Чтение онлайн

С 1 июля по 30 сентября сухопутные войска Германии потеряли на восточном фронте более 806 тыс. чел. Полученное за это время пополнение (402,5 тыс. чел.) могло возместить только половину потерь.

Упадочнические настроения всё больше распространялись не только серди рядового, но и среди офицерского состава. В октябре под руководством Кейтеля состоялось совещание по привитию угодных фашистской клике политических взглядов личному составу вермахта. На совещании с докладами выступили Геббельс, Гиммлер, Розенберг. Были разработаны меры по искоренению «критиканства, всезнайства и пессимизма». Кейтель заявил на совещании, что офицер, для которого вера в фюрера не является высшим внутренним долгом, потерял право быть офицером и носить погоны. Выводы совещания были положены в основу всей идеологической обработки вермахта. В них подчёркивалась необходимость воспитания доверия к политическому и военному руководству, готовности к новым жертвам, фанатичной преданности идеям национал-социализма, слепого повиновения приказам (стр. 250–251).

Основным фактором, обусловливающим упадок морального духа войск вермахта, являлась возрастающая мощь ударов Красной Армии. Деморализации врага также способствовала пропаганда среди войск противника, проводившаяся политорганами Советских Вооружённых Сил. В обращениях к немецким солдатам разоблачался захватнический, несправедливый характер войны, развязанной фашистской Германией, империалистическая человеконенавистническая сущность фашистской идеологии и нацистского режима, говорилось о крахе наступательной стратегии вермахта.

В печатной и устной пропаганде широко использовалось «Положение о военнопленных», утверждённое постановлением СНК СССР от 1 июля 1941 г. Согласно «Положению» военнопленным гарантировалась жизнь, оно определяло порядок и правила их содержания. Дополнением к этому документу была директива начальника Генерального штаба Красной Армии от 11 июня 1943 г., в которой перечислялись льготы для добровольно сдающихся в плен: повышенная норма питания; размещение в специальных лагерях; предоставление работы по специальности; преимущества в отправке писем родным в Германию; внеочередное возвращение из плена на родину или в другую страну по желанию военнопленного, немедленно после окончания войны. Эти документы издавались массовыми тиражами и распространялись среди солдат и офицеров противника. Они передавались также по радио и через звуковещательные установки.

Важным политическим событием, расширившим фронт идеологической борьбы с противником, явилось создание Национального комитета «Свободная Германия» (НКСГ). Советское правительство дало указание командованию и политорганам Красной Армии всячески содействовать НКСГ в его работе. Оперативные группы комитета, его уполномоченные на фронтах и доверенные в армиях и дивизиях выступали от имени НКСГ пред противостоящими соединениями и частями вермахта, пользуясь звуковещательными установками и войсковыми радиостанциями. К 1 сентября Комитет выпустил 16 пропагандистских изданий общим тиражом более 11 миллионов экз. Осенью к движению НКСГ примкнула новая организация – антифашистский Союз немецких офицеров, который в своей декларации заявил, что «война стала бессмысленной и безнадёжной» и призвал бороться против губительного режима Гитлера (стр. 251–252).

Пользуясь отсутствием второго фронта в Европе, военное руководство Германии сосредоточивало главные усилия на восточном фронте. В течение сентября-октября сюда было переброшено из Западной Европы около 20 дивизий, в т. ч. 3 танковые, сосредоточив на советско-германском фронте более двух третей действующей сухопутной армии Германии.

Наступавшие соединения Красной Армии также понесли значительные потери. Но, охваченные могучим наступательным порывом, советские воины ясно понимали, какое значение для дальнейшего хода войны имеет завершение битвы за Днепр.

Главным направлением наступления наших войск оставалось киевское, где главная роль отводилась Воронежскому (с 20 октября – 1-му Украинскому; в этот же день приказами Ставки ВГК Центральный, Степной, Юго-Западный и Южный фронты были переименованы, соответственно, в Белорусский, 2, 3 и 4-й Украинские фронты; стр. 254) фронту, во взаимодействии в Центральным (Белорусским) фронтом.

В октябре ударная группировка 1-го Украинского дважды предпринимала наступление на Киев с букринского плацдарма, но успеха не имела. Тогда, по указанию Ставки, Ватутин наметил главный удар на Киев с лютежского плацдарма. Туда, вдоль линии фронта, скрытно были переброшены 3-я гвардейская танковая армия генерала Рыбалко, 7-й артиллерийский корпус прорыва, 23-й стрелковый корпус, а также ряд инженерных и артиллерийских соединений и частей.

Накануне наступления во всех подразделениях было зачитано обращение Военного совета фронта. В нём говорилось: «Перед нами Киев – мать городов русских, колыбель нашего Отечества. Здесь много веков назад зародилась наша могучая Русь (выделено мною, Д. И.)… 25 месяцев фашистские хищники издеваются, грабят и убивают мирных советских граждан, жгут и уничтожают киевские фабрики и заводы, прекрасные здания и зелёные улицы. Оскверняют и поганят памятники и могилы борцов нашей священной земли…» (стр. 257).

Для отвлечения внимания немецко-фашистского командования, наступление началось 1 ноября вновь с букринского плацдарма. Но уже 3-го ноября был нанесен главный удар по фашистам с лютежского плацдарма. Бок о бок с советскими воинами героически сражались за освобождение Киева бойцы 1-й чехословацкой отдельной бригады. «Сражайтесь за Киев так, как бы вы стали сражаться за Прагу и Братиславу!» – напутствовал своих воинов командир бригады полковник Л. Свобода.

В 0 часов 30 минут 6 ноября над столицей Украины взвилось Красное знамя.

За мужество и отвагу, проявленные в боях за освобождение столицы Советской Украины 65 частей и соединений получили почётное наименование Киевских, тысячи воинов были награждены орденами и медалями, а 663 из них, наиболее отличившиеся при форсировании Днепра и в боях за Киев, удостоены звания Героя Советского Союза. Были награждены орденами и медалями СССР 139 воинов чехословацкой бригады, а два из них удостоены звания Героя Советского Союза. Бригада и её командир полковник Свобода были награждены орденом Суворова II степени. Братство по оружию, скреплённое кровью советских и чехословацких воинов у села Соколово близ Харькова, продолжало крепнуть в боях за Киев (стр. 259–260).

Хлебом и солью встречали киевляне своих освободителей. Впервые за 778 дней немецко-фашистской оккупации всё население вышло на улицы города.

Воинам открылась страшная картина злодеяний гитлеровцев Они превратили в развалины центральную магистраль города – Крещатик, улицы Карла Маркса, Фридриха Энгельса, 25-го Октября, Свердлова и другие, уничтожили многие исторические памятники, медицинские учреждения, дворцы культуры, школы. В Киеве фашисты замучили, расстреляли и отравили в душегубках 195 тысяч человек. Свыше 100 тыс. человек, преимущественно юношей и девушек, было угнано на каторжные работы в фашистскую Германию. Враг готовился полностью разрушить столицу Украины, но его замыслы сорвали героические советские воины (стр. 260).

К концу декабря киевская операция успешно завершилась. Советские войска освободили столицу Советской Украины, продвинулись на запад до 150 км и овладели важным стратегическим плацдармом на Днепре протяжённостью до 500 км. Только с 3 по 12 ноября они разгромили 15 вражеских дивизий, в том числе 2 танковые и моторизованную. Гитлеровцы лишились основных железнодорожных коммуникаций, связывавших группы армий «Центр» и «Юг» (стр. 263).

В работах буржуазных авторов по истории второй мировой войны ясно выражено стремление замалчивать победу советских войск на Днепре. В таких больших по объёму работах, как «Битвы проигранные и выигранные» Х. Болдуина, «Барбаросса» А. Кларка, «Иллюстрированная история второй мировой войны» К. Сульцбергера нет даже упоминания о битве за Днепр, хотя событиям в Северной Африке, Сицилии, Италии, Атлантике и на Тихом океане отводились многие десятки страниц. Буржуазная историография и здесь прибегает к своему обычному приёму фальсификации и грубому искажению истории (стр. 264).