Чтение онлайн

На втором месте — это примерно такая же жизнь со Светой, лучше конечно уже совсем семейная, чтобы она навсегда забыла свою общагу. А вот карьеру комсомольскую пусть делает, в этом я ей помогу.

На третьем месте стоит моя подпольно-спекулянтская деятельность, расширять которую я вдруг решил прекратить.

Хватит мне вполне и тех денег, которые я и так зарабатываю. Вон, на этих восьми куртках и паре заказанных женских вещей без проблем сделаю триста рублей.

Просто были у меня мысли начать повышать обороты, нанимать машину для поездок в Таллин и возить уже товара за раз на полторы-две тысячи рублей. Правда, это реальный путь к залету и тюремному сроку для меня и того же водителя. Много возишь — много нужно продавать, рисковать и так далее. Правда, продавать можно и через того же моего знакомого Вагифа на Некрасовском рынке, только это опять придется лишнего светиться.

Однако, уже сейчас я понимаю отчетливо, что не для этакого дела пришел в свое старое тело и теперь новую жизнь.

Именно не для того, чтобы очень много зарабатывать, мне и так денег хватит, а определенно для того, чтобы как-то значительно поменять жизнь советского народа.

Не дать тому же Горбачеву все достижения и успехи социализма так позорно слить в помойную яму, как у него отлично получилось. Не зря же добрые империалисты ему доверили чью-то пиццу рекламировать, а только за большие заслуги перед буржуинами.

Ну, и в четвертых — это какая-то деятельность в качестве комсорга и курьера.

Получится или не получится — вообще совсем неважно.

На вокзале я вылез из поезда первым, закинул сумку на плечо и зашагал быстрым шагом подальше от здания вокзала.

На будущей работе меня пока не спохватились, парторг вчера не звонила, как мне поведала Таисия Петровна.

Ну и хорошо, делать мне там пока нечего, фотографии новых-старых комсомолок пока делаются, это тебе не в цифровом виде их за пять минут напечатать на струйном принтере.

Обычно этот процесс три дня занимает, и хорошо понятно, что ускорять его здорово недовольные девушки за свой счет точно не станут, чтобы договориться с лаборантом на скорость. Отправили их во вторник в хорошо знакомую мне фотографию на Лермонтовском проспекте, где они оставили по сорок копеек за три матовые фотографии маленького размера каждая.

Да и исполняющим обязанности курьера я пока светиться не особо хочу. Дело это такое — пока никто не знает из бухгалтерии меня в лицо, могут пару месяцев и не трогать, а как только распробуют — начнут требовать каждый день прибывать на место работы спозаранку и развозить документы туда-сюда без передыха.

Еще уверен даже, что обещание парторга мне только числиться на этой должности никто из начальства не слышал лично и все очень удивятся, когда узнают об этом от меня в разговоре.

Но, зайти в торг необходимо все равно, чтобы показаться парторгу и успокоить ее насчет того, что процесс выполнения задания запущен. Это уже мой взрослый ум подсказывает, что начальство хорошее и довольное, когда оно у тебе уверено и знает, что ты по его заданию хлопочешь не жалея своих силенок.

Где-нибудь в конце апреля-начале мая я и сам с удовольствием покатаюсь по весеннем городу на велосипеде, заодно приучая подведомственные магазины к стабильным поставкам моего товара.

Так, значит мне нужен велосипед, желательно с небольшими колесами и полегче, какая-нибудь «Кама», которая была в прошлой жизни.

И еще необходим холодильник для шоколада и конфет в наборах, летом все это добро начнет таять при высокой температуре и усиленно портиться. Поэтому развозить его нужно хорошо охлажденным изначально. «ЗИЛ-Москва» хозяйки с виду выглядит большим, но места в нем совсем немного, да и работает не очень эффективно по своему уже большому сроку службы, поэтому отдельный холодильник в свою комнату мне строго необходим.

Я сразу с утра отправляюсь в универмаг «Фрунзенский», где оставляю в «Спорттоварах» заявку на «Каму» и в «Электротоварах» на большой холодильник по знакомству.

За велик выйдет сверху червонец, а за холодильник — четвертной, как мне сразу намекнули шапочно знакомые продавщицы.

— Ага, все понял, доставку на холодильник тоже приготовьте, — подтверждаю я то, что понял намек и оставляю везде свой номер телефона.

Сразу сообщат, когда нужный товар придет. Ну, или что-то похожее.

Где я буду жить со временем — да кто его знает, а свой холодильник дает возможность постоянной продуктовой независимости, его можно в любой своей комнате держать, более современные модели уже не такие шумные, чтобы мешать спать.

А, еще вот чего было на днях — президент США Рональд Рейган выдвинул предложение разработать космическую технологию перехвата ракет противника. СМИ назвали этот план «звёздными войнами».

Однако, и через сорок лет план этот будет еще глубоко пылиться где-то в теории, так что зря наши такой шум поднимали. Впрочем, из-за развала Союза через семь лет он окажется никому не нужным в сложившемся заново однополярном мире.

Светка не стала с утра заходить, ей с подружками проще добраться до училища, чтобы снова послушно шесть часов сидеть за партами.

Вот чего я совсем не понимаю — это нашего профессионального образования! И именно профессиональное не дается в полной мере, а всякой ненужной учебой птушники занимаются большую часть времени!

Ну на хрена тебе нужно знание производных и площади круга, когда ты в горячую печь целый день загружаешь и выгружаешь поддоны с хлебом и булками? Или надрываясь мастеришь торты на поточном конвейере?

Образование наше профессиональное — оно такое дело странное, конечно. Зачем-то государству необходимо, чтобы каждый работник получил именно среднее образование, чтобы прослушали все будущие рабочие курс алгебры с геометрией, которые девяносто девяти процентам учащихся в жизни никогда не понадобится.

Именно, что только безо всякого толка прослушали, никто из преподавателей даже не рассчитывает добиться усвоения каких-то знаний в итоге. И зачем тогда все эти сложности и лишние уроки нужны?

Хватило бы на самом деле даже после восьмого класса года легкой учебы с большим курсом по технике безопасности и сразу тремя днями практики на производстве, а не всего одним в неделю. И будущие рабочие сразу деньги для жизни какие-то зарабатывают, и государству рабочая сила гораздо дешевле обходится, не три года обучения, а всего один.

Одних учебных классов и учителей нужно в два-три раза меньше.

Вроде в капиталистических странах рабочие учатся на производстве сразу очень активно, а не проводят за партами три четверти времени учебного воемени, абсолютно невнимательно слушая то, что им в будущей жизни никогда не понадобится.