Чтение онлайн

Так, на эмпирическом уровне познание ориентировано на описание явлений, на теоретическом – главной задачей становится раскрытие причин и сущностных связей между явлениями, т. е. объяснение. Основными формами знания на эмпирическом уровне являются научный факт и совокупность эмпирических обобщений, выражаемых в научных высказываниях. Па теоретическом уровне знание выражается в виде законов, принципов и теорий. Основными методами эмпирического уровня исследования выступают наблюдение и эксперимент, теоретического – анализ, синтез, дедукция, индукция, аналогия, сравнение, моделирование, идеализация и т. п. (1.5). В эмпирическом познании основную роль играет сенситивная познавательная способность, в теоретическом – рациональная.

При всех различиях между эмпирическим и теоретическим уровнями науки нет непреодолимой границы: с одной стороны, теоретическое во многом опирается на сведения, полученные в ходе экспериментов, а с другой – эмпирическое познание всегда теоретически нагружено. Как считает К. Поппер, «даже наш опыт, получаемый из экспериментов и наблюдений, не состоит из „данных“. Скорее он состоит из сплетения догадок-предположений, ожиданий, гипотез и т. п., с которыми связаны принятые нами традиционные научные и ненаучные знания и предрассудки. Такого явления, как чистый опыт, полученный в результате эксперимента и наблюдения, просто не существует. Пет опыта, не содержащего соответствующих ожиданий и теорий». Одну и ту же совокупность эмпирических данных можно обобщить, исходя из разных теоретических предпосылок, что и происходит в реальном научном исследовании. Как говорил А. Эйнштейн, ответ природы на задаваемый ей вопрос будет выражен на том же теоретическом языке, на котором был задан вопрос. Эмпирическое исследование всегда концептуально предопределено задачей, которая стоит перед ученым, и принятой им теорией.

В поисках критерия научности представители философии науки пришли к выводу, что помимо эмпирического и теоретического в научном знании следует выделять и ме-татеоретический уровень, или парадигмальное знание. Теоретический уровень организации научного знания является более низким по сравнению с метатеоретическим. Научные теории создаются в рамках определенной парадигмы, зависят от стандартов и норм, которые она задает. Именно поэтому научные теории, сформулированные в разных парадигмах, или базирующиеся на разных метатеоретических основаниях, не могут быть сопоставлены друг с другом (2.1). Позднее Т. Кун, предложивший понятие парадигмы, заменил его понятием дисциплинарной матрицы. Дисциплинарные матрицы принуждают ученого к определенному образу мышления и поведения и определяют тот тип научности, который доминирует в данную конкретную эпоху. в состав дисциплинарной матрицы входят:

• общепринятые символические обобщения;

• философские представления;

• ценности;

• образцы или признанные примеры.

Близкое по смыслу понятие предлагает И. Лакатос. Основной структурной единицей науки он считает научно-исследовательскую программу. В состав научно-исследовательской программы входят:

• жесткое ядро – совокупность норм и принципов, определяющих стиль научного мышления, конвенционально принятое знание, которое рассматривается как неопровержимое;

• защитный пояс, состоящий из позитивной и негативной эвристики. Позитивная эвристика – это рекомендации предпочтительных путей исследования, негативная – совокупность рекомендаций относительно того, чего следует избегать в научных исследованиях.

Защитный пояс предохраняет жесткое ядро научно-исследовательской программы от изменений, в свою очередь трансформируясь с помощью процедур фальсификации и верификации. Положения и принципы, составляющие содержание жесткого ядра, со временем опровергаются, однако это происходит значительно медленнее, чем опровержение научных теорий, и одних процедур верификации и фальсификации для этого недостаточно.

Парадигмальное знание Т. Куна и научно-исследовательская программа И. Лакатоса не выполняют объяснительной функции, а выступают предпосылками теоретических объяснений, задавая стандарты и нормы такого объяснения. Метатеоретический уровень научного знания выполняет, таким образом, нормативную функцию, предопределяя теоретические выводы и через них влияя на эмпирические исследования. Знание на метатеоретическом уровне выражается в виде норм и принципов, утверждающих нечто о самой научной теории.

В. Степин предлагает выделять следующие элементы в структуре метатеоретического уровня:

• стиль мышления – идеалы и нормы научного исследования (по смыслу близко к понятию парадигмы Т. Куна);

• картина мира – общие представления о мире, выступающие как программа эмпирического и теоретического исследования;

• философские основания – идеи и принципы, обосновывающие идеалы и нормы научности, обеспечивающие согласованность научных результатов с мировоззренческими представлениями эпохи.

Выделение метатеоретического уровня научного знания представляется необходимым для понимания особенностей функционирования науки. Это именно тот уровень знания, на котором наука встречается с философией. Философские положения и принципы, таким образом, играют определяющую роль в формировании исторически изменчивых стандартов и критериев научности и рациональности.

Проблема развития науки логически связана с проблемами демаркации и структуры научного знания. К. Поппер связывает возможность развития науки с ее критическим характером. По его мнению, ученый, создавая теорию, уже имеет установку на поиск фактов, опровергающих ее. Конечно, ни одна теория не опровергается одним-единствен-ным эмпирическим фактом, но рано или поздно любая научная теория вытесняется другой, более успешной с точки зрения объяснения эмпирических данных. Повая теория в свою очередь подвергается проверкам и со временем также опровергается. Таким образом, развитие науки идет через опровержение и смену теорий и представляет собой непрерывный процесс пересмотра знаний.

По мысли Т. Куна, развитие науки есть революционный процесс смены парадигм или дисциплинарных матриц. Т. Кун выделяет два этапа развития науки – период нормальной науки и период кризиса. Нормальная наука – это развитие научного знания в рамках определенной парадигмы. На этом этапе происходит накопление эмпирических данных, которые находят приемлемую интерпретацию с помощью привычных средств. Постепенно у представителей научного сообщества накапливаются сомнения в ясности и адекватности методов, теоретических положений и принципов, поскольку появляются все новые эмпирические данные, которые не поддаются объяснению. Более того, выясняются такие факты, которые напрямую противоречат устоявшимся научным положениям. Для их объяснения начинают создаваться новые методики, которые позволяют лучше объяснить известные факты и предсказать новые. в результате научное сообщество отказывается от прежней парадигмы и формирует новую. Момент смены парадигм Т. Кун называет кризисом в науке. выбор в пользу новой парадигмы осуществляется как на рациональных, так и на нерациональных основаниях. Большая часть членов научного сообщества должна верить, что новая парадигма предлагает лучшие средства решения научных задач. Однако эта вера, по мнению Т. Куна, все же опирается на рациональные основания, заложенные в логике развития самого научного знания.

Интерпретация процесса развития науки в концепции И. Лакатоса очень близка к позиции Т. Куна. Развитие науки происходит через смену научно-исследовательских программ. И. Лакатос выделяет два этапа развития научно-исследовательской программы – прогресс и регресс, граница этих стадий – «пункт насыщения». Научное сообщество всякий раз совершает выбор в пользу более прогрессивной, эвристичной исследовательской программы, которая не просто задним числом объясняет, но позволяет предсказывать ранее неизвестные факты. Более эвристичная научно-исследовательская программа постепенно вытесняет предыдущую, и со временем ее разделяет все научное сообщество. Процесс смены научно-исследовательских программ называется научной революцией.

По мнению И. Лакатоса, историю развития науки полностью описывает схема борьбы конкурирующих исследовательских программ. И. Лакатос различает внутреннюю и внешнюю историю науки. Внутренняя история науки представляет собой смену идей и методологий, движение которых и составляет собственно содержание науки. Внешняя история науки – те факторы научного исследования, которые связаны с отдельными личностями и формами организации науки, т. е. не столько со знанием, сколько с деятельностью ученых. Внешняя история науки имеет второстепенное значение; рассматривая процесс развития науки, считает И. Лакатос, следует апеллировать к внутренней логике развития научного знания.