Чтение онлайн

— А встретив тебя…

— Решил проверить себя, но неудачно. Хотел для начала обездвижить, а уже после взяться за флейту, но не сложилось.

— Так флейтистка нужна…

— Сыграть. Я хочу испытать, воздействует на меня флейта или нет. Может, стоить вернуть его к жизни. Пусть рискнёт.

— А сможешь?

— Смогу.

— И для этого пришёл в город за флейтисткой.

— Нет. В город я пришёл по делу. Можешь посмотреть, будет полезно.

— Точно, я хотел спросить, титул «Лорд Одинокой башни», похоже, очень высок?

— Да. Как-бы охарактеризовать. Уполномоченный эмиссар Владыки тьмы, подотчётный лишь перед ним.

***

Они вошли в просторную залу. Справа на диване, опираясь на подушки, сидел высокий истощённый мужчина, с длинной седой бородой, и остатками длинных седых волос. Слева находилось обширное ложе, заваленное подушками и прикрытое пологом.

Войдя, Владимир остановился и затем сделал глубокий вдох. После чего направился к ложу.

— Я ведь говорил, что Восточный континент основан на культуре Азии?

— Да. — Подтвердил Макс.

— Соответственно, добавились и новые расы. К примеру… — Владимир засунул руку под подушки, нащупал ухо и потянул. — Нэко[4]! В маразм впал, старый фетишист?!

— Ай! Больно, больно! Пусти! Плохой, ня!

— Я… — Начал мужчина.

Но тут из соседней комнаты выскочила вторая нэко.

Та, которую Владимир держал за ухо, была молодой девушкой, лет 16–18, она обладала парой треугольных кошачьих ушек чёрного цвета, длинными, до ягодиц, блестящими чёрными волосами, из разреза одежды был высунут пушистый чёрный хвост с белой кисточкой. Глаза тоже были кошачьи, радужка большая, почти на весь глаз, насыщенно-зелёная, с вертикальным зрачком. Её одежда была японской, но вот что именно было надето: кимоно, юката или традиционная одежда мико[5], Владимир определить не мог.

Вторая нэко была малышкой лет 5–6. Золотисто-жёлтые волосы ниже лопатки, золотые глаза, хвост гладенький, с оранжевыми полосками и кончиком. Одета она была в платьице белого цвета с короткими рукавами и кружевными оборочками, густо усыпанное жёлтыми цветочками.

— Пусти сестру, пусти, пусти. — Закричала малышка и начала бить Владимира по бедру.

— Ещё одна. — Устало вздохнул Владимир, отпуская старшую нэко, после чего обе подбежали к мужчине и стали жаться к нему.

— Почему ты так не любишь нэко? — Спросил Макс.

— Нет, любовь или антипатия тут не причём. Просто…

Немногим более века назад один маг исполнил свою мечту, сразу четыре нэко…

Чем знамениты кошки?

— Кошки? — Переспросил Макс. — Они…

— Любвеобильны, и быстро плодятся. — Закончил Владимир. — Маг переоценил свои силы, или недооценил нэко. В любом случае, они сбегали из дома на охоту. Юноши, которые с ними встречались, не имели никаких претензий, но… Нэко забеременели, и вскоре кроме нэко-тян появились и нэко-кун.

— Ох!

— Да, когда они начали бегать по девушкам начались сложности, к счастью, окрестные селяне не схватились за вилы, а подали официальную жалобу. Я…

Я ведь упоминал что в Империи равноправие?

— Да. — Подтвердил Макс.

— Вот по этой причине Владыка тьмы не мог принять никаких мер. Особо любвеобильных ещё можно было осудить как насильников, но всех нэко в общей массе приструнить не было никакой возможности. И тогда их сослали вместе с создателем. Остров, окружённый водами бурной реки. Довольно скоро сердце мага не выдержало.

— А нэко?

— Нэко… они и их потомки, оказались гомункулами, чья жизнь поддерживалась магом, который их создал.

С тех пор на создание нэко наложены ограничения, в первую очередь — нужно разрешение, и не более одной за раз.

— Пусть ты и перебрался в Королевство Моргул много лет назад. — Владимир повернулся к мужчине. — Но, ты остаёшься подданным Объединённой Империи, и должен подчиняться её законам. Итак, я слушаю.

— Господин, исполните последнюю волю умирающего…

— Что? — Глаза Владимира несколько раз блеснули, изменяя режим обзора. — Понятно, лёгкие. Увы, сейчас это не лечится, ни хирургией, ни магией[6].

— Я знаю. Позаботьтесь о моих дочерях.

— Ха. А ты можешь удивить! Дочери значит… А их мать?

— Она… срок её жизни оказался равен кошачьему. Но дочки… с ними всё хорошо, они проживут столько-же, сколько отмерено человеку.

Я прошу, организуйте им хороший брак, я не хочу, чтобы они попали к какому-нибудь извращенцу.

— Непременно, однако…

— Конечно… — Мужчина протянул руку, со стоящего рядом с диваном столика взлетела шкатулка, и полетела в руки Владимира. — Все мои записи.

— Проверю, если окажется, что с ними нет проблем — разработанная тобой модель будет разрешена к свободному созданию.

— Спасибо.

— А теперь. — Владимир подошёл к окну, вытянул руку, зажмурился, напрягся, и вот он держит за хвост двухметрового трепыхающегося тунца. — Приношу извинение.

Девушки принюхались, их хвосты и ушки задёргались.

— Ня? — Они посмотрели на отца.

— Можно.

— НЯ!!!

***

— Скажи, в каких областях магии ты специализируешься? — Спросил Макс, когда они вышли из дома.

— Хочешь узнать что-то новое? Сразу скажу, с лечебной магией ничем помочь не могу.

— Нет. Я помогаю Бланке. И у нас вышла размолвка. Она утверждает, что её состояние поддерживается магией учителя. Он переродился, но скрывается. Мне кажется, что дело в артефакте, с чем Бланка категорически не согласна.

— Это очень хорошо. Просто великолепно, что ты сам это понял. Проблема в том, что вы оба правы.

— Как?

— Зачарованный предмет мог сохранять чары год, ну два, не более. Конечно, можно было-бы зарядить и на два века, но это опустошило-бы его силы надолго. Это заметили-бы. Но… ты тоже прав. Её учитель не переродился.

— Тогда… эээ… не понял.

— Этот… мягко говоря, очень нехороший человек, не умер. Он всё ещё жив.

— Два века?

— Для такого сильного мага не проблема, конечно, состояние тела оставляет желать лучшего, но то, что созданное им заклинание действует — это лучшее подтверждение того, что он жив.