Кончай печалиться, и тебе мужика найдем!
Шрифт:
– А я уже забыл, какая ты самостоятельная фашистка, когда трезвая.
– Заткнись! Как ты мог?
– Я? Так это я в тебя заливал алкоголь?
– Не ты. Но ведь ты был трезвым! И только не говори, что это было не так. Как ты мог отвезти нас в ЗАГС?!
– Я был почти трезвым.
– Ну так на черта?!
– Захотелось.
– А если бы тебе захотелось групповухи, ты бы меня тоже туда позвал по своему желанию?
– В желаниях было табу на секс и разврат. И я слишком брезглив и эгоистичен, чтобы делить с кем-то бабу. Даже такую мегеру как ты.
– У тебя на все есть ответ?!
– А у тебя? В отличие от некоторых я просто знаю чего хочу.
– А если бы у тебя возникло желание заделать мне ребеночка, тоже потребовал бы? Так вот хрен тебе. Не родится.
– Дура.
– Ненавижу тебя!
В очередной раз толкаю его от бессилия и выхожу на улицу искать свои туфли.
Глава 17
Из положительных новостей – мои туфли в целости и сохранности. И, несмотря на алкогольные выходные, мое лицо, после чашки кофе и имеющейся косметики, выглядит так, как будто я была на курорте. На этом все. Я в полной заднице.
Мало того, что сел мобильник, так еще и какого-то черта моя сумка оказалась не той, с которой я шла на корпоратив. Налички – ноль. Карт нет. Хотя, если быть откровенной, у меня и на основной карте было всего ничего. Но на билет бы точно хватило. И что теперь делать? Просить деньги у Кости? Ну это просто дно, просить что-то у мужика! Даже если он и стал мужем на бумаге.
Гипнотизирую взглядом замызганный календарь, висящий на холодильнике, и еще больше унываю. До зарплаты пять дней. Пять! Обвожу взглядом обстановку в доме и понимаю, что не выдержу столько времени в таком месте, да еще и при тесном контакте с Костей. А если еще и его тетка и правда вознамериться устроить шабаш с родственниками? Мне капец.
Итак, надо включить все свое женское обаяние и закрыть свой рот до тех пор, пока не окажусь в своей квартире.
При свете дня участок нечистоплотной тетки оказался тех еще масштабов. Оттого найти Костю оказалось той еще задачей. Первая мысль: сбежал от меня. И только потом до меня дошло, что искать его надо в курятнике.
Вот только нахожу я его…в свинарнике. Парадокс, здесь, в отличие от дома, чище. Правда, к запаху это не относится. В отличие от меня, мой недомуж одет, как и полагается в такой обстановке: галоши, старые штаны и какая-то потертая майка, с дырками на спине. Лепота. Но забавно даже не это. А то, что Костя треплет за ухо свинку, а затем она переворачивается пузом к верху.
Выглядит это настолько мило, что я в какой-то момент забываю зачем вообще его искала. И даже оттесняется обида за то, что он меня продинамил с сексом. Может, он вообще остановился потому что не было презервативов. Ну давай, поищи оправдания этому гада, только потому что он милуется со свинюшкой. Ловлю себя на мысли, что тоже так хочу.
– Аль? – вздрагиваю от внезапно прозвучащего Костиного голоса.
– Что?
– Ты кое-что забыла, – о чем он, черт возьми?
– Что?
– Недовольное лицо, – улыбаясь произносит Костя.
Какая же он все-таки скотина. Обаятельная скотина с обворожительной улыбкой, которую раньше я так сильно не замечала. Происходящее мне совсем не нравится. И дело уже не в штампе в паспорте и не в том, где я нахожусь. Не хочу я в него влюбляться. Мне это нафиг все не нужно. Одной хорошо и спокойно. Надо уезжать отсюда, да побыстрее.
– О, вот уже узнаю Адольфовну по вернувшейся недовольной мордашке.
– А ты когда-нибудь бываешь серьезным?
– Пять минут назад, когда убирал за ними килограммы дерьма. Сними туфли и иди сюда.
– Зачем?
– Ну ты же хочешь его потрогать?
– Откуда ты знаешь?
– По глазам вижу. Давай сюда.
– Босиком?
– Ну что ты как городская фифа? Галоши надень, вон стоят справа от тебя.
Пусть и не слишком приятно совать туда ноги, но свинку хочется потрогать. Снимаю туфли и надеваю галоши. И стоит мне только подойти, как Костя выпрямляется и тут же перехватывает мою ладонь, и кладёт себе на пах.
– Трогай. Только нежнее, – смеясь произносит озабоченный, а я дура смеюсь в ответ.
– Придурок, – одёргиваю ладонь.
– Есть такое. Как с тобой познакомился, так вся придурь вылилась наружу. Ладно, дуй сюда, Неврозовна, – подталкивает меня к хрюшкам.
Сажусь на корточки, но трогать хрюшку не решаюсь. И так бы и сидела как истукан, если бы Костя не взял мою ладонь в свою руку и не провел по пузу веселой свинки. Офигеть. Ощущения непередаваемые.
– Она еще и улыбается!
– Еще и визжит иногда так, что уши закладывает.
– Я всегда думала, что свиньи белые, а тут черненькие. Они как собачки. Такое разве бывает?
– Это вьетнамская вислобрюхая свинья. Некоторые их заводят в качестве домашнего питомца. Они вполне себе дрессируемы и чем-то действительно напоминают собак. Идеальны в разведении. Но есть один минус.
– Какой?
– Этих жалко убивать.
– Откуда ты это знаешь?
– Помимо того, что провел детство в деревне, я про них изучаю на досуге. Как стукнет сорокет, хочу завести свиней, кур и, скорее всего, коз, – перевожу на него недоуменный взгляд.
– Шутишь?
– Нет.
– То есть ты долбился в мои стены, нарушая мой покой, чтобы через три года свалить за город и разводить свиней?
– Я делал ремонт в купленной квартире. Вот и все. Можно перепелок вместо куриц завести. Там яйца полезнее. Ты как?
– А при чем тут я?
– Ну, может быть, ты против коз. Их все же доить надо. Не всегда смогу все сам. Тебе тоже придется.
– Кота своего попросишь.
– Артемон не станет.
– Слушай, заканчивай уже этот сюр, – выпрямлюсь во весь рост, Костя аналогично.
– Вообще-то я серьезно. Мы взрослые люди, ну получилось вот так. Почему не попробовать строить реальную семейную жизнь? Можно до сорока пяти отложить разведение хозяйства.
– Вообще-то я тоже серьезно. Учитывая, что я ляпнула бабушке, что мы поженились, я не смогу сразу сказать ей, что мы развелись. Но мы это сделаем, как только пройдет пару месяцев. Ты иногда подыграешь мне, я тебе квартиру уберу или еду приготовлю. В общем, что-то взамен. Ты просто мой сосед. Хватит, Костя. Подурачились и на этом все.