Чтение онлайн

Кроме того, Samsung показала две линейки телефонов: Monte и Shark. Представили второй были анонсированы уже довольно давно, задолго до MWC, а вот первая "коллекция", состоящая из моделей S5620, E2550 и C3200, ничем особо не примечательна. Samsung B3410W Ch@t, также демонстрирующийся на выставке, является версией телефона B3410, оснащенной модулем Wi-Fi.

Наконец, компания представила "внедорожный" аппарат E2370. Внешне он напоминает "телефон-аквалангист" Samsung B2100 Xplorer, однако корпус новинки соответствует лишь уровню защиты IP54 (пыль + брызги). То есть окунать его в воду нельзя.

Вот, собственно, и все, что я хотел сказать. Посмотрим, что принесут нам два оставшихся дня выставки и, возможно, продолжим разговор о новинках. Главное, чтоб они появились…

Автор: Михаил Карпов

Опубликовано 17 февраля 2010 года

В начале 90-х, когда нестандартные подходы были в большой моде, проводились занятные эксперименты - вроде как если коровам включать классическую музыку, заметно увеличиваются надои, а если что-нибудь из тяжелого металла - падают. Вряд ли это является достаточным основанием, чтобы утверждать, что парнокопытные обладают утонченным музыкальным вкусом - скорее, дело тут в частотном диапазоне используемой записи.

Владельцы собак наверняка не раз замечали, что домашний любимец порой начинает подвывать под музыку, которую слушает хозяин. Не стоит думать, что сим он одобряет ваш выбор - напротив, бедняге крайне неприятны звуки на высоких и низких частотах, которые не слышны человеческому уху. Кошки, хомячки и прочая домашняя живность от всего этого тоже не в восторге. Если забота о них не является для вас пустым звуком, стоит подумать и об акустическом комфорте - для этой цели предназначен новый 4-дюймовый динамик My Pet Speaker. Он создан именно для того, чтобы прослушивании любимых композиций не пугать домашних животных - специальный алгоритм отсекает нежелательные для них частоты, а также следит за уровнем громкости. Устройство снабжено доком для аудиоплеера и продаётся по цене 250 долларов.

Автор: Михаил Карпов

Опубликовано 17 февраля 2010 года

Есть устройства, которые нельзя отнести ни к какому определённому классу. При взгляде на них не понимаешь, для чего они и почему. Но раз производители такие штуки делают, значит кому-то они нужны.

При первом взгляде на устройство под названием Sony DASH начинает казаться, будто это ответ японской компании эппловскому iPad. Однако при дальнейшем рассмотрении оказывается, что ближайшим родственником гаджета является вовсе не планшет Стива Джобса, а самая обычная электрофоторамка. За последние годы эти устройства постоянно эволюционировали, адаптировались, обрастали всевозможными интернетно-социальными возможностями и вот он - DASH - просим любить и жаловать. Производитель называет его "персональным интернет-просмотрщиком", выводящим на экран несколько виджетов, подключённых к сетевым сервисам. Радио, видеосайты, доступ к социальным сетям - всё это здесь есть. Для ввода регистрационных данных имеется наэкранная клавиатура. В принципе, этот гаджет, помимо прочего, может служить в качестве будильника или, что вполне логично, электронной фоторамки. Стоит же он около 200 долларов.

Автор: Василий Щепетнев

Опубликовано 17 февраля 2010 года

Человек, сказавший, что История повторяется дважды, сначала как трагедия, а затем в виде фарса, должно быть, смотрел её, Историю, из ложи. Из неё, ложи, всегда можно без помех уйти – если фарс вдруг надумает опять обернуться трагедией. Из партера выбираться уже менее удобно – соседи мешают, шикают. Впрочем, где обычно брал места Гегель, не знаю, театр он любил, посещал по мере возможности, но, вероятно, старался соблюсти умеренность и деньги тратил сообразно своему положению. Но тратил не зря, одно лишь сравнение Истории с пьесой окупило все его театральные издержки.

Выражение стало крылатым, и его стали пускать в ход даже вовсе не театралы, а люди, смотрящие спектакли и кинофильмы совсем уж отстранённо, дома, на экранах телевизоров и мониторов – в трениках на голое тело, под пиво, раки и чипсы. Всё бы это ничего, я и сам не прочь бы пива с раками откушать, но подобный просмотр порождает отчужденность от истории с маленькой буквы, той, которую рассказывает фильм, и от Истории собственно, той, что играет в нас. Сидишь, значит, дома или на даче, среди мебели девятнадцатого века, смотришь "Волгу-Волгу" или там диснеевские мультики с помощью шестнадцатимиллиметрового кинопроектора и акустической системы "Телефункен". Или блюрейную версию "Аватара", так даже удобнее: в любую секунду можно сделать паузу, посмотреть особо понравившийся эпизод в замедленном темпе, отвлечься на что-нибудь. Думаешь, что история в твоих руках, как вдруг заваливаются к тебе чёрные ангелы и везут не куда-нибудь, а прямо в Сухановскую тюрьму, не дав ни раков доесть, ни пиво допить. А в Сухановке ты, твердокаменный большевик, прошедший тюрьмы и каторгу, быстренько признаешься, что завербован тремя разведками, японской, сиамской и германской, с целью покушения на Великого Вождя Партии. Только и успеваешь удивиться в последние мгновения: "И это называют фарсом"?

Для зрителя – может быть и фарс, для участника же - определённо нет.

Нам только кажется, и то лишь иногда, что мы – зрители. А мы - участники, пусть большинство из нас дальше массовки и не пробивается.

Итак, История.

Начало века. Не нынешнего, а того самого, века Гигантов (кто, правда, знает, что выползет из неизвестности и в нашем веке, какой вурдалак или пророк поведет за собой человечество?).

Повсюду, как в столицах, так и в провинции, появляются всякого рода очаги гниения и распада, которые требуется срочно вычистить, стерилизовать, иначе всей птичке – двуглавой – пропасть. Не хватает ни рук, ни ног, ни голов, чтобы истреблять всю эту крамолу. И тут бывший телеграфист, коллежский секретарь (чин небольшой, равный мичману во флоте или поручику в армии) говорит высокому начальству: чем трудиться, гоняясь за чужими революционерами, не лучше ли создать революционеров наших?

– Как – наших? – не поняло высокое начальство.

– Буквально. Наших с ног до головы. Мы их будем создавать, мы их будем направлять, и из силы разрушительной, противоправительственной, превратим в силу созидательную, за правительство готовую всяким ненашим бока намять – если на то, разумеется, будет дано соответствующее распоряжение.

– А евреи? – допытывалось начальство.

– А что евреи? Они такие же подданные государя-императора, как и всякие другие, и мечтают о тишине, спокойствии и достатке не менее русских, татар или, там, армян.

– О достатке все мечтают, в достатке всяк спокоен будет, да где ж его на всех взять, достаток?

– Достаток есть вещь относительная. Если вчера у меня не было ничего, а сегодня завелся медный грош, я и грошу буду радоваться год или два. А там – ещё грошик подвернется.

– Ну ладно… Попробуй, – разрешило высокое начальство.

И Зубатов попробовал. Он создал зависимые профсоюзы, профсоюзы, негласно руководимые агентами охранки. Это сейчас звучит обидно – агент охранки, а переведите на современные реалии, то вовсе не обидно, а даже почетно, их, агентов, можно отнести к паладинам государственности. И рабочие в зубатовские союзы не пошли – побежали! Почему нет? Пятьдесят тысяч рабочих бок о бок с великим князем Сергеем Александровичем участвовали в панихиде по царю-освободителю Александру Второму. Не просто участвовали, а в рабочее время! И – никаких прогулов, напротив, Зубатов настаивал, чтобы участникам был выплачен среднесменный заработок. Более того, в трудовых спорах зубатовцы практически всегда отстаивали интересы рабочих, не брезгуя и забастовками.

Среди прочего Зубатов настаивал, чтобы у фабричного рабочего был клочок земли, на котором тот в выходные дни выращивал бы что-нибудь полезное и которым бы кормился в случае безработицы или ухода на покой.

Но и в своем традиционном деле, деле охраны государственной безопасности, Зубатов был птицей высочайшего полёта. Методы его работы с агентурой стала легендарными, провалы у не примкнувших к Зубатову "р-р-революционеров" были делом обыденным.

И потому Ленин крайне злобно отзывался о "зубатовщине", предрекая ей, впрочем, жизнь яркую, но короткую.

Так и вышло. Титаны бизнеса, финансовые воротилы слышать ничего не хотели о дне завтрашнем, тем более – послезавтрашнем. Создавать условия для рабочих? Повышать зарплату? Вводить страховую медицину? Да это вредительство, если не сказать хуже.

И Зубатова быстренько оттеснили на второй план, а потом и вовсе отправили в отставку – в сорок лет, в расцвете физических и духовных способностей. Он был всего лишь полковником из незнатной семьи, а время таких полковников ещё не пришло.