая и хозяйственная политика, давшая кулакам возможность вести такую линию против рабочих и

крестьян, была ошибочна. Правильная налоговая политика, наряду с правильной политикой цен, является в этих условиях важнейшей составной частью социалистического руководства хозяйством. Несколько сот миллионов рублей накоплений, сосредоточившиеся уже сейчас в руках деревенских верхов, служат для ростовщического закабаления бедноты. В руках купцов, посредников, спекулянтов скопились уже многие сотни миллионов рублей, давно переваливших в миллиард. Необходимо путем более энергичного налогового нажима привлечь значительную часть этих средств на питание промышленности, на укрепление системы сельскохозяйственного кредита, на поддержку деревенских низов машинами и инвентарем на льготных условиях. Вопрос смычки есть в нынешних условиях прежде всего вопрос об индустриализации. Между тем партия с тревогой видит, как резолюция XIV съезда об индустриализации на деле все больше отодвигается назад, по примеру того, как сведены на нет все резолюции о партийной демократии. В этом коренном вопросе, от которого зависит жизнь и смерть Октябрьской революции, партия не может и не хочет жить казенными шпаргалками, которые продиктованы нередко не интересами дела, а интересами фракционной борьбы. Партия хочет знать, продумать, проверить, решить. Нынешний режим мешает ей в этом. Именно отсюда-то и возникает тайное распространение партийных документов, "дело" Лашевича и др.

5. Политика в деревне

В вопросах сельскохозяйственной политики все ярче определяется опасность сдвига в сторону деревенских верхов. Уже открыто раздаются влиятельнейшие голоса в пользу того, чтобы фактическое руководство сельскохозяйственной кооперации в деревне передать в руки "мощного" середняка; чтобы вклады кулака облечь полной тайной; чтобы у неаккуратного заемщика, т. е. у бедняка, продавать необходимейший сельскохозяйственный инвентарь и прочее. Союз с середняком все чаще превращается в курс на "зажиточного" середняка, который чаще всего является младшим братом кулака. Социалистическое государство имеет одной из своих первых задач - путем кооперирования - вывести бедноту из положения безвыходности. Недостаточность средств самого социалистического государства не дает возможности сразу провести крутые изменения. Но это не дает права закрывать глаза на действительное положение вещей и кормить бедноту нравоучениями об иждивенческой психологии, мирволя в то же время кулаку, Такой подход, встречающийся в нашей партии все чаще, угрожает вырыть пропасть между нами и нашей основной опорой в деревне -- беднотой. А только при неразрывной связи пролетариата с беднотой возможен правильно поставленный общий союз их с середняком, т. е. такой союз, в котором руководство принадлежит рабочему классу. Между тем факт таков, что решения прошлогоднего октябрьского пленума об организации бедноты до сих пор почти не нашли применения в работе местных организаций. Факт таков, что даже на административных верхах наблюдается стремление - по возможности отодвинуть или заменить коммунистическую или бедняцкую часть кадров сельскохозяйственной кооперации "мощными" середняками. Факт таков, что под видом союза бедноты с середняками мы сплошь и рядом наблюдаем поли-тическое подчинение бедноты середнякам и через них кулакам.

6. Бюрократические извращения рабочего государства

Число рабочих государственной промышленности у нас сейчас не достигает двух миллионов; вместе с транспортом -- ниже трех миллионов. Советские, профессиональные, кооперативные и всякие иные служащие насчитывают никак не менее того же числа. Уже одно это сопоставление свидетельствует о колоссальной политической и хозяйственной роли бюрократии. Совершенно очевидно, что государственный аппарат по своему составу и уровню жизни в огромной степени является буржуазным и мелкобуржуазным и тянет в сторону от пролетариата и деревенской бедноты, с одной стороны - навстречу устроившемуся интеллигенту, а с другой -- навстречу арендатору, купцу, кулаку, новому буржуа. Сколько раз Ленин напоминал о бюрократических извращениях государственного аппарата и о необходимости профсоюзам защищать нередко рабочих от советского государства. Между тем партийный бюрократ как раз в этой области заражен опаснейшим самообманом, который ярче всего выражен был в речи Молотова на XIV московской губпартконференции ("Правда", 13 декабря 1925 г.). "Наше государство, - говорил он, - рабочее государство... Но вот нам преподносят формулу, что наиболее правильным было бы сказать так: приблизить рабочий класс к нашему государству еще ближе... Как это так? Мы должны поставить перед собой задачу приближать рабочих к нашему государству, а государство-то наше какое, -- чье оно. Не рабочих, что ли? Государство не пролетариата разве? Как же можно приблизить к государству, т. е. самих же рабочих приближать к рабочему классу, стоящему у власти и управляющему государством". В этих поразительных словах отрицается самая задача борьбы пролетарского авангарда за действительное идейное и политическое подчинение себе государственного аппарата. Какое гигантское расстояние отделяет эту позицию от точки зрения Ленина, который в своих последних статьях писал, что "наш госаппарат только слегка подкрашен сверху, а в остальных отношениях является самым типичным старым из нашего госаппарата". Естественно, что действительная серьезная, а не показная борьба против бюрократизма воспринимается теперь иными как помеха, как склока, как фракционность.

7. Бюрократические извращения партийного аппарата

В 1920 г. партконференция под руководством Ленина считала необходимым указать на недопустимость того, что при мобилизации товарищей партийные органы и отдельные товарищи, руководствовались какими-либо соображениями, кроме деловых. "Какие бы то ни было репрессии против товарищей за то, что они являются инакомыслящими по тем или иным вопросам, решенным партиен, недопустимы". Нынешняя практика противоречит этому на каждом шагу. Подлинная дисциплина расшатывается и заменяется подчинением влиятельным лицам аппарата. Товарищи, на которых партия может положиться в самые трудные дни, выталкиваются во все большем числе из состава кадров, перебрасываются, вы

сылаются, преследуются и заменяются сплошь да рядом случайными людьми, непроверенными, но зато отличающимися молчаливым послушанием. Вот эти тяжкие бюрократические грехи партийного режима превратили в обвиняемых тт. Лашевича и Беленького, которых партия в течение более двух десятилетий знала как преданных и дисциплинированных своих членов. Обвинительный акт против них есть обвинительный акт против бюрократических извращений партийного аппарата. Значение крепко спаянного централизованного аппарата в большевистской партии не требует пояснений. Без этого костяка партии пролетарская революция была бы невозможна. Партийный аппарат в большинстве своем состоит из преданных и бескорыстных партийцев, у которых нет других побуждений, кроме борьбы за интересы рабочего класса. При правильном режиме и надлежащем распределении сил те же самые работники с успехом помогали бы осуществлять партийную демократию.