Комната на сутки
Шрифт:
– Здесь душ есть? И свет, вообще-то, выключается?
Лена была девочкой практичной и толковой, несмотря на свои неполные двадцать два года. Институт она окончить успела, но, помимо специальности дизайнера, успела изучить и азы физиологии человека. В некоторых аспектах, касающихся её лично. Используя эти знания, Лена не ждала милости от природы, вернее, от партнёра в постели, а использовала его сама, по своему разумению и нарастающему раз от раза опыта, доводя сначала себя до исступления, до потери сознания, до конца. На это, правда, много времени не требовалось и скоро Влад уже знал всё запретное и доступное на теле и в теле девушки, сам теперь успевая её получить, то ускоряя, то замедляя развязку. Теперь девушка сама становилась заложницей своего тела и молча терпела мучения, не в силах ускорить процесс даже стонами и мычанием, напрягая и расслабляя мышцы бёдер, ног, живота, пытаясь приблизить завершение сладкого акта. Вдоволь наигравшись, Влад добивал её буквально несколькими движениями пальцев рук, лаская твёрдый и скользкий бугорок, пытающийся убегать и прятаться в толстеньких складочках кожи между безвольно раскинутых красивых длинных ног. Лена изгибалась в долгой сладкой конвульсии, парализованная накатившимся чувством эйфории и несколько секунд, сжав зубы и закрыв глаза, это переживала. Потом, расслабившись, она уже не возражала ничему, что бы не происходило, что бы Влад не делал с её, уже улетевшим в невесомость, телом. Это и был момент истины, это и был подарок, так нужный Владу подарок в День рождения!
– Пошли, проводишь меня!
Лена, закутавшись в простынку, направилась к двери, призывно взглянув на Влада и вильнув попкой.
– Шехерезада… - буркнул лениво Влад, поднимаясь и нехотя обматывая бёдра полотенцем. Час назад, заходя в комнатку, он краем глаза увидел за дверью напротив, в другой комнате, сидящих за столом людей. Жильцы, видимо, этой квартиры, сдаваемой тётей Ниной, сидели так же, в тех же позах, до сих пор, возможно, просто смотрели невидимый из коридорчика телевизор. На открывшуюся дверь они не прореагировали, как и на появление двух приведений – в простыне и полотенце, прошмыгнувших быстренько в сторону туалета и душа.
– Ух! – выдохнула Лена, почему-то засмеявшись, – Здесь, как в общежитии!
– А ты жила в общежитии? – удивился Влад, вытаскивая девушку из простыни и включая воду одновременно.
– Ой как хорошо! Душно там, я вся мокрая! Ой, не лезь туда руками!
То, что ещё совсем недавно именно там Влад и лазил руками, Лена похоже, забыла.
– Ладно, сама купайся! Не побоишься вернуться сама? Никто на тебя и не смотрит!
– Иди, - согласилась девушка, застеснявшись, почему-то и чего-то, закрываясь рукой.
Вернувшись в комнатку, Влад убедился, что там, действительно, было душновато! Спешил убежать он из душа не зря, даже невзирая на наличие там обнажённой Лены – в пакете на полу было пиво! И при такой духоте, да ещё после Лены, пиво было действительно вкусным! Выпив сразу не меньше половины банки, Влад подошёл к балконной двери и повернул ручку. Дверь открылась, но воздух на улице оказался не прохладнее. Похоже даже, что на улице после раскалённого дня, где повсюду был бетон и асфальт, к вечеру становилось ещё жарче, чем в комнате. Квартира тёти Нины, как понял Влад, поднимаясь на лифте, находилась на шестом этаже. С балкона просматривался большой кусок района, дома и улицы, но Влад почему-то не мог разобраться, где он. Вроде от гостиницы шли квартал, дом был на углу. Всё так, но тогда куда подевалась улица Красноармейская? И где проспект Будённовский? Да и дома как-то стоят… Так, дом тёти Нины был вроде, девятиэтажным, на углу… А где тогда…
– Влад, ты где?
Лена стояла в комнатке, освещённая ярким светом люстры, в простыне. Волосы она старалась не намочить, но всё равно несколько волосинок попали под воду и теперь облепили её лицо по бокам, делая его похожим на чёрно-белый рисунок. Сходство ещё прибавляла и белая простынь, прятавшая под собой нежное розовое тело. Увидев Влада, Лена отпустила концы простыни и тело начало медленно показываться из-под неё – сначала, почему-то, торчащие вперёд груди с твёрдыми сосками, потом животик с углублением пупка, потом бёдра, чуть раздвинутые ноги, чёрные, почему-то, волосики между ног, хотя Лена была шатенка…
– Опять пиво? – возмутилась девушка, увидев банку в руках Влада, – Вот же! А… Это в ларьке?
Голая фурия подхватила пакет с двумя оставшимися банками, спокойно вытащила из рук застывшего в изумлении Влада недопитую и, недолго думая, даже не посмотрев вниз, выбросила это всё за перила балкона. Внизу никто не закричал, что несколько успокоило Влада. Теперь оставались только Лена и квартира на сутки. Вернее, до двенадцати часов. И Лена в квартире. Голая и доступная. Через минуту она закричала…
Пиво было жалко. Подарок утром проснулся раньше Влада, натягивая на себя простынь и растерянно обводя глазами незнакомую обстановку. Потом, видимо, вспомнив прошедшую ночь, девушка иронично оглядела своё истерзанное тело и толкнула Влада.
– В душ пошли! А то эти, в соседней комнате…
Вспоминая, что за эту ночь он уже раза три или четыре сопровождал девушку в душ, Влад попытался отмахнуться, но Лена была очень настойчива.
– Вставай, вставай! Я без тебя не пойду!
Люди, в комнате напротив, за дверью, почему-то стеклянной, сидели опять, не двигаясь, будто восковые фигуры. На манекены они похожи не были, но странное чувство какой-то нереальности Влада не оставляло. Разглядывать соседей в банном одеянии, с полотенцем на бёдрах, сопровождая Лену в простынке, было бы не совсем вежливо и прилично и Влад, как и ночью, быстро прошёл, пропуская девушку вперёд к знакомой уже двери душа.
– Всё, дальше я сама! – попыталась освободиться от опеки девушка, но ночная жара, похищение пива и горячее тело, соблазнительное и зовущее, не отпустили Влада. Вода тоже казалась горячей, обливая две сплетённые вместе фигуры, будто в танце двигающиеся в белой ванне…
– Ну, теперь ты уйдёшь?
Лена тактично зачем-то отвернулась, пока Влад первым смоет следы танца и обмотается полотенцем.
– Иди, я сама дойду!
В комнате было явно прохладней. Вспомнив, что вчера они так и не закрыли балконную дверь, Влад нашёл этому объяснение. И там, внизу, под балконом… Перегнувшись через перила, он, действительно, разглядел банку «Гёссера», лежащую рядом с пакетом, в котором прятались ещё две такие же банки, только полнёхонькие и запечатанные. Запечатанные, да ещё и охлаждённые ночной прохладой! Не из холодильника конечно, но уже что-то! После такой ночи… Хотелось спать, хотелось пить, хотелось снова обнять Лену, влажную после душа, пахучую и прохладную! Прохладную Лену хотелось больше, чем голую Лену! А ещё лучше голую и прохладную сразу!
Солнце уже начало нащупывать своими лучами болевые точки города, чтобы заставить его томиться от ожогов, когда оно поднимется во всю мощь над горизонтом. Город об этом знал и сосредоточенно пытался защищаться. Но спрятаться не получалось – город был слишком большим, неуклюжим и беззащитным перед грозным Светилом. Влад вглядывался в улицы и переулки, лежащие перед ним как на ладони, с шестого этажа, и никак не мог понять, не мог сориентироваться, где же он находится. Вроде бы всего один квартал от гостиницы отошли! От поднимающегося светила тянулись лучи… С востока! Значит, справа от балкона должна быть Красноармейская… Но дома изнутри квартала, со стороны балкона, были совсем другими, чем с фасада, со стороны улиц. Влад дома не узнавал. Отчаявшись определиться, он просто прикинул расстояние от угла дома, где должен быть проход ко входу в подъезд.
– Так! Второй подъезд, шестой этаж… - шепнул Влад и вернулся в комнату, закрывая за собой дверь. Вернулся вовремя – Лена вошла в тот же момент с другой стороны.
– Прикинь! Эти так и сидят у себя! Что там они смотрят? Сериал, что ли, какой?
– А какая разница? Ты что так рано собралась? Мы же до двенадцати здесь можем оставаться, так же тётя Нина сказала…
Лена скинула полотенце и сделала шаг назад, предостерегающе подняв руку, предупреждая инстинктивное движение Влада к ней навстречу.
– Всё, всё! Хватит! Я чистенькая и иду домой! Ну, Влад, папа же дома? Я, вообще-то, вчера к соседке выскочила на десять минут, ты, случайно, не забыл об этом?
Голая протестующая девушка провоцировала насилие и Владу пришлось сделать над собой усилие, чтобы побороть провокацию.
– Хватит! – ещё раз сказала Лена и, поняв, что сексуальное домогательство сию же минуту ей не грозит, обвела глазами комнату, явно разыскивая своё бельё. Увидев обрывки чёрных ажурных тряпочек, она хихикнула и быстро схватила джинсы, опять опасливо покосившись на Влада. Но тот уже одевался и сам, настаивать дальше прекратил. Лена натянула джинсы на голое тело, надела рубашку, застегнулась.