Чтение онлайн

На самом деле команда относилась к застывшим на флангах «Арматам», которые находились ближе всего к полю боя. Едва закончилась артподготовка, как Т-14 вновь выпустили в воздух БПЛА разведки «Птеродактиль». А, получив координаты целей, быстро перешли в наступление.

На мониторе Гризов одновременно рассматривал приближение машин вероятного противника и следил за передвижениями своего соединения. На левом фланге два танка «Армата» атаковали три «Абрамса». Первым же выстрелом головной Т-14 повредил гусеницу крайнему М1 Abrams, а вторым угодил под башню и поджег его. Остальные американцы успели среагировать. Почти одновременно грянуло два ответных выстрела из стадвадцатимиллиметровых орудий. Переднему русскому танку снаряд угодил в скошенный угол необитаемой башни и взорвался, уже отскочив от него. Никаких повреждений «Армата», укрепленная динамической броней четвёртого поколения «Малахит», не получила.

Заднему Т-14 повезло меньше, – ему американцы повредили гусеницу. Подбитая «Армата» развернулась боком к «Абрамсу» и получила еще снаряд под башню, которую тут же снесло взрывом.

Глядя на обезглавленную «Армату» с воздуха – парочка «Птеродактилей» продолжала кружить над местом сражения, – Гризов подумал, что даже в этом случае экипаж, спрятанный в недрах бронекапсулы танка, скорее всего уцелел бы.

Оставшаяся на ходу «Армата» взяла вправо и, скрывшись за холмом на большой скорости, избежала прямого попадания. Затем вынырнула и, приблизившись едва ли не вплотную, рассчиталась с одним из обидчиков, подбив танк с кормы. Прожорливая турбина М1 Abrams задымила, танк встал, но башня еще могла огрызаться. Следующим выстрелом «Армата» добила своего противника.

Последний оставшийся на правом фланге «Абрамс» Гризов решил взять на себя, поскольку уже был почти на поле боя. Он мысленно приказал Т-14 отступить и прикрывать его. А сам атаковал американца с ходу.

Занятый в сражении «Абрамс» только что промахнулся и не успевал перезарядиться, так как, в отличие от русских танков, у него не было механизма автоматической перезарядки. Этим функционалом в бронетанковых войсках США занимались накачанные танкисты, а таскать снаряды – дело утомительное. Поэтому, спокойно прицелившись, Т-90М «Прорыв» выстрелил из стадвадцатипятимиллиметровой пушки почти в упор и… промахнулся.

В последнее мгновение «Абрамс» включил полный газ, буквально выпрыгнув вперед на несколько метров. И попытался спрятаться за холмом. Его спас мощный двигатель. Однако ненадолго.

Т-90М взял левее, быстро перезарядился, проехал между двумя горевшими соснами, повернул башню в нужную сторону и выстрелил снова. Неповоротливый «Абрамс» тем временем едва успел дослать снаряд в ствол и только начал поворачивать массивную башню. Бронебойный гостинец от русских танкистов прилетел раньше, почти под самое дуло. Взрыв потряс башню «Абрамса». Она устояла, но орудие погнулось и было выведено из строя. Контуженые танкисты-носители стонали внутри.

Не теряя времени, Т-90М вогнал еще один бронебойный снаряд прямо в широкий борт своему поединщику. На этот раз сдетонировал боезапас, и «Абрамс» просто разорвало на части.

– Вот это я понимаю, – похвалил механик-водитель, глядя через защищенные приборы на огненное облако и слушая стук осколков, барабанивших по броне, – попал так попал!

Маша тоже находилась под впечатлением, наблюдая за боем через монитор.

Разобравшись на правом фланге, Т-90М «Прорыв», в сопровождении уцелевшей «Арматы» и пары висевших в небе дронов, направился сквозь дым и гарь сражения на левый фланг, где все еще было неочевидно. Там «Абрамсы», превосходя числом, успели сжечь обе русские машины. Одна была полностью уничтожена двумя прямыми попаданиями. Вторая с подбитой гусеницей еще отстреливалась. Но на глазах Антона была добита выстрелом в неподвижный борт.

Из трех танков М1 Abrams пострадал лишь один, да и то частично, ему немного поджарили башню. Ее заклинило, но танк еще мог стрелять, поворачиваясь всем корпусом.

– Хорошо, что там нет экипажей, – обрадовался Антон, глядя на подбитые русские танки, и добавил с сожалением: – А местные носители оказались толковыми вояками, однако. Туго бы нам пришлось, ребятки, сунься мы сюда в одиночку супротив дюжины таких монстров. Спасибо, «СИМа».

Тем временем американские асы заметили еще два приближавшихся танка и открыли огонь. Не жалея горючки, они постоянно перемещались, урча своими мощными моторами. Прятались то за подбитыми танками, то за поваленными деревьями, то укрывались в складках местности. И все время стреляли. Так быстро, словно их наводчики совсем не знали усталости.

Едва увернувшись от прямого попадания в лобовую броню, Гризов заставил Т-90М нырнуть в овраг и ненадолго притаился там, сверившись с армаранскими анализаторами. Оказалось, танкисты-наводчики перед боем основательно накачались амфетамином и накурились травы. Теперь им было море по колено, а тяжеленные снаряды они подтаскивали к пушке играючи, как шарики для гольфа. Так они могли воевать долго. С другой стороны, командиры и механики тоже были обкурившимися, а отсутствие страха заставляло делать ошибки. Но ошибка в ближнем бою – это конец.

Улучив момент, Антон выскочил из оврага и добил «Абрамс» с поджаренной башней. Танк задымил, словно цистерна с мазутом. Т-90М «Прорыв», спрятавшись за дымом, откатился назад в овраг. Постоянно сверяясь с данными от «Птеродактилей», паривших над Голливудскими холмами, Антон заметил еще одну свободную «Армату». Это был единственный русский танк, все еще остававшийся незамеченным в тылу у американцев.

– А вот и наши козыри, – пробормотал он себе под нос, – самое время вводить резерв.

Антон приказал первой «Армате» маневрировать и вести отвлекающий обстрел двух уцелевших американцев. Сам же остался на месте, симулируя поломку и выжидая, пока «Абрамсы» не попытаются взять его в клещи. И когда бронированные монстры, отогнав «Армату», направились с двух сторон к Т-90М, уже предвкушая легкую добычу, Гризов ввел в бой последний резерв.

На полном ходу сидевший в засаде Т-14 выскочил из-за холма и, остановившись в двадцати метрах от цели, всадил бронебойный снаряд прямо в массивную корму М1 Abrams, огибавшего овраг слева. Турбина рванула сразу, изуродовав корпус. На месте танка заполыхал факел, в котором сгорели танкисты-носители, так и не ощутившие боли.

Второй «Абрамс» успел среагировать и почти развернул башню назад, чтобы поквитаться с «Арматой». Но в это мгновение Забубенный ударил по газам. Т-90М «Прорыв» вновь выскочил из оврага и выстрелил в лоб американцу. Но угодил под днище. М1 подбросило мощным взрывом, повалило на бок. Башня отвалилась от корпуса. Танк загорелся. Вскоре из зияющего на месте башни проема на горящую землю выползли два танкиста-носителя. Озираясь по сторонам и покачиваясь, они попытались сбежать с поля боя.

– Ну уж нет, ребятки, – произнес Антон, пуская в дело спаренный с орудием пулемет Калашникова, – неизлечимых только стирать.

Вокруг все горело. Половину района Лос-Фелиз заволокло дымом. Гризов посмотрел на приборы, прислушался к анализаторам. Хотя впереди еще находились какие-то войска, путь до «тарелки», можно сказать, был свободен. Но к чувству победы примешивалась смутная тревога. Она незримо повисла в воздухе, и Гризов пока не мог понять, откуда она исходит.

– Жми на газ, Григорий, – выдохнул, наконец, командир танка, – Вася нас уже заждался.

– Это мы завсегда с удовольствием, – подтвердил механик-водитель.