Чтение онлайн

Такова трагедия Эйми Даррант и Мэри Бартон. И здесь занавес опускается.

Воцарившуюся тишину нарушил протестующий возглас Джейн Хелльер:

— Доктор! На самом интересном месте! Ради Бога, продолжайте.

— К сожалению, мисс Хелльер, жизнь сама решает, где ей поставить точку. Продолжения у меня нет.

— Но я хочу знать продолжение! — капризно заявила Джейн.

— Тогда, мисс Хелльер, — вступил в разговор сэр Генри, — придётся пошевелить мозгами. Нам предстоит решить загадку доктора Ллойда: почему Мэри Бартон убила свою компаньонку?

— Да мало ли почему! — живо откликнулась Джейн Хелльер. — Можно придумать тысячу причин… Она могла просто её разозлить… Или вот ещё: ревность. Правда, доктор Ллойд не упомянул ни одного мужчины. Но, сами понимаете: пароход… Эти морские путешествия… Ну что вам объяснять!

Мисс Хелльер прервала рассуждения и надолго замолчала, предоставив собравшимся сочувственно пожелать лучшего содержимого её прекрасной головке.

— У меня тоже есть несколько предположений, — сказала наконец миссис Бантри. — Но, кажется, внимания заслуживает только одно. Я думаю, отец мисс Бартон когда-то разорил отца Эйми Даррант, и дочь решила отомстить. Ой, нет, снова я всё перепутала! Тут ведь богатая хозяйка убивает бедную компаньонку, да? Значит, дело не в деньгах… А-а, ну тогда всё ясно! У мисс Бартон был младший брат, который застрелился из-за несчастной любви к Эйми Даррант. Ну вот… Мисс Бартон терпеливо ждала своего часа. Наконец Эйми осталась без средств к существованию, мисс Бартон взяла её в компаньонки, увезла на Канары и там рассчиталась. Ну как?

— Замечательно! — восхитился сэр Генри. — Единственное «но»: а вдруг у мисс Бартон не было младшего брата?

— Дедукция говорит, что был, — возразила мисс Бантри. — Иначе исчезает мотив. Так что обязательно должен был быть брат, причём младший. Это же элементарно, Ватсон!

— Умница, Долли, — вмешался её муж. — Жаль, что это всего лишь предположение.

— Разумеется, — согласилась миссис Бантри. — А мы только и можем что предполагать. Доказательств-то нет! У тебя, кстати, и предположения небось приличного нету!

— Честно говоря, нет. Но, думаю, мисс Хелльер была очень недалека от истины, предположив, что здесь замешан мужчина. Я бы даже сказал, священник. Обе вышивали ему ризы или что они там носят, и он предпочёл ту, что поднесла ему Даррант. Ну, что-то в этом роде. И в конце, заметьте, она снова идёт к священнику. Святые отцы вообще влекут женщин как запретный плод. Старо как мир.

— Я бы предложил более… деликатное объяснение, — сказал сэр Генри. — Должен предупредить, это не более чем догадка. Так вот: думаю, у мисс Бартон всегда была… скажем так, ранимая психика. Такие люди встречаются куда чаще, чем вы можете себе представить. Болезнь прогрессировала и со временем развилась в настоящую манию, заставив мисс Бартон твердо уверовать в то, что истинное её предназначение — избавлять мир от зла: от падших женщин, к примеру. Мы же ничего не знаем о прошлом мисс Даррант. Вполне возможно, она тоже когда-то принадлежала к их числу. Мисс Бартон узнала об этом и решила её уничтожить. Потом начала сомневаться в справедливости своего поступка, мучиться угрызениями совести… Её самоубийство явно свидетельствует о психической неуравновешенности. Вы согласны со мной, мисс Марпл?

— Боюсь, что нет, сэр Генри, — с извиняющейся улыбкой ответила та. — Думаю, как раз этот её поступок говорит о незаурядном уме и немалой изобретательности.

Её прервало радостное восклицание Джейн Хелльер:

— Ну как же я сразу не догадалась! Дайте я скажу! Конечно, иначе и быть не могло. Шантаж! Эта компаньонка её шантажировала. Только чего же тут умного, мисс Марпл: взять и лишить себя жизни? Ничего себе изобретательность!

— Потерпите немного, — улыбнулся сэр Генри, — и мисс Марпл наверняка расскажет вам сходный случай из жизни Сент-Мэри-Мид.

— Ну вот, опять вы смеётесь, сэр Генри, — укоризненно заметила мисс Марпл. — И совершенно напрасно: была у нас здесь такая миссис Траут, так она, представьте, получала пенсию сразу за трёх пожилых дам. Все три были из разных приходов, и единственное, что их объединяло, — это то, что все три к тому времени уже давно умерли.

— Весьма изобретательная особа, — согласился сэр Генри. — Только её делишки не проливают никакого света на нашу загадку.

— Разумеется, — сказала мисс Марпл, — для вас не проливают. Но есть ведь и очень бедные семьи, в которых пенсия по старости — огромное подспорье. Нет, я понимаю: тому, кто с этим не сталкивался, понять трудно. Я, собственно, имела в виду другое… В таких делах главное — сходство. Все пожилые женщины похожи друг на друга как сестры.

— Да? — недоверчиво переспросил сэр Генри.

— Ах, я всегда всё так плохо объясняю! Я ведь что хочу сказать… Когда доктор Ллойд впервые увидел этих двух англичанок, он и знать не знал, кто из них кто. Думаю, и в отеле этого не знали. Разумеется, через день-другой все бы разобрались… Но, поскольку на следующий же день одна из них утонула, то, назови себя вторая мисс Бартон, думаю, никому и в голову бы не пришло, что это… не так.

— Значит, вы думаете… — медленно проговорил сэр Генри. — Тогда понятно…

— Это же единственное разумное предположение. Только что наша дорогая миссис Бантри совершенно справедливо заметила: зачем богатой хозяйке убивать свою компаньонку? Жизнь подсказывает, что логичнее предположить обратное.

— Неужели всё так и было? — недоверчиво спросил сэр Генри. — Погодите, мне нужно это осознать.

— Разумеется, — продолжила мисс Марпл, — потом ей пришлось носить одежду мисс Бартон, которая, вероятно, была ей несколько тесновата, благодаря чему могло показаться, что она ещё больше располнела. Вот почему я и спросила об этом доктора. Мужчине наверняка покажется, что женщина раздалась, ему и в голову не придёт, что она вынуждена носить костюм на пару размеров меньше.

— Но какой смысл был Эйми Даррант убивать свою хозяйку? Должна же она была понимать, что ей не удастся скрывать обман вечно.

— Ей пришлось скрывать его лишь несколько месяцев, — напомнила мисс Марпл. — Которые она провела в путешествиях, стараясь держаться подальше от тех, кто мог бы её узнать. Именно это я имела в виду, когда говорила, что к определённому возрасту женщины становятся очень похожи друг на друга. Думаю, никто и не заметил, что фотография в паспорте не её. Вы же знаете эти паспортные фотографии! А в марте она отправляется на небольшой, малолюдный курорт и ведёт себя там так… эксцентрично, что, когда находят её «предсмертную записку» и оставленную на берегу одежду, никому и в голову не приходит задать себе самый обычный при подобных обстоятельствах вопрос.

— Это какой же? — спросил сэр Генри.

— Где тело? — ответила мисс Марпл. — Вообще-то это всегда наводит на определённые подозрения, но она очень тонко сумела отвлечь внимание всевозможными уловками, таинственными намёками и мнимым раскаянием. Но ведь суть от этого не меняется: тела не нашли, и это перевешивает всё прочее…

— Так вы думаете… никакого раскаяния не было? — спросила миссис Бантри. — Вы хотите сказать, что на самом деле она не утопилась?

— Ни в коем случае, — сказала мисс Марпл. — Она, как и миссис Траут, о которой я вспоминала, очень ловко запутала все следы. Но, раз уж я ту вывела на чистую воду, мне не сложно было оценить и этот трюк с раскаянием. Зачем же ей было топиться? Если я ещё способна что-то понимать, она просто уехала в свою Австралию.

— Способны, мисс Марпл, ещё как способны, — закивал головой доктор Ллойд. — Эта история преподнесла мне ещё один сюрприз. Он дожидался меня в Мельбурне. Это было серьёзным потрясением…

— Вы имеете в виду развязку, о которой говорили?

— Да, — кивнул доктор Ллойд. — Мисс Бартон или, если вам угодно, Эйми Даррант, крупно не повезло. Одно время я работал судовым врачом, и однажды, сойдя на берег в Мельбурне, нос к носу столкнулся с женщиной, которая, как я был уверен, утонула на Корнуолле. Думаю, она поняла, что терять ей нечего, и решилась на смелый поступок: рассказала мне всё. Странная это была женщина… Абсолютно никаких моральных принципов. Она была старшей из девяти детей в очень бедной семье. В Англии жила их богатая кузина, и звали её — вы уже догадались, не так ли? — мисс Бартон. После смерти родителей дети обратились к ней за помощью, но получили отказ: мисс Бартон, видите ли, недолюбливала их отца. Тем временем трое младшеньких нуждались в лечении. Лечение стоило дорого, а семья отчаянно нуждалась. Наверное, именно тогда у Эйми Бартон и созрел план убийства. Она уехала в Англию и какое-то время служила в разных домах гувернанткой. Получив необходимые рекомендации, она смогла наконец — уже под именем Эйми Даррант — устроиться компаньонкой мисс Бартон. Чтобы войти в роль, она даже сняла комнату и купила кое-какую мебель. Оставалось только ждать удобного случая… Дальше вы уже знаете. После трагедии на Канарах и мнимого самоубийства она вернулась в Австралию, чтобы вскорости унаследовать состояние мисс Бартон, приходившейся ей ближайшей родственницей.