Чтение онлайн

Внутри здания было не жарко. Прохладой веяло от выложенных зелеными плитами стен, от каменного пола. С Анной никто не заговаривал, никто не оглядывался на нее, пока она шагала вслед за монахиней по узкому коридору.

Анна случайно коснулась каменных плит и тут же отдернула руку: ей показалось, что стена сырая, но пальцы были сухими.

Монахиня остановилась возле двери и, повернув ключ в замке, толкнула дверь ногой. Анна не двигалась. Никто так ни о чем ее и не расспросил, ей не задали ни единого вопроса о том, кто она такая и зачем ей понадобилось навестить Маргарет Бреннан. Надо же, она-то решила, что проникнуть в госпиталь будет непросто, а здесь, похоже, до нее вообще никому нет дела.

Анна нерешительно переступила порог и невольно вздрогнула, услышав, как за ней громко захлопнулась дверь. Комната, куда она вошла, оказалась крошечной каморкой, похожей на тюремную камеру. Узкая железная койка, стул, стол - и больше ничего. Высоко над полом крошечное оконце. Под ним, спиной к двери, восседала прямо на полу Маргарет Бреннан.

Анна кашлянула, но женщина даже не шевельнулась. Анна подошла поближе и, остановившись в двух шагах от Маргарет, окликнула ее по имени. Ноль внимания. Анна позвала громче, и женщина наконец оглянулась.

Анна едва сумела подавить крик. На нее уставилась старуха с испещренным морщинами, желтым лицом и совершенно седыми волосами. Ее вытаращенные воспаленные глаза были багровыми. А ведь с фотографий в газетах смотрело совсем иное лицо. Подобная встреча застала Анну врасплох. Ибо она ожидала увидеть благородное, красивое лицо женщины средних лет, а это... Ее встретила старая карга. Анна с трудом взяла себя в руки, выдавив на лице какое-то жалкое подобие улыбки.

– Миссис Бреннан, меня зовут Анна. Анна Бромптон, - представилась она.

Старуха улыбнулась. Лицо ее сморщилось как сушеное яблоко.

– Очень мило с вашей стороны заглянуть в эту обитель, - глухо отозвалась она.

***

Она говорила с бостонским акцентом, на блестящем английском, напомнившем Анне почему-то чету Кеннеди. Анна пожала протянутую руку и снова с трудом подавила отвращение, прикоснувшись к сухой, шершавой коже.

– Сейчас чудесное время года, - задумчиво промолвила Маргарет.
– Волшебный аромат цветов ..

Aнна чувствовала себя не в своей тарелке. Растерявшись, она никак не могла придумать, как подступиться к разговору о Торнах. Господи, и зачем только она вообще заявилась сюда, какие сведения можно выудить из этой старой развалины?

Обычно Анна просто давала людям возможность высказаться и выложить все, что придет им в голову, незаметно подталкивая их к интересующему ее предмету. Сейчас все складывалось иначе.

– Должно быть, вы удивлены моим визитом, - пошла напролом Анна.

Маргарет вежливо улыбнулась.

– Нет, нисколько. Я понимаю вас.
– И она снова отвернулась к стене.

– Я помогаю Джеку Мейсону.

Никакой реакции.

– Вы, наверное, слышали о Нем.
– Писатель, - кивнула Маргарет.
– Слышала, конечно. По-моему, даже встречала его на каком-то званом ужине в Нью-Йорке.

Теплее, теплее, это уже кое-что. Да, все-таки сегодня Анне везло. Она очаровательно улыбнулась:

– Понимаете, он взялся за книгу. О Торнах... Выражение лица Маргарет мгновенно изменилось. Нахмурившись, она тряхнула головой и тут же отвернулась к стене.

– Это своего рода биографическое исследование, - быстро пояснила Анна. Мейсона заинтриговали некоторые эпизоды из жизни...

– Дэмьена Торна, - внезапно перебила ее Маргарет, задрожав всем телом.

– Д.!. Но и других тоже, - скороговоркой добавила Анна.
– Понимаете, Мейсона интересует странная зависимость между той огромной властью, которой обладает семейство Торнов, и страшным.., роком, преследующим эту династию.

– Не напоминайте мне о Дэмьене Торне, - равнодушно проговорила Маргарет.

Анну вдруг пробрала дрожь, но она продолжала:

– Но если это вас расстраивает и волнует... Маргарет резко повернулась к ней и неожиданно вскипела:

– Вы же ничего, ровным счетом ничего не знаете!
– И она вскочила, вытянув руки с длиннющими ногтями, до смерти перепугав Анну. Та от неожиданности отшатнулась к двери, а Маргарет упала на стул, тяжело дыша и прикрыв лицо безобразными руками. Она разрыдалась, и плечи ее начали вздрагивать от этих рыданий.

Анна заметалась по каморке, не зная, что делать. Она хотела успокоить несчастную женщину, но одновременно страшилась ее ужасных ногтей. Несколько минут стояла Анна в нерешительности, растерянно глядя на плачущую Маргарет. Та, всхлипывая, как ребенок, утирала нос рукавом.

– Сядьте и выслушайте меня, - наконец произнесла она ровным голосом.

Молча кивнув, Анна присела на краешек койки, готовая в любой момент ринуться к двери, если возникнет необходимость. Тут она вспомнила о диктофоне и спросила:

– Вы не возражаете?

Маргарет никак не прореагировала на вопрос. Казалось, она разговаривает сама с собой.

– Это случилось в ночь Армагеддона...
– безучастным голосом начала больная.

Сидя в душной комнатенке, вслушиваясь в безумное повествование, Анна думала сейчас лишь об одном: как бы поскорее удрать из этого "веселенького" заведения. Снова Антихристы, снова Армагеддоны - опять все та же старая песенка. Но, с другой стороны, рассказ Маргарет странным образом завораживал, и хотелось дослушать его до конца.

Анна не пыталась прервать женщину, прикинув в уме, что, возможно, такое интервью окажет на больную благотворное воздействие.

– Мой муж был мужественным человеком, самым храбрым на свете. Именно он попытался уничтожить Антихриста в ту ночь, а я его убила.

Маргарет съежилась на стуле, глаза ее лихорадочно блуждали.

– Я вижу его во сне, вижу его отчаянное лицо, обращенное ко мне в поисках спасения. На него ведь тогда еще и собака набросилась. До сих пор помню его удивленные глаза, когда я вонзила кинжал ему в горло. Это меня только и утешает. В последний миг своей жизни он не успел испытать страх. Одно изумление.

– Но почему? Почему вы это сделали?!
– воскликнула Анна, забыв, что разговаривает с умалишенной.

– Потому что тогда я была одержима дьяволом.
– Маргарет слабо улыбнулась.
– Вы думаете, что я сейчас безумна. Но это не так. Вот год назад я действительно душой и телом принадлежала Сатане.

У Анны запершило в горле, и она закашлялась, что помогло ей скрыть изумление, невольно отразившееся на лице.

Между тем Маргарет наклонилась вперед и протянула руку, показывая Анне указательный палец.