Кому можно верить?
Шрифт:
Проверка знаний, как всегда, проходила на магических иллюзиях. При лечении лёгких больного нага, студентка Трезэн действовала уверено и в какой-то момент шестым чувством поняла, как именно нужно спасти пациента. Она уже собиралась пустить магию, для восстановления альвеол в лёгких, но заметила, что причина поражения нестандартная, виновник яд. Какой именно яд Лотти не знала, но отравляющее вещество маскировались под обычную инфекцию.
Если начать восстановление без противоядия, альвеолы начнут взрываться. Как Лотти это поняла, она не знала, какой яд использовался, она тоже была не в курсе. Когда нет возможности и времени определить вид отравляющего вещества, пациента необходимо напоить стандартным противоядием. Далее ввести в лёгкие пациента противоядие в газообразной форме и только потом начать восстановление лёгких.
Именно это Лотти и собиралась сделать. Но внезапно остановилась. Её как кипятком окатило. Это была ловушка архимага. Студент, только перешедший на четвертый курс, не может справиться с этим испытанием. Это задание для выпускного экзамена.
Очень хотелось спасти пациента, но Лотти понимала, что она выдаст себя. Поэтому она приняла решение убить своего иллюзорного пациента. Решение далось не легко, горящий в агонии наг выглядел очень реалистично. Но Лотти успокаивала себя тем, что это не реальный пациент и в этих стенах от рук обучающихся целителей успокоилось несметное количество иллюзий.
Поэтому она направила целительский поток на восстановление альвеол и они начали лопаться. Когда лёгочные пузырьки начали взрываться и наг судорожно выгнулся, харкая кровью, Лотти вскрикнула от неожиданности. Она знала, что это произойдет, но впервые увидела, как это происходит.
Пациент умер в агонии, захлёбываясь собственной кровью. Магические иллюстрации были невероятно достоверны. Это делалось для того, чтобы целители могли отслеживать реакции пациентов на лечебные манипуляции. А так же знали, чем чреваты их ошибки.
Девушка испугано посмотрела на своего преподавателя.
– Студентка Трезэн, вы поняли свою ошибку?
– серьезно спросил её учитель.
– Нет, профессор, - испуганно ответила Лотти, поглядывая на мертвого иллюзорного нага.
Она боялась, что архимаг понял, что она специально прикончила магическую иллюзию.
– Неудивительно, вы это ещё не проходили. Пациент был отправлен ядом глубоководной синей актинии. Вы будете изучать её яд в этом году у профессора Пройар, - как ни в нем не было сообщил профессор.
– Профессор Тамбион, зачем вы дали задание, с которым невозможно справиться на данном этапе обучения?
– поинтересовался сокурсник Лотти.
– Во-первых, всегда есть надежда найти уникумов. Во-вторых, целитель всегда должен быть внимателен и понимать, что его ошибка может стоить кому-то жизни, - архимаг указал на мертвую иллюзию.
– Студентка Трезэн, не расстраивайтесь, - обратился он к Лотти.
– Вы действовали правильно, если бы это было обычное воспаление, вы бы спасли пациента.
Мысленно Лоттэтинэ удовлетворённо выдохнула, а внешне расстроено покивала головой. Именно о таких проверках предупреждала её Тариана и Лотти чуть не попалась.
В дальнейшем обучение проходило без сюрпризов. Но девушка не расслаблялась и всегда была начеку. К середине четвертого курса обучения, к своему неудовольствию, Лотти стала любимицей архимага. Он даже иногда ставил её в пример. Она прекрасно умела контролировать свой магический поток и отлично знала теорию, так что большинство заданий выполняла с первого раза.
Практические занятия стали сложней. Началось углублённое изучение ядов и проклятий. Стартовала практика по акушерству и гинекологии. Зелье стали многоуровневыми и более затейливыми. А занятие по боевой магии были настолько сложными, что некоторые студенты падали в обморок без сил на полигоне.
До четвертого курса не дошли двое студентов, а на промежуточных экзаменах группа потеряла ещё одну студентку. Девушка поняла, что не справляется и перевелась в магическую Академию Кальвэ. Она решила, что лучше уйти самостоятельно, чем вылететь с позором после весенней сессии.
На следующий день после сдачи экзаменов леди Лоттэтинэ стояла на портальной станции, высматривая в толпе прибывших своего мужа. Хмурый Раон тащил свой сундук на колёсиках и как будто был чем-то недоволен. Завидев Лотти, он помахать рукой, однако не соизволил улыбнуться, хотя девушка светилась радостной улыбкой.
– Милый, как прошла поездка?
– обняв мужа, спросила Лотти.
– Нормально, - ответил он.
– Как дела дома? Как родители?
– продолжала расспрашивать девушка.
– Та, нормально, - пожал плечами Раон.
– А брат с женой, как у них дела?
– уже не зная как наладить диалог, спросила Лотти.
– Пойдет - чуть ли не отмахнулся от вопросов муж.
Лоттэтинэ решила больше не доставать мужчину вопросами и наняв повозку отвезла мужа домой. Ехали в полной тишине, по приезду Раон опомнился, он обнял супругу и полез с поцелуями. На поцелуи Лотти ответила, но чувствовала себя не комфортно. У нее было такое ощущение, что Раон не рад её видеть.
За ужином, который приготовила Лотти, завязался разговор. Раон закончил обучение в художественной школе и девушка интересовалась его успехами. Так как переписываться они стали редко, а по медальону связи муж был не очень словоохотлив. Однако он рассказывал, что уже выполнил пару рекламных заказов.
На ответы от большинства вопросов Раон уклонялся или отвечал нехотя и расплывчато. Вечером он всё же показал Лотти некоторые свои работы, то что взял с собой.
– Очень даже неплохо. О! Вот это очень красиво, - похвалила Лотти.
– Я так понимаю, это оформление меню ресторана.
Листая художественные работы мужа, девушка отмечала, что некоторые рисунки как будто не закончены. Создавалось впечатление, что в какой-то момент Раон решал, что и так сойдёт и просто двигался дальше. А ещё Лотти поняла, что с таким подходом ему будет тяжело конкурировать на рынке художественных рекламных услуг. Так как, к примеру, у эльфов каждая завитушка совершенство. Но в целом творческие успехи мужа её порадовали.
– Завтра утром схожу на площадь, куплю газеты. Посмотрю, какие предложения есть по моей специальности - довольно сообщил мужчина.