Чтение онлайн

Вроде бы не существовало разумной причины, почему ученые выбрали оформить свое послание таким образом, как они сделали. Даже просто ни единой. За исключением того случая, если кто-то не попытался бы разговаривать с нами первым точно таким же образом.

Он покачал головой. Неужели пятнадцать серьезных мужчин, сейчас сидевших с ним в одной комнате, действительно утверждали, что шифр, который ему требовалось расколоть, пришел из космоса? И что сообщение, задание написать которое сейчас получил Вильям, было ответом, который они собирались послать туда?

Он закрыл глаза, потер ладонями лицо, попытался взять себя в руки.

Что-то здесь не сходилось. По-прежнему какое-то звено отсутствовало.

– В таком случае, – сказал он, – как вирус вписывается в данную картинку?

Сидевшие вокруг стола мужчины посмотрели на него. Без намека на удивление, с мрачными минами, пятнадцать пар глаз, просившие его объяснить, почему он заговорил о вирусе.

– Карантин. Женщина, которую мы видели, та, в стеклянном ящике. Это же вирус, не так ли? И оттуда же приходят тексты?

– Почему ты так считаешь?

Сейчас вопрос задал Франкен.

– Четырехзначная основа. Кто, черт побери, шифрует что-либо с помощью четырехзначной основы?

Он услышал нотки недовольства в собственном голосе и удивился, что ему не удалось обуздать себя. Но разговор уже стал раздражать его. Вокруг сидели пятнадцать господ в военной форме и знали все, но, похоже, решили не рассказывать ему ничего из того, до чего он не дойдет сам.

Никто не произнес ни слова. Они ждали, что Вильям ответит на свои собственные вопросы.

– Есть лишь одно разумное объяснение, – сказал он. – Никто не шифрует ничего на базе четырехзначной основы, если только сам способ передачи информации не требует этого.

– ДНК, – сказал Франкен. – Таков твой вывод.

– Я спросил, откуда появился шифр, и вы отказались рассказать. Тексты пришли из генома. Это единственное разумное объяснение. Кто-то связался с нами, отправил нам вирус со встроенным сообщением, и сейчас наша очередь послать ответ. Не может быть никакого другого способа. Мой единственный вопрос: кто?

У Вильяма создалось впечатление, что крошечное преимущество, которым он обладал, исчезло. Он снова находился на шаг позади. Казалось, не он управлял разговором, а наоборот, словно он не успевал сам выбрать, какие вопросы ему надо обдумать, и делал новые выводы на ходу, уже когда формулировал их вслух. И ему не нравились выводы, к которым он приходил.

Где-то в дальних закоулках мозга пряталась мысль, требовавшая внимания к себе. Но он постоянно отбрасывал ее подальше, считая второстепенной.

Коннорс посмотрел на него. Словно точно знал, о чем думает Вильям.

– Тебе уже известен ответ, – сказал он. – Не так ли?

Вильям покачал головой.

– Откуда, по-твоему, берут начало тексты?

Он колебался.

– Я сожалею, – наконец сказал Вильям.

– Попытайся.

– Нет. Я сбит с толку. Как раз сейчас…

Прятавшаяся в глубине мозга мысль попыталась достучаться до него снова.

– Как раз сейчас у меня есть только единственное объяснение. И оно совершенно невероятное.

– Все выглядит невероятным, когда думаешь об этом впервые.

Тишина. Вильям закрыл глаза. Попытался в последний раз расставить все переменные по своим местам в надежде, что логика возьмет верх. Но, как он ни крутил свои мысли, получался тот же самый, полностью невероятный результат.

– Рассказывай.

Он сделал вдох. Тщательно подбирал слова.

– Исходя из того, что я слышал, и из тех выводов, которые сделал, исходя из виденного мной и из сказанного вами сейчас, я не могу объяснить все чем-либо иным, нежели…

Новая пауза. Это выглядело чистым безумием. Но у него не было выбора.

– … Что вы столкнулись с вирусом.

Он ждал возражений. Но они не прозвучали.

– Как и где, я не знаю. Где-то вы случайно напоролись на него. Каким-то образом и по какой-то причине пришли в выводу, что он…

Боже праведный. Ему пришлось сказать это:

– … Что он родом не с нашей планеты.

Он посмотрел на них. Попытался прочитать реакцию по их лицам, но никто ничего не сказал. Никто не остановил его, не посмеялся над ним по поводу той чуши, которую он произнес. Вильям поколебался, но потом продолжил. Если уж зашел так далеко, то вполне мог позволить себе порассуждать на финише.

– Когда вирус изучили, в его ДНК обнаружили спрятанное послание. И сейчас вы… мы… пытаемся найти ключ к шифру с целью ответить им. Им… кем бы они ни были.

Вильям закончил, но в комнате по-прежнему царила тишина. Он закрутился на своем месте, почувствовал необходимость защищаться.

– Это же абсурд, я прекрасно понимаю. Но таково единственное объяснение с учетом всех фактов. Послание Аресибо, возможно, стало неудачной попыткой связаться с ними, по-настоящему дурацкой, потому что никто не понимал, как надо зашифровать его. А сейчас мы сидим здесь с заразным вирусом и посланием, на которое надо ответить, и не знаем как.

Снова тишина. Только вентиляторы вращались в трубах где-то далеко в лабиринтах, заставляя воздух двигаться, и, единственные, нарушали ее.

– Я знаю, это идиотизм, – сказал Вильям. – Мне жаль, если я разочаровал вас. Я с удовольствием приму правильное решение, если вы ничего не имеете против.

Наконец Коннорс кашлянул сбоку от него.

– К сожалению, это не такой и идиотизм.

Вильям посмотрел на него:

– Извини?

– Твой вывод вовсе не глуп. Он просто ошибочен.

То, что он собирался рассказать, требовалось рассказывать крайне осторожно.

– Есть вирус. Все правильно. Но мы создали его сами.

– Мы?

– Да.

– Нельзя ли поточнее?

– Не мы, присутствующие здесь, но наши коллеги. Ученые, которых больше нет в живых.

Вильям кивнул. Было не трудно догадаться почему. Тем более после того, как он видел женщину в аквариуме.

– Что-то пошло не так? – спросил Вильям.

– Да, кое-что пошло не так. Вирус действует не так, как мы предполагали. Десять лет назад здесь работали почти восемьсот человек. Сегодня нас пятьдесят. Никого из тех, кто находится здесь сейчас, не было в то время. Нам пришлось стартовать с нуля.