Конец прекрасного принца
Шрифт:
«Как скажете, ваше высочество!», — суетятся слуги.
«Просто завтра понедельник. И я встану в шесть утра. А потом попытаюсь уйти на работу! В этот момент мне на пути лучше не попадаться!», — поясняла Надя глупым слугам. — «Поэтому туже!».
— Мечта с-с-сбывается, — процедила Надя, поглядывая на свои связанные руки. — Принц есть, кровать есть, работать не надо.
— Так что вы хотели? — спросила девушка. — Я все передам принцу!
— Записывай или запоминай! — начала Надя. — Мне нужна махальщица, чесальщица… Желательно с длинными ногтями…
Через час вокруг Нади стоял целый штат слуг. Одна девушка сидела на кровати, готовая в любой момент почесать хозяйку. «Левее! Правее! Еще правее! Выше!», — командовала Надя, глядя на унылого слугу, который пытался изобразить диктора новостей. Лежать без телефона и телевизора — вообще бессмысленно!
— Сегодня в нашем королевстве поймали и обезвредили преступника. Он убивал богатых и кормил ими бедных, — уныло рассказывал последние новости слуга. Дверь периодически открывалась, а к нему бежал информатор. И что-то шептал на ухо.
— Сегодня на площади казнили восемь человек по обвинению в государственной измене. Мероприятие проходило в торжественной обстановке и завершилось народным гулянием, — уныло продолжал диктор, ожидая свежие новости.
— Переключи канал, — прокашлялась Надя, устав от свежих новостей. — Собирай пока новости!
Девушка с опахалом стояла возле Надиного изголовья и делала обширные взмахи.
— Король Фридрих первый был черствым человеком, — уныло начал «канал история», поправляя парик и шурша огромной книгой. — А так же любил выпить.
— Короче, его легко было размягчить коньяком, — зевнула Надя, понимая, что «ничегонеделание» — это скучно. — Переключите канал!
Перед кроватью появился менестрель с подобием на лютню.
— Рыцарская песня, посвященная прекрасной даме, — вздохнул менестрель, поправив берет. И ударил по струнам.
— Давай! — приготовилась Надя к тонкой романтике.
— Все для тебя, крестовые походы! Для тебя грабеж всего народа! Для тебя пиры, бастардов роды! Для тебя! — пел менестрель. — Лишь для тебя горят чужие хаты. Для тебя сверкают мои латы! Для тебя подмышки волосаты! Для тебя!
— Переключить канал, — зевнула Надя, а вместо менестреля вернулся ведущий новостей.
— Герцог де Шато Бурбон сегодня на охоте затравил оленя! — радостно объявил ответственный за новости.
— Вот мерзавец! Бедный олень! Как он теперь будет с этим жить? У него же моральная травма! — зевнула Надя. — Ой-ой-ой…
Ее взгляд стал осмысленный.
— Где утконос? Зовите утконоса! — усмехнулась Надя, понимая, что прошло всего три часа, а она уже устала валяться.
— Бегу, ваше высочество! — из ванной вынырнул мужик с золотой «уткой».
Надя понимала, что с мечтами нужно быть поосторожней!
— Королева Теодора Прекрасная встала с постели два раза. Первый раз во время восстания, когда горел дворец. Второй раз, чтобы выйти замуж, — гнусавил «историк».
— Веский повод. Все! Кыш отсюда! Все, — повела плечом Надя, глазами указывая на дверь. Все послушно удалились.
— Дожили! — зевнула Надя, пробуя освободить руки. — Просила заботливого мужика? Получай!
Надя прикрыла глаза, пытаясь уснуть. Но было непривычно и неудобно.
Перспективы рисовались мрачные. Через месяц Надя будет весить, как две Нади. Потом как три. К концу года Надежды станет так много, что никакая вера и любовь ее уже не спасут.
— Надежда есть? — спрашивали угнетенные принцем люди.
— Надежда ест! — отвечал принц.
Надя всхлипнула.
И единственным способом похудения будет несчастный волчок — кусатель за бочок. А потом бочок и в пасти помещаться перестанет. И понадобится волчок с большей пастью.
Перспективы были мрачные.
На секунду Надя открыла глаза, чтобы попытаться плечом поднять подушку, как вдруг увидела фигуру в черном капюшоне!
— Аааааа!!! — заорала Надя, в ужасе глядя на внушительную косу. — Ты кто?
— Смерть, — послышался женский голос. — И не только напольных весов!
— Аааааааа!!!! — завизжала Надя, понимая, что смерть ее будет плюс сайз!
— Да не кричи ты, котенок, — послышалось сопение.
Надя как бы орала, и как бы нет. Она просто лежала с открытым ртом и круглыми глазами.
Надю минздрав предупреждал. И не раз. Про вредность гамбургеров и сидяче-лежачего образа жизни.
— Аааааа!!! — пискнула Надя. Пришел ее смертный час! А она еще так молода! Она еще столько не успела!
Она не успела вырастить мужа, посадить сына и построить карьеру. Сколько еще зефира, не съеденного в полночный час! Сколько еще чая не выпито! Сколько мужских жизней она не успела отравить фразой: «Дорогой, вынеси мусор!»!
— Пожалуйста, не надо, — всхлипнула Надя, жмурясь.
— Что не надо? Освобождать тебя не надо? — удивилась смерть.
— От чего? От земных оков? — тряслась Надя, вибрируя как телефон.
— Да не же! От почетной обязанности принцессы! — вздохнула Смерть, подходя поближе.
— Ыыыы! — сжалась Надя, подглядывая одним глазом. — Это очень больно?
— Ну не знаю, — сверкнула косою Смерть. — Как получится!
— Прошу вас, не надо! — всхлипнула Надя, чувствуя, как по щекам текут слезы. — Я еще слишком молода!
Она еще столько не успела!
Она не успела вырастить мужа, посадить сына и построить карьеру. Сколько еще зефира, не съеденного в полночный час! Сколько еще чая не выпито! Сколько мужских жизней она не успела отравить фразой: «Дорогой, вынеси мусор!»!
Дверь внезапно открылась, а смерть исчезла. Словно ее и не было. Наде показалось, что Смерть ей просто почудилась!
— Ну как поживает моя принцесса? — послышался голос принца. Он вошел, осматривая комнату и Надю на кровати.
— Прямо так и хочется сказать: «поправляйся, милая!», — заметил принц.