Чтение онлайн

Итак, репрезентация движения предмета – это лишь особый фрагмент модели-репрезентации самого этого предмета, строго определенным образом меняющегося во времени. Соответственно, чувственными значениями таких понятий, как ходьба, бег, еда и т. д., являются множества сходным образом изменяющихся (трансформирующихся) моделей-репрезентаций разных объектов – людей, лошадей, собак и т. д.

Впрочем, понятие, обозначающее особый вид движения, часто формируется в результате наблюдения за движением одного-единственного предмета. Чувственным концептом специфического движения в этом случае становится модель-репрезентация, представляющая в сознании изменяющийся особым образом конкретный объект. В последующем в процессе своего развития этот концепт включает в себя части моделей-репрезентаций других предметов, изменяющихся сходным образом.

Связывание визуального образа восприятия (и модели-репрезентации) изменяющегося объекта, например летящей птицы, со слуховым образом соответствующего слова «летит» приводит к формированию понятия летит. Аналогичным образом возникает связь с тем же понятием (летит) фрагментов моделей-репрезентаций, представляющих в сознании специфические изменения других конкретных объектов (воздушный шар, самолет, парашютист и т. д.). В итоге формируется смешанный концепт, иллюстрируемый собирательной моделью-репрезентацией предметов, совершающих специфическое действие – перемещения в воздухе, ассоциированный с понятием летит.

Человек постоянно сам совершает действия с предметами, поэтому к его репрезентациям, формирующимся в процессе наблюдений за движениями предметов, добавляются чувственные репрезентации изменений состояния его собственного тела, возникающих в процессе выполнения им движений. Эти репрезентации включают в себя, например, то, что Дж. Брунер (1981, с. 88) называет «привычной структурой усвоенного действия» и «организованной последовательностью действий, управляемых некоторой схемой».

Типовые сенсорные конструкции, включающие в себя зрительные образы и множество интероцептивных ощущений, репрезентируют человеку его тело и в состоянии покоя, и в процессе разнообразных привычных движений. Такие сформированные уже психические конструкции участвуют у взрослого человека в регуляции всех движений и действий, особенно привычных. Их трудно вербализовать, то есть выразить словами, но они вполне узнаваемы для нас сенсорно. Печатая, например, текст на компьютере, я периодически ловлю себя на том, что моя рука непроизвольно движется по клавиатуре к клавише с изображением очередной буквы печатаемого мною слова, слуховой образ которой возник уже в моем сознании, хотя я не всегда могу при этом произвольно безошибочно вспомнить, где именно на клавиатуре находится данная буква.

Следовательно, мое тело как бы «знает», а точнее, оно рефлекторно реагирует привычным уже для него способом действия на возникающий в моем сознании знакомый мысленный образ буквы. Здесь нет никакой «бессознательной памяти», а есть лишь усвоенная моим телом психомоторная реакция. Есть типовой двигательный рефлекторный ответ на появление в сознании специфического образа представления или воспоминания.

Но вернемся к репрезентациям движений. Следует еще раз констатировать, что свойства и действия предметов репрезентируются не новыми самостоятельными формами моделей-репрезентаций, а моделями-репрезентациями самих предметов. Особенности моделей-репрезентаций предметов позволяют нам разделять единую репрезентируемую сознанием сущность на собственно предмет, его свойства и его действия.

1. Накопление в памяти человека образов воспоминания и представления одного и того же элемента «реальности в себе» приводит к формированию чувственной психической конструкции – модели-репрезентации новой сущности – предмета. Модель-репрезентация обеспечивает присутствие в сознании человека знакомого ему предмета в качестве единой и самостоятельной сущности даже вне ситуации актуального восприятия элемента «реальности в себе», репрезентируемого ею в качестве предмета.

2. Модель-репрезентация предмета возникает как результат синтеза нередко разномодальных, то есть радикально различающихся между собой сенсорных репрезентаций одного и того же элемента «реальности в себе», которые сознание объединяет в единую сущность.

3. Модель-репрезентацию предмета можно рассматривать как сенсорную психическую репрезентацию следующего уровня сложности по сравнению с образами воспоминания и представления, как особую форму самостоятельных сложных психических феноменов.

4. С началом формирования моделей-репрезентаций предметов, выступающих в роли психических инвариантов, в сознании ребенка на чувственном уровне начинается дифференциация окружающего мира, его дробление на отдельные сущности, что облегчает ребенку его понимание. Сознание создает тем самым для себя и в себе завершенную и устойчивую глобальную чувственную репрезентацию окружающего предметного физического мира.

5. Сформированная модель-репрезентация предмета способна к самостоятельному, относительно независимому от периодически возникающихобразов восприятия данного предмета присутствию в сознании человека.

6. Модель-репрезентация не является чем-то раз и навсегда данным, неизменным и статичным. Она видоизменяется в течение жизни в результате повторного взаимодействия человека с репрезентируемым ею элементом «реальности в себе» и проходит разные этапы своего развития.

7. Модель-репрезентация, как и большинство психических конструкций, разворачивается в сознании во времени, поэтому она не существует в сознании сразу и в целом в силу ограниченности его объема. Проявляясь в сознании в каждое следующее мгновение какой-то своей новой частью, она как бы «течет». Любая ее часть, существующая в данный момент в сознании, в том числе образ обозначающего предмет слова, представляет ее в целом и выполняет ее функции, например, полноценно репрезентирует определенный предмет.

8. Тождественны самим себе в разные периоды времени не элементы внешнего мира, то есть якобы объективно существующие вне человека предметы, а модели-репрезентации этих предметов и понятия, представляющие их в сознании. Инварианты присутствуют не в «реальности в себе», а в человеческом сознании, представляя собой психические конструкции, репрезентирующие сущности «реальности в себе». Они создают в физическом мире иллюзию тождественности и постоянства.

9. Модель-репрезентация предмета субъективно обеспечивает тождество предмета, даже если его перцептивный образ сильно меняется со временем, но лишь до тех пор, пока трансформации предмета укладываются в изменения, допустимые в рамках существующей модели-репрезентации предмета.

10. Модель-репрезентация знакомого человеку предмета участвует в его восприятии. Модель-репрезентация актуализируется в сознании любыми сходными с ее фрагментами перцептивными впечатлениями, вызванными соответствующими элементами «реальности в себе».

11. Модели-репрезентации знакомых предметов занимают четко определенное место в глобальной модели-репрезентации реальности – чувственной картине мира. Это позволяет нам обнаруживать, например, в воспринимаемом сейчас окружающем мире «пустые места», которые раньше занимали известные нам, но отсутствующие сейчас предметы.

Нельзя не признать, что в смежных с психологией науках, в частности в философии и лингвистике, пожалуй, больше достижений в области разработки проблемы понятий и концептов, чем у психологов. В них, однако, нет столь отчетливого разделения между понятиями и концептами, которое можно проследить в психологии [44] . Философ С. С. Неретина (2010, с. 306–307) пишет, что термин «концепт» введен в философию П. Абеляром (1079–1142) в связи с анализом проблемы универсалий. Лингвист В. З. Демьянков (2007, с. 606), обозревая практику использования в разных культурах слов «понятие» и «концепт», высказывает мнение, что это синонимы, так как русское «понятие» соответствует латинскому «conceptus».