Чтение онлайн

Заметив, что число противников увеличилось ровно вдвое, великан неожиданно отступил на несколько шагов назад, немигающим взором уставившись на Катамаи Рея.

— Куда же ты, любезнейший? — повёл бровью колдун, осведомляясь, как ни в чём не бывало.

— Я не стану драться, если есть хоть один шанс на тысячу, что потерплю поражение. — уже не так ровно ответил пришелец и бесследно растворился в воздухе, чем немало удивил опешившего киммерийца.

— Сдаётся мне, это был демон. — заключила Капна, вместе с остальными членами отряда выходя из укрытия.

— Сбежал без драки. — недоумевал Конан, находя поведение противника и его бегство с поля боя, по меньшей мере, недостойным воина поступком, не говоря уже о странности сего.

— Да, пёс с ним, с демоном. — слукавил Катамаи Рей, который, как и его сестра, догадывался о причине столь поспешного бегства противника, но распространяться об этом не стал.

— На то он и демон. — усмехнулась Капна. — Я бы сильно удивилась, поступи он иначе. Ни чести, ни достоинства, только подлость, вероломство и обман.

— Здесь я с тобой согласен. — кивнул Акула. — Трусливая попалась тварь.

— Кром. — медленно выговорил Конан, сжав в руке угасший талисман. — Какой холодный.

— Если ты заметил, камень погасил молнию, которая должна была испепелить тебя. — напомнила Капна. — Чем сильнее проявление магии, тем холоднее будет талисман.

— Ещё один сюрприз для Тутхемеса, не правда ли? — дотронулся до камня генерал Гавер. — Мне уже начинают нравиться магические игрушки колдунов.

— Слишком много болтаете. — Конан сделал отряду замечание. — Пора убираться отсюда, пока кого-нибудь не разбудили.

— Есть, сер! — козырнул Акула, за что на сей раз всё же схватил оплеуху от Капны.

— Чёрт бы тебя побрал. — прошипел Акула, натирая загривок.

Дальше друзья двигались молча, перелезли ограду и бегом преодолели освещённый участок улицы, скрывшись в тени следующего дома, факелы у садовой калитки которого были потушены. Отсюда хорошо просматривались центральные ворота в крепостной стене, кольцом окружавшей дворец короля Стигии Тутхемеса. Парадный вход хорошо охранялся, а каменная стена высотой в несколько человеческих ростов, по которой расхаживали бдительные стражники с луками в руках, казалась неприступной. Но для мастера, знающего своё дело, непреодолимых преград не существует. Рассвет только занимался, и у отряда оставалось время, чтобы попытаться проникнуть во дворец, не поднимая шума.

Прокравшись вдоль стены, Конан выбрал самый плохо освещённый участок, где коптил всего один масляный фонарь. Когда стражники, попарно расхаживающие по стене, отошли подальше, Катамаи Рей, по безмолвной команде варвара, примерился и метнул сюрикен, ударом метательного ножа выбив фитиль. Как только огонёк погас, друзья цепочкой преодолели затемнённую часть улицы, и припали к стене. Сверху послышалась негромкая брань одного из стражников, адресованная рабам, смотрящим за факелами и фонарями. Какое-то время Конан и его спутники, прижавшись спинами к стене, провели без движения и в абсолютной тишине, изучая маршрут стражников и интервалы, с которыми они появлялись над головами лазутчиков.

Когда стражники удалились на почтительное расстояние, Конан раскрутил верёвку с крюком и забросил на стену. Бросок был выполнен безупречно и, как в прошлый раз, крюк зацепился за зубцы, почти не издав шума. Катамаи Рей, как самый лёгкий в отряде, не считая Капны, шустро вскарабкался по верёвке на стену и, не теряя драгоценного времени, пригибаясь, побежал в сторону стражников, которые не успели ещё дойти до крайней точки своего маршрута. Колдуну приходилось действовать быстро, чётко и осторожно, чтобы успеть выполнить приказ командира. Чётким ударом ребра ладони по шее, Катамаи Рей вырубил первого стражника, а второго, успевшего обернуться, пришлось отключить резким ударом кулака в челюсть. Оттащив бесчувственные тела подальше от света, лазутчик вернулся в исходную точку и трижды подёргал за верёвку, давая остальным условный сигнал. По очереди друзья вскарабкались на стену. Когда последний из лазутчиков перемахнул через парапет, варвар скрутил и убрал верёвку обратно в суму — вдруг, ещё пригодится.

— С этими что? — спросил Акула, указывая на оглушенных стражников.

— Убивать не будем. — ответил Конан. — Свяжите.

— Почему? — не понял Гавер. — Свидетели.

— Раньше я, не задумываясь, перерезал бы им глотки, но сейчас мне не нужны осложнения с Тутхемесом. — пояснил варвар причину своего великодушия. — Они честно несли свою службу, уж поверь, я знаю в этом толк.

— Как скажешь, командир. — кивнул генерал Гавер.

Капна и Катамаи Рей быстро и надёжно связали стражников и заткнули им кляпами рты.

— Когда их найдут, мы будем на приёме у короля.
– добавил Конан, особо выделив последнее слово среди прочих, которое произнёс с заметным сарказмом.

Варвар и его спутники пробежали по стене до ближайшей башни, в которой, на удачу, охраны не оказалось, и спустились вниз по лестнице. Конан погасил факел на стене у выхода и осторожно приоткрыл дверь. Пышный сад, раскинувшийся за дворцом, лицевая сторона которого прилегала к центральной площади столицы, безмолвствовал, но это не давало повода думать, что он не охранялся. Оставалось лишь выяснить кем или чем? Магические ловушки, охранные чары и астральные существа, призванные колдунами «Чёрного круга» из иных измерений, отряд не беспокоили, ибо камни Шарана надёжно защищали от них своих владельцев. Оставалось надеяться, что нарушенные лазутчиками магические контуры, благодаря «камням» не сработают и не предупредят охрану Тутхемеса о появлении непрошеных гостей.

Конан собрал друзей вокруг себя и, понизив голос до шепота, раздал указания. Капна и Катамаи Рей сразу же выдвинулись вперёд в качестве разведчиков, держа наготове метательные ножи, смазанные соком чёрного лотоса, который имел репутацию страшного яда, несущего мгновенную смерть даже от простого прикосновения. Остальные шли следом с мечами наизготовку, прикрывая разведчиков с тыла. Стоило отряду углубиться в сад, напоминавший джунгли в миниатюре, как проявились первые стражи, вовремя замеченные разведчиками. Два огромных льва отдыхали на открытой лужайке, наслаждаясь ночной прохладой после жаркого дня. Животные почуяли приближение незваных гостей и насторожились. Хищники заводили мордами, нюхая воздух и острым слухом улавливая малейшие шорохи. Капна подняла руку, призывая остальных остановиться и замереть на месте. Объяснившись между собой с помощью пальцев рук, Капна и Катамаи Рей прикинули расстояние для броска и почти одновременно метнули смазанные ядом ножи. Лёгкий шорох летящих в ночи отравленных лезвий обеспокоил животных, но отреагировать они не успели. Каждый из брошенных разведчиками клинков достиг своей цели. Львы встрепенулись, словно ужаленные, завертелись волчком, но спустя несколько мгновений в бессилии опустились на траву и затихли; яд действовал поразительно быстро. Получив от командира одобрительный кивок, Капна махнула рукой, приглашая отряд следовать за собой. Первый охраняемый рубеж на пути к намеченной цели был успешно преодолён.

Разведчики осторожно приблизились к затихшим животным, и каждый, взявшись за ручку, выдернул свой нож, помня, что прикосновение к лезвию грозит неотвратимой смертью. Колдуны, будучи людьми практичными, посчитали, что ни к чему оставлять ценный инвентарь охране Тутхемеса, более того необходимо, по возможности, тщательнее заметать за собой следы. Ножи были отёрты тканью и аккуратно убраны в миниатюрные ножны, которые крепились на голени тонкими кожаными ремешками, ещё несколько таких же метательных снарядов было спрятано у каждого за спиной в кармашках экипировки, специально вшитых для этой цели. Помимо метательных ножей разведчики вооружились сюрикенами, метательными иглами и дротиками. Кончики дротиков смазывались соком пурпурного лотоса, который, в отличие от чёрного, не убивал жертву, парализуя её на довольно длительное время. В воровском деле, особенно для тех, кто не хотел марать руки кровью, сок пурпурного лотоса являлся весьма полезным инструментом. Но у воров были свои могущественные конкуренты. Маги использовали цветки пурпурного лотоса для медитаций в качестве одурманивающего средства средней силы, поэтому добыть снадобье делом порой становилось отнюдь непростым, ведь обворовать колдуна мог решиться далеко не каждый опытный вор.

Львы в саду могли быть далеко не единственными стражами, поэтому Конан не стал менять тактики, предоставляя разведчикам свободу действий. Встреча с огромным питоном почти исключалась, поскольку соседство с дикими кошками в этом случае было бы неуместным, а вот мелкие ядовитые змеи могли стать проблемой. Приходилось тщательно выбирать дорогу, чтобы ненароком не наступить в темноте на свернувшуюся кольцом гадину. Конан примерно представлял, с чем может столкнуться его отряд, но готовился и к сюрпризам. Теперь разведчики крались с обнаженными клинками, следом за ними, по-прежнему, шли Гавер и Акула, готовые в любой момент оказать поддержку своими мечами, а Конан замыкал отряд, прикрывая тылы. Не смотря на осторожность, отряд продвигался довольно быстро, но варвара ни на миг не оставляло ощущение слежки. Он понял, что на хвосте повис крупный хищник, умный и осторожный, и что встреча с ним уже не за горами. Всем своим видом проявляя беспечность, Конан, тем не менее, до предела напрягал слух и обоняние, и это уберегло его от гибели. Враг напал со спины. Там, где долю мгновения назад была его голова, с лёгким шорохом пронеслась мохнатая когтистая лапа. Конан перекатился по земле и встал к противнику лицом с обнаженным мечом в руках. Его атаковала гигантская серая обезьяна — свирепый людоед, осторожный по природе, но невероятно сильный и опасный враг. Глаза человека и зверя встретились, и теперь многое в исходе поединка зависело от выдержки противников. Конан выдержал этот тяжелый плотоядный взгляд, с облегчением вздохнув, когда за его спиной возникли друзья, и встали полукругом с оружием наготове. Перевес сил сложился не в пользу серого людоеда, но с места обезьяна не сдвинулась, что являлось плохим знаком.