Конец лета...
Шрифт:
– Можно к вам присоединиться, молодёжь?
– Раздался неприятный голос за спиной за спиной. Развернувшись, я узрела пьяных дядю Костю и Кузьмича. От них шёл неприятный запах водки, табака и ещё чего-то. Запах алкоголиков. По спине пробежал холодок неприязни и страха. От этих двоих в деревне всегда много проблем было...
– Простите, мужики, но это частная "вечеринка".
– Спокойный голос Макса заставил меня прийти в себя.
– Поищите другую компанию.
– Действительно, дядь Кость. Шли бы вы.
– Вежливо произнёс Саня.
– Мы тут слыхали, что у вас ликёрчик имеется. Угостите?
– С надеждой в голосе спросил Кузьмич. Вид у него был ужасный. Нечёсаный, небритый, в какой-то драной куртке, годами не стиранной. Второй мужик особо сильно не отличился от собутыльника. При виде них почувствовала жалость, вперемешку с невольным отвращением.
– Игорёк, отдай им бутыль.
– Устало произнёс Максим. Его лицо изменилось, стало более непроницаемым и скупым. Долгов, открыл рот, чтобы возразить, но ощутив на себе предупреждающий взгляд друга, молча пошёл к машине.
– Я с тобой схожу!
– Вызвался Паша и пошёл следом. Кузьмич и дядя Костя плелись за ними. Пока я провожала их взглядом, Максим резко встал и, взяв меня за руку, вынудил подняться. Я опешила.
– Поговорить надо.
– Ровно ответил парень на мой немой вопрос. Покорно шла за ним.
Отойдя достаточно далеко от кострового места Третьяков, наконец, остановился. Где-то там слышались голоса ребят, шумели сверчки, каким-то образом ещё больше втягивая меня в гнетущее состояние.
– Ты хотел поговорить...
– И много у вас таких?
– Он развернулся ко мне лицом, в упор посмотрев в мои полные смятения глаза. Вопрос был несколько неожиданным.
– Да не так уж... прилично...
– Я замялась и как-то уменьшилась в размерах перед лицом решимости, которая царила во всём существе этого парня. Сейчас испарюсь.
– Больше половины, наверное.
– Со злой усмешкой проговорил Макс.
– Не понимаю, к чему ты клонишь, Максим...
– А чего тут понимать?! Теперь я понимаю, почему твоя мать так хочет, чтобы ты уехала. Глядя на таких затравленных людей, жить не хочется.
На меня накатила волна ярости, какой уже давненько не было.
– А ты думаешь, в городе таких людей нет?! Не слишком ли ты идеализируешь ту местность, в которой живёшь?! Думаешь, меня здесь ждёт та же участь?! Алкоголизм?!
Глаза парня удивлённо расширись, будто он внезапно прозрел после нескольких годов затмения. Кажется, он растерялся. Я бы тоже растерялась.
– Полин!
– Выкрикнул мне в спину парень, когда я сорвалась с места. Неизвестно куда, лишь бы подальше. Вот тебе и тупой жанр, любовный роман. Сама живу в таком. Осталось только дождаться, когда будет желанный "хэппи-энд". А пока его не наступило, решила смыться от всех. Так бы и мчалась, если бы кто-то не пресёк мне дорогу. "Кем-то" оказался Паша. Сколько можно вот так сталкиваться?
– Куда ты?
– Лысый без усилий держал меня за плечи, как тряпичную куклу. Естественно я сдалась и не стала вырываться. Просто обмякла, уткнувшись в широкую грудь. Игорь наблюдал за всем этим со стороны.
– Опять тебя этот придурок обидел?
– спросил Долгов.
– Что за идиот?! Постоянно всё портит!
– Игорь, всё нормально... я просто что-то разнервничалась.
– Ага, нормально. Обливаешься слезами, но при этом утверждаешь, что нормально всё. Где этот еб...н?!
Парень в бешенстве помчался в сторону, откуда я недавно вылетела. Паша по-прежнему заботливо поглаживал меня по спине. Он не говорил ничего утешающего, но это и не требовалось. Молчание лучше всего успокаивает.
– Пошли-ка, пройдёмся, Лин.
– Взял меня за запястье и повёл куда-то подальше от озера. Костёр по-прежнему горел вдалеке, но уже не слышно было веселья. Может уже спать легли. Не важно.
Мы шли молча. Каждый, в общем-то, о своём думал. Так продолжалось, пока не показалось озеро. Это место было далеко от нашего.
– Ты иди. Я посижу тут одна.
Парень с сомнением посмотрел на меня. В этом человеке было много чего. Этот "невозмутимый герой" был слишком положительный. Курил только, хотя роли это не играет. В этом лысом парне заботы было столько, что на всех хватило бы.
Он ушёл, хотя как мне кажется не далеко. Уселась на траву. Холод кусал за босые ноги. Ветер в ушах заглушал все остальные звуки. Если бы только не ветер, я бы услышала, как кто-то медленно приближался ко мне со спины.
– Привет!
– Донёсся до меня голос, от которого тело само взлетело вверх от испуга. Чего же меня опять трясёт при нём?
– А, Коновалов... чего надо?
– С трудом сделала голос равнодушным. Нельзя так больше реагировать.
– Попрощаться хотел. Увидел тебя здесь, ты с каким-то парнем обнималась.
Неужели его это задело? Судя по интонации, всё же задела. Во мне проснулась злоба.
– Ну, обнималась. Что, не нравится?!
– С вызовом выплюнула я. Брови удивлённо взметнулись вверх.
– С тобой всё нормально? Ты стала чересчур нервная...
– Ты лечить меня пришёл? Леченая уже. Прощай, Коновалов! Ты же проститься пришёл, верно?
Что-либо сообразить я не успела. Сильные руки стиснули меня в объятиях. Тяжелое дыхание билось где-то в районе виска. От него пахло незнакомым одеколоном. Макс не пользовался парфюмом, от него лишь изредка несло табаком с примесью мятной жвачки. Именно его запах мне полюбился больше всех.
– Полин, мне так жаль. Если бы мог я всё вернуть, я бы вернул, и забрал бы тебя с собой тогда. Слышишь?
– Шёпот. Чужой голос. Чужой запах. Чужие объятия. Я упёрлась руками в грудь Лёши. Он отстранился.
– Прощай, ладно? К чему эти "слюни с соплями".
Я старалась, чтобы лицо выглядело непроницаемым, будто внутри у меня ничего не шелохнулось от его слов. На самом деле кое-что всё-таки шевельнулось, но не более. Парень оценивающе оглядел моё лицо, в поисках "признаков жизни". Не найдя таковых, холодно кивнул и пошёл. Кажется, от этой встречи он ожидал чего-то другого. Может того, что в ноги ему упаду на радостях? Или зареву от тоски по нему? Не понятно.