Чтение онлайн

Купаться я себе запретил, складывается впечатление, что такими темпами я никогда не управляюсь с вверенным мне делом, нужно продолжать путь. Хотя с другой стороны, так ли важно торопится, в бумаге указаны лишь населенные пункты и аспекты которые нужно непременно указать, пол, возраст, социальный статус, ни слова о сроках. В самом конце бумаги мелко написано, двадцатая перепись населения страны, не могу вспомнить, когда до этого проводилась, лет двадцать назад вроде бы, еще до моего рождения.

Чем дальше на север, тем насущнее вопрос, я вообще в верном направлении иду ? Куда-то же я все-таки иду. Шагаю и шагаю, бреду и бреду, ну а чего собственно удивляться, жившему в клетке, пара шагов за ее пределами уже покажется бесконечностью. Уже темнеет а развилки все нет и нет, и как на зло, все повороты появляющиеся на дороге, это повороты направо. А слева лес. Могучий лес, в котором по земле медленно плавает легкий туман, из него особенно веет прохладой, хоть нынешнею погоду и вовсе не назвать теплой. От одной мысли о том, что мне сегодня предстоит заночевать в нем становится жутко. Страх неопределенности преобладает над всеми прочими, страшит темнота, после первого ряда гигантских сосен виднеется всего пара слоев густых веток, дальше только кромешная темнота и тишина.

Темнеет, сколько часов я иду? Но чудо, в дали стали виднеться огоньки, подойдя ближе увидел зарево от разожжённых костров и ощутил пропитавший все вокруг гул. Отрада для глаз, там не меньше пары сотен людей, наскоро развернутые палатки и шатры посреди ничего, слева лес справа поля, к тому же не рисовые, должно быть не крестьяне. Да и откуда бы их тут столько взялось, с шатрами и лошадьми. Но это лагерь, у меня нет другого выхода как наведаться туда в очередных попытках узнать дорогу. Нужно присмотреться, мало ли разбойники, хоть у меня и нечего взять, гроши и вещи которые для них, это так, мусор. Поднявшись на небольшой холм, с которого лагерь был как на ладони, все больше убеждался, не похожи они на бандитов. Да и знамена стоят какие то странные, никогда раньше таких не видел. У разбойников знамен как правило не бывает. Пронаблюдав еще какое то время стало понятно, что это наспех разбитый военный лагерь. Пока я стоял и таращился, позади меня раздался звук разговора и тяжелые шаги. Обернувшись, я увидел неторопливо идущих в мою сторону солдат. Один юный, бородатый с немного женскими чертами лица, волосами, заплетенными в хвост, и высокий прихрамывающий, человек с перевязанной ногой, крепко держащийся за болтающийся на поясе меч. Стало понятно, что они целенаправленно движутся в мою сторону. Первым моим желанием было изо всех сих сил дать деру, и спрятаться в непролазном густом лесу. Но ноги потеряли всякую подвижность, буквально онемели и перестали меня слушаться. Страшно мне бежать, я же ничего не сделал, а если побегу у них наверняка появятся вопросы. Так и стоял я нелепо вполоборота и смиренно ждал, когда они настигнут меня. Голова была полна разных мыслей, и в глубине себя я готовился к тому, что вот мой путь и закончился, вот так вот нелепо, даже толком и не начавшись. Когда они были уже буквально в десятке метров от меня, я увидел улыбку на их лицах и услышал смех, человека с ранением. Мне очень хотелось верить, что этот смех не с проста и в них нет даже капельки злого умысла.

Так я и стоял, сбитый с толку и убеждающий себя в несерьезности ситуации, пока не получил укол, четко заданным вопросом.

– Кто такой? И чего это ты тут вертишься? – спросил у меня молодой самурай

Я был так шокирован, что не смог ничего ответить и просто промычал что-то бессвязное. Мое блеяние его явно не убедило и он продолжил.

– Язык проглотил что ли? Чего стоишь, шпионишь ? – … Еще более строго, но с все той же не слезающей с лица улыбкой спросил молодой. А я действительно как будто проглотил язык, просто стоял и смотрел на него вытаращенными напуганными глазами. Вдруг в разговор вмешался его старший товарищ.

– Да хватит тебе, какой он шпион, если и шпион, то самый худший на свете. На холм залез, его видно как на ладони. Как зовут то тебя, горе – лазутчик?

– Хххидэки -… запинаясь и приложив массу усилий выговорил я

– Что потерял Хидэки? Ты не робей, может мы найдем … Дружелюбно говорил хромой.

– Не бойся, вижу, что не лазутчик . Не буду тебя допытывать, пойдем с нами в лагерь, может по пути у тебя и язык развяжется.

Рефлексивно кивнув, я почувствовал огромное облегчение, не похожи они на злодеев

– А ты не обращай внимания на Кэтсу, он молодой, крайне строго ко всему относится. – … После этой фразы, человек названый Кэтсу немного опустил голову и призадумался.

– Меня зовут Мията Риоки, а тот строгий юноша … – Не успел он договорить, как его приятель представился сам.

– Нода Кэтсу, очень приятно Хидэки, да? Не сердись на меня, сейчас время такое, все на взводе. – …Уже дружелюбно ответил он

– Пойдемте в лагерь, скоро окончательно стемнеет, там и гостя нашего попытаем так сказать

После слова попытаем меня снова как будто пронзило невидимая холодная игла, а увидевший это Риоки, только рассмеялся, подошел ко мне, легонько хлопнув меня по плечу, улыбаясь сказал

– Ну ладно тебе, шутит он, шутки у него такие, да и вообще, нельзя же быть таким трусом.

Дальше я шел поглощённо слушая разговоры своих сопровождающих о совершенно не понятных мне вещах, хватаясь за совершенно незнакомые мне фамилии. Ощущение тревоги постепенно уменьшалось, но так и не уходило окончательно. Подойдя к лагерю, мои новые знакомые поприветствовали двух, по виду ужасно изнуренных солдат, стоявших у предполагаемого входа. Риоки подошел к одному из них, взял за плечи и начал легонько трясти, почти валящегося с ног человека.

– Все, хватит уже, стоя спишь, иди отдохни, сейчас кого – нибудь на замену позову -… Очень заботливо изрек он

С огромным усилием расклеив каменные веки его собеседник, усталыми обветренными губами ответил ему

– Спасибо за заботу «Риоки сама», но думаю, до утра простоим …– Медленно шевеля губами сказал солдат.

– Ну уж нет, и слышать не хочу, это уже не караул, иди спать говорю и Широ прихвати, смотри, тоже спит. Буди его и бегом спать, нечего красоваться, это не соревнование.

После его слов, один из полуспящих караульных стал приводить в чувство второго, опершегося спиной на деревянный столб и едва держащегося на ногах. Разбудив его, обхватив друг друга, караульные поковыляли в лагерь, пьяной шатающейся походкой. Как только они ушли, Риоки немного толкнул меня, со словами

– Чего застыл, пойдем , пойдем

И я медленно проследовал за своими компаньонами. С холма лагерь казался мне намного меньше. Чего тут только не было. Огромные повозки, накрытые тканью, бочки с рисом, десяток телег с оружием, и непременная возня. Кто-то точит мечи, совсем маленький мальчик в меру своих сил, наливает из небольших ведер воду для лошадей. Большинство солдат сидят у костров, торопливо помешивая ароматные похлебки в котелках. Человек с двумя мечами, катаной с потертыми ножнами и торчащем за пазухой вакидзаси, сидя у костра, очень внимательно вглядывался в какую ту бумажку, делая в ней пометки. В воздухе повсюду витало возбуждение и азарт, вояки рассказывали истории, что-то очень оживленно обсуждали и смеялись, всё это, прерывали только пугающие, не прекращающиеся тихие стоны из закрытых шатров. Оказавшись в лагере, удалось получше рассмотреть знамена, которые я видел с холма. На знамени было дословно написано, «Да здравствует император», что наталкивало на мысль о неадекватности этих людей, не думаю, что Ёсинобу оценит такие лозунги. Да уж занесла меня дорога, развилка, вот тебе и развилка, советчики рисовые, что б им пусто было. Мы шли все дальше в глубь лагеря, и в какой то момент я стал ловить на себе взгляды военных. Наконец-то Риоки и Кэтсу остановились и медленно сели у костра, где уже сидел человек, c рваной губой и немного перекошенной челюстью, суетливо ворошивший угли маленькой палкой.

– Вернулись, таки, безумец, только ногу ему перевязали, посидел бы отдохнул, неуемный. – … Заметив моих сопровождающих немного присвистывая, говорил человек с разорванной губой

– Вот и я ему об этом, а он упертый, ни в какую … – Отвечал, явно волнующийся за своего друга Кэтсу

Риоки молча и улыбаясь смотрел на обоих, ему была приятна их забота.

– Мне сказали рана не глубокая, уже практически не болит. Поэтому нечего без дела сидеть. Да и страшно мне Кэтсу одного отпускать, вон смотри, не будь меня, кто бы его защитил от опасного лазутчика. …– Я слегка вздрогнул, когда в разговоре упомянули меня

– А кто это вообще такой, не похож он на лазутчика, больше на перепуганного мальчишку. … – С трудом произнес изувеченный

– Сейчас и узнаем, ну рассказывай … – Произнес Риоки и все втроем они обернулись на меня.

На мгновение в моей голове промелькнула мысль, соврать им, но она быстро испарилась, потому что врать я не умею, да и это только бы все усугубило. Решив рассказать им всю правду. Они молча выслушали всю мою историю и на удивление встретились глазами и залились громким смехом.