Чтение онлайн

– Какая татуировка? – уточнил Пьер, записав про левшу. Позже эксперт точно скажет, права эта девушка или нет. Как правило, она никогда не ошибалась.

– Какой-то принт. Помню хвост. Остальное было видно неясно. Но если вдруг увижу где-нибудь изображение, возможно, картинка восстановится.

Пьер записал данные, скомандовал:

– Уносите труп.

Санитары загрузили тело на носилки, накрыли простынёй и вышли из залы. Вскоре разошлись и полицейские со своими ассистентами.

Тут только Пьер заметил, что одежда Эстер в крови.

– Опять проекция? – спросил он.

Эстер кивнула.

– А Вы можете показать… – замялся Пьер.

Эстер приподняла рубашку. Чуть ниже бюстгальтера виднелась неглубокая рана.

– Похожа. Удивительная способность, – заключил Пьер.

Эстер фыркнула:

– Тоже мне, удивительная. Особенно падать в обмороки каждый раз после проекций. Не хотите попробовать?

И девушка обречённо махнула рукой. Пьер же почувствовал себя неловко за свою бестактность. Он попрощался с Эстер, и пошёл к охраннику у выхода:

– Подскажите, пожалуйста, Вы случайно не заметили среди выходящих из зала кого-нибудь подозрительного? Может, кто-то нервничал, вёл себя как-то необычно?

Охранник задумался. Потом ответил:

– Нет. Хотя, постойте. Был один мужчина с милированными волосами. Он постоянно оглядывался.

– Была ли у него татуировка на тыльной стороне правой руки?

– На счёт татуировки не знаю.

– Сможете подробнее описать этого человека?

– Да, пожалуй.

И детектив в компании охранника вышли из зала составлять портрет подозреваемого.

Эстер обессиленно опустилась на сидение, взялась пальцами за виски: на концерт не попала, убийство не предотвратила, преступника поймать не помогла. Как теперь его найти? Улик в деле мало. В принципе, как и обычно. И всё же в прошлые разы у неё был хотя бы примерный план действий. А сейчас? Она даже не представляла, с чего начать.

Даррел заметил, что девушка в угнетении. Глаза её смотрели на сцену, и всё же видно было, что она далека отсюда. Парень подумал, что даже с даром предвидения невозможно спасти всех. Как же отвлечь её от гнетущих мыслей? Можно, конечно, попробовать одно средство.

Парень медленно поднялся на сцену, и начал петь.

Эстер вздрогнула от неожиданности. Взгляд её принял более осознанный вид. Она даже неслышно подпевала, хотя выражение лица продолжало быть потерянным.

Даррел закончил петь и спустился в залу.

– Как мило, моя любимая песня, – пробормотала Эстер, слабо улыбнувшись.

– Какие песни тебе ещё нравятся? – спросил парень.

– Да почти все. Смысл, голос – всё заставляет внутри расцветать. Единственное, не особо нравятся песни с грустным музыкальным сопровождением. Иногда хочется рыдать. А я этого не люблю. Понятно, что песни такие тоже важны, пробуждать чувственность в людях… – девушка осеклась.

В расстройстве о проваленной операции по спасению она не совсем соображала, что говорит. Ещё обидит Даррела и Садира своими высказываниями. Что о ней подумают? Нужно заканчивать:

– Благодарю, что спел мне. Было неожиданно. Слышала, у тебя скоро тур в соседнюю страну. Желаю удачи.

Она встала со стула, и ещё, не совсем контролируя себя, протянула руку артисту. Даррел пожал руку девушки.

– Вот, – послышался голос Киры, – подпиши девушке.

И она протянула Даррелу его фото. Девушка тоже посочувствовала незнакомке.

Даррел поставил автограф и протянул Эстер.

– Спасибо, – девушка с благодарностью взглянула на обоих Корфов своими разными глазами, и поспешно удалилась.

Пьер и Джей поняли, что домой они пораньше не попадут. В прочем, так бывало часто. Эксперты уже получили отпечатки пальцев с кресел, которые находились рядом с местом убитого.

На счастье детективов в кармане нашёлся билет, в котором были указаны точные номера места и ряда. Правда, никто не понимал, как эта информация может помочь. Ведь список присутствующих на концерте по местам не вёлся. Напарники с грустью осознали, что вычислить кого-то, когда на концерте была куча народа, маловероятно. Однако пробить пальчики вокруг места потерпевшего нужно было. Вдруг промелькнут отпечатки, принадлежащие ранее судимому человеку. Это была бы не абы какая удача. Можно начать с ранее судимого. Такой поворот событий немного бы облегчил работу следствия. Часто ранее судимые по разным причинам возвращались к своим прошлым делишкам. Но бывало и по-другому.

Джей сходил к автомату и набрал две чашки кофе. Потом пошёл в кабинет и угостил Нормана.

– Это вообще какой-то отпетый парень, если решил напасть на человека в то время, когда на концерте была куча народу. Не побоялся же, и остался не замечен. Удивительное везение. Или мастерство.

Пьер хмыкнул:

– Такое чувство, что ты восхищаешься преступником. Лучше бы мастеров такого рода было намного меньше, чем мы встречаем на своём пути.

Джей возразил:

– Не восхищаюсь, и всё же. Мне непонятно, как в месте, где было сосредоточено много людей, совершилось преступление. Конечно, преступник действовал уже после окончания концерта, когда большинство людей разошлось. Но не выдать себя. Видно, слишком хорошо владеет эмоциями и мимикой. Ведь охрану всегда подбирают опытную. Знакомую с психологией, иногда даже и с физиогномикой [1] .

Пьер допил свой кофе.

– И такие есть. Чего ты удивляешься, если многое успел повидать за время своей работы, – сказал он. – Хорошо, что Эстер оказалась там. Хотя бы одна зацепка: татуировка и левша.

Джей фыркнул:

– Я всё равно ей не верю.

Пьер улыбнулся:

– Мне кажется, ты достаточно с ней поработал, чтобы увидеть – она никогда не ошибается.

– Это и пугает, – возразил Грэм. – Я не верю в потустороннее. Тогда откуда бы провидице знать подробности?

– На то она и провидица, как ты говоришь. Забыл? Провидцы способны предвидеть будущее. Ладно. Освин наверняка уже узнал что-то интересное. Заодно и проверим девчонку в который раз.

И напарники направились в морг.

В царстве мёртвых тел было светло, как в солнечный день. Патологоанатом уже накрывал тело и прятал в холодильник.

– Что нового удалось узнать? – поинтересовался Пьер.

Освин налил себе в кружку кофе, добавил сахар. Уютно устроился в рабочем кресле и начал рассказывать:

– Мужчина около тридцати лет, вёл не совсем здоровый образ жизни. По коже на руке и микроскопическим остаткам масляной краски на коже и одежде, могу предположить, что он – художник. Не знаю, насколько известный в своих кругах. Есть же такие, которые пишут картины, но при этом на выставках не присутствуют, как муж моей сестры, так что в лицо его никто не знает. Про нашего жмурика можете узнать в союзе художников. Несколько дней назад мужчина с кем-то подрался: в районе рёбер я обнаружил синяк, на костяшках пальцев кожа стёрта. Что касается раны: маленькая по площади и глубокая, нанесена стилетом. И, уж не знаю откуда известно вашей знакомой девице, убийца и правда, левша.

Джей скептически улыбнулся:

– Да это провидица. Утверждает, что у неё бывают видения будущего. Пока ты был в отъезде, она попадалась нам несколько раз на некоторых делах.

Освин удивлённо поднял брови:

– И что, раскрыли хоть одно из убийств?

– Да. Даже улики против преступника оказались – не придраться. Мне кажется, она заодно с преступниками. Просто привлекает к себе внимание.

– Перестань. Откуда она могла знать убийц? Тем более, как ты и просил, мы пробили все звонки Эстер. Она никогда даже не связывалась с ними. Как, впрочем, и с теми, дела которых я расследовал тогда в одиночку. – Встал Пьер на защиту девушки.