Чтение онлайн

— Еще бы! Этот парень командовал армиями, сра­жался с чудовищами и волшебниками, но всегда по­беждал их!

— Вот видишь! А ведь он похож на тебя не только внешне. Он родился в горах далеко на севере этого кон­тинента. Судьба сделала его искателем приключений. Он был вором и наемником, пиратом и придворным, солдатом и маршалом. Он один отправил на тот свет многие тысячи человек, и какие это были люди! Его меч плясал по спинам невообразимых чудищ; сам он неумолимо ускользал из их когтистых лап. Ад боится его. Ныне он властелин богатейшей державы мира — Аквилонии, его воле одинаково беспрекословно пови­нуются аристократы и простолюдины. Это авантюрист-одиночка, пробившийся к вершинам славы!

— Человек, сделавший себя сам! Это мне знакомо, — заметил Митчелл.

— Да! Конан — великий и непобедимый герой! Он — самый грозный мой противник,

— Вот бы не подумал! А мне казалось, все подобные человечишки давно уже лижут пыль у твоих ног!

— Увы, мой друг, я напрасно пытался присмирить Конана! Он варваром родился, варваром и умрет. А пыль за него лизать будешь ты, — холодно отрезал карлик. — Да, Джейк, ты не ослышался: я намерен под­менить Конана тобою. Ты станешь владыкой Аквило­нии — державы, до которой далеко твоей Америке.

— А Конан? Что будет с ним?

— Судьбой Конана я сумею распорядиться. Как видно, мне не суждено погубить или сломить его, но уж вытрясти душу из великого героя я постараюсь!

— А я, значит, буду твоим сатрапом?

— Среди многих других. Заметь: я предлагаю тебе лучшую долю! А если вдруг тебе наскучит бремя власти, ты получишь богатство — столько золота, сколько мо­жешь себе представить!

— Я могу много себе представить. Вряд ли в твоих закромах найдется столько звонких монет.

— Не скажи, — загадочно засмеялся Тезиас. — Вот, видишь этот столик? Как, по-твоему, он из какого ма­териала?

— Дерево, что же еще!

— Верно. А теперь?

На глазах изумленного Джейка огромный письмен-, ный стол, за которым восседал карлик, заблестел, слов­но золотой слиток в сокровищнице Нью-Йоркского банка. Джейк сорвался с дивана, подскочил к столу, щупал его, стучал костяшками пальцев, жадным взором вглядывался в желтизну благородного металла…

— Господи, золото!.. Невероятно, мать твою! Как ты сделал это?

— Сядь, — властно приказал Тезиас, и в ту же се­кунду золото вновь обратилось обычным деревом.

— Ты загипнотизировал меня, — садясь, неуверен­но молвил Джейк. — Никакого золота не было.

— Думай что хочешь. Но если мне под силу ТАК за­гипнотизировать волевого и неустрашимого Джейка Митчелла, неужели, по-твоему, я не могу соорудить зо­лото из куска древесины?!

— Такое я видал только в сказках про средневеко­вых алхимиков…

— В мире Великой Души сказка оживает… Так что, согласен на мое предложение?

— А если я захочу вернуться со своим золотом домой, в мое время? Ты будешь удерживать меня? На лице карлика появилась грустная улыбка.

— Увы, мой Друг! Боюсь, тебя удержат иные, более могущественные, чем я, силы.

— Что ты хочешь этим сказать, говно собачье?! — в гневе воскликнул Джейк. — Неужто я больше никогда не увижу дома? Черт возьми, мне не улыбается умереть на золотом троне в каком-то сраном прошлом! Сумел втащить меня сюда, сумей и вернуть обратно! Слы­шишь, ты, коротышка?!

— Не кипятись, — невозмутимо молвил Тезиас. — Я и сам зажегся желанием простереть свою длань над твоим миром. Но пока мне это не под силу.

— Да какой же из тебя волшебник, если даже в буду­щее ты не можешь заглянуть? — издевательски-прене­брежительно прогнусавил Джейк. — Нострадамус был простым монахом, а на три тысячи лет вперед напроро­чил! А этот — этот коротышка вздумал править миром, а машиной времени не обзавелся! Срамота, одно слово!

— Не заводи меня, — негромко, но отчетливо про­говорил карлик. — А то познаешь гнев Бога. Я хоть и временно отошел от дел, а все ж таки в жалкого клопа кого угодно превратить сумею.

Словно не слыша этого предостережения, америка­нец продолжал;

— Да кто ты такой?! Дай мне сюда хороший револь­вер, и я пришью тебя за одну секунду, Бог ты там или не Бог! Шел бы ты к черту со всеми этими путешествиями во времени! Бред какой-то! Я, помню, так и говорил этому чудаку Фонтанелли, а он знай себе твердит про разные временные кольца!

— Что? Что ты сказал? — вскочил со своего кресла Тезиас.

— Сказал что слышал. Брехня все это про путешест­вия во времени!

— Нет, не то! Кто твердил о них тебе?

— Да это док, мой напарник… Знаменитый ученый, между прочим! Физик. Изобретатель. Тоже что-то там с машиной времени возился…

— Это Перст Судьбы! — в волнении вскричал кар­лик. — Ты слышал, Брахо? Невозможно поверить, чтобы Судьба так улыбнулась мне! Вот оно, недостаю­щее звено! Я и ученый, исследующий время тысячеле­тия спустя: вместе мы покорим его! Ты все понял, Джейк? Твой док поможет нам! Я призову его в мой мир, как призвал тебя!

— Не уверен, что это будет возможно, хозяин, — сказал хранивший до сих пор молчание Брахо. — Вспомни: Джейк попал к нам чисто случайно.

— Да, пожалуй… И все же неплохо было бы заполу­чить этого самого дока со всеми его исследованиями. А пока что, друг Джейк, придется тебе пожить у нас!

— Ладно, — пробурчал Митчелл. — Считай, что ты нанял меня.

— Вот и славно. Брахо введет тебя в курс дела; тебе еще многому предстоит научиться. А специальным призом для тебя станет путевка домой. Будешь паинь­кой –^ получишь конфетку! Не злись, не злись, я что-нибудь придумаю! Брахо, проводи нашего гостя в его новые апартаменты.

Оставшись один, Тезиас мечтательно потянулся. Огромные агатовые глаза светились, точно волшебные фонари в ночном блеске луны.

— Итак, игра продолжается и становится все более интересной. В нее вступило само Время. И мне придет­ся снова двигать пешки… Как знать, что это — мой новый шанс или очередная ловушка коварной Судьбы?!

Путешествие с Тхутмертари оказалось вовсе не таким ужасным, как представлял себе сперва Конан. Зо­лотоволосая стигийка как будто делала все, чтобы заслу­жить доверие своих нечаянных попутчиков. Она болтала без умолку, напрочь подрывая привычные представле­ния о мрачных, замкнутых в себе волшебниках, беседо­вала с воинами, стараясь укрепить их дух. Она зарази­тельно смеялась, рассказывала занятные истории из жизни знатных стигийцев, и никто не мог сдержать улыбку, слушая колкие анекдоты о трусливых, боящих­ся собственной тени аристократах и тупых, начисто ли­шенных чувства юмора жрецах.