Чтение онлайн

В пылающих от боли руках, кусок металла стал медленно оплавляться. Его грубые черты стали видоизменяться и он, монотонно пульсируя стал все больше и больше походить на изделие из того сна. Но так и не придя в свою совершенную форму, оружие, а именно им очевидно и было изделие, остановилось на чем-то среднем между земной железякой и произведением искусства иного мира.

Это не было оружием типа «за один конец держишь, другим косишь врагов». Хоть Артем уже видел это изделие в чертогах, но тогда человек отнесся к нему как к экзотическому искусству. О том что ему придеться орудовать этим в реальном бою он и представить не мог. Рукоять находилась ровно посередине, а в обе стороны от нее расходились сужающиеся лезвия.

Долго удерживать в руках новое оружие никак не удавалось, пульсирующая боль будто волны, усиливающиеся раз за разом, накатывала не только на слабое человеческое тело, но и не менее слабый человеческий разум. Артем подобрал с пола обрывки штор и обмотал ими свое новое и единственное оружие. В момент когда оружие потеряло прямой контакт с Артемом его таинственная сила исчезла и кусок арматуры вновь принял свой первоначальный облик. В ответ на то, что Артем в уме назвал «это» просто арматурой, его... а может быть и вовсе не его внутренний голос как-то возмутился на такое пренебрежительное отношение к стараниям неизвестного мастера. Глефа - именно так он и решил отныне его называть.

Лежа в подобии чехла, оружие хоть и выглядело как кусок ... Даже тот факт, что глефа была в своем первоначальном виде, тело Артема даже через ткань все ещё ощущала жар металла и его невероятную, для такого размера, тяжесть. О размахивании такой бандурой не шло и речи, по неосторожности инерцией можно и себе голову с плеч снять.

Выйдя из коридора, лицо Артема непроизвольно посмурнело. Сколько же он провалялся в той комнате?

За прошедшее время школьные коридоры изменились до неузнаваемости. Темно-зеленые растения, своим видом напоминающие лозы, окутывали стены, пытаясь пробраться в каждую щель в стене, а местами и проделывали эти щели сами. Некогда бетонный пол был полностью скрыт за зеленым покрывалом мха, однако мягким как ковер он не был, на ощупь напоминая металлическую стружку. Весь этот вид напоминал Артему типичную картину из книг про постапокалипсис, где нога человека не вступала в большие города десятилетиями.

В коридоре, ожидаемо, было многолюдно, хоть и немного неправильно говорить про этих существ в таком ключе. Приближающиеся визги и клекот вновь ускорили его сердцебиение, но теперь это был не страх перед неизвестным, а скорее предвкушение боя. Артем тяжело и неумело размахивал своим оружием. К его счастью зараженные и не требовали мастерства ибо каждый из них ложился от одного попадания глефы. Артем не раздумывая обрывал жизни бывших людей. Среди них не было никого из этой школы или кого он знал, но если бы даже такие и были - это его не остановило бы. Артем чувствовал, в нем что-то переломилось, поменялось, и никогда больше не вернется к прежнему состоянию, но сколько бы не прислушивался к своему состоянию, что именно поменялось он так и не смог уловить.

Артем с легкостью разобрался с толпой на втором этаже и направился к лестнице, которая привела бы его прямиком к учительской. Но тут Артем, думающий что теперь его ничего не испугает, встал в ступор.

На пролете между первым и вторым этажом лежали два тела, две девочки, что еще оставались в убежище до его ухода, а теперь... Два, обглоданных до костей, тела лежали, обнимая друг друга, а по их истерзанным телам расползалась все та же, возможно и хищная, лоза. Одна из них держала в руке складной нож, на котором у самого края лезвия засохла тонкая полоска крови.

Он знал этих девочек, закадычные подружки.

Некоторое время Артем просто стоял и пустым взглядом смотрел на этих девочек, в то время как в его голове бушевали эмоции. Он и до этого происшествия был недоволен миром, но когда весь мир покатился к чертям, когда директор показал свое истинное лицо, когда две невинные души совершили самоубийство... Каждое из пережитых им событий понемногу изменяя его мировоззрение. Каждое вносило крупинку правил нового мира, перестраивая его сознание.

Через минуту Артем уже спускался по лестнице. Его взгляд был наполнен решимостью и праведным гневом. Обжигающая кожу глефа удобно лежала в руке.

Артем конечно же понимал, что никто с распростертыми объятьями его ждать не будет и, подходя к двери, он уже мысленно выбирал наиболее уязвимую точку дабы выломить ее приложив как можно меньше усилий и при этом не нашумев на всю округу. Однако, вопреки всем его ожиданиям, дверь была открыта. Тонкая полоска света, просачивающаяся в коридор выглядела не как добрый жест приветствия, а скорее как тревожный звоночек.

Артем осознавал, что если побежит, то издаваемый им шум может привлечь как зараженных так и шайку директора, но что если внутри уже и спасать то некого. Ускорившись, он со всех ног рванул по коридору и уже через пару секунд оказался у нужной ему двери. Оказавшись напротив нее, Артем с силой дернул дверь на себя. Его глаза бегали из стороны в сторону, тщательно обыскивая комнату на наличие нелюдей. Пусто. От сердца отлегло, но лишь для того, чтобы в следующий миг оно замерло от эмоций переполняющих его. На полу напротив той самой злополучной двери лежала Светлана и последняя выжившая ученица, успокаивающая ее. Стекшая по глазам тушь, изорванная в клочья одежда из-за которой проглядывалось огромное количество синяков, ссадин и царапин. Когда Артем вошел, ее прослезившиеся глаза на короткий миг встретились с его, и в них читались боль и унижение, которой ее подвергли нелюди за стеной. Их взгляды встретились лишь на миг, после чего она тут же стыдливо опустила голову.

– Они пришли за мной, а Светлана Сергеевна, заступилась и они забрали ее... а потом...

Никто из нас так и не решился начать разговор, потому девушка успокаивающая Светлану рассказала все сама.

Железная дверь справа от Артема скрипнула и из-за нее показалась одна, перекошенная от язвительной ухмылки, рожа.

– Ты пойми, Артем, я свое слово держу. Никто ее не заставлял.
– сказал он и его ухмылка стала еще шире, стала неестественно широкой. После чего он буквально взорвался безудержным смехом.

Подчиняясь неизвестным ранее инстинктам, тело Артема само выхватило глефу из-за спины и с немыслимой скоростью поразило свою цель. В последний момент самодовольная ухмылка сошла с лица ублюдка, но дотянуться до пистолета ему уже было не суждено. Глефа насквозь пробила голову директора и звонко вонзилось в бетонную стену позади него. Теперь вместо хитрых глаз и носа, на его лице красовалась сквозная дыра, с которой время отвремени стекала смесь из крови и мозгов. Тело Наполеона еще некоторое время простояло на месте, а затем безвольной куклой глухо упало на пол. Войдя во вторую комнату, Артем заметил простреленные трупы двоих его подельников. Видимо когда крыша Наполеона съехала окончательно, он решил взять всю власть в свои руки и застрелил своих напарников, в том числе собственного отца, у которого и отобрал огнестрел.

Порывшись в шкафах и найдя хоть какую-то сменную одежду, Артем вернулся в основную комнату, чтобы дать прикрыться почти обнаженной Светлане, но судьба не давала ни минуты на передышку. Выйдя из второй комнаты, Артем увидел в комнате зеленую монструозную руку. Она медленно, но неизбежно тянулись к двум, зажавшимся в углу, девушкам. Две выпущенные пули никак не повлияли на монстра и в следующую секунду он сгреб в руку дергающееся в истерике тело. Хруст ломаемый костей и крик душераздирающий крик слились в жуткий звук мучительной смерти. Сжимая жертву в своей огромной ладони, монстр все еще тащил добычу к себе. Артем рванул к двери, но было уже слишком поздно. С еще более тошнотворным хрустом монстр раскусил голову девушки и с силой бросил переломанное тело в стену.

– Беги внутрь!
– обратился он к последней выжившей и приготовился принять бой с уже ломящимся во внутрь чудовищем.

Достав арматуру из импровизированного чехла, его руки в очередной раз обожгло, но теперь, находясь в ситуации, где любая ошибка могла стоить ему жизни,он почти не замечал жара. Верхний косяк двери все же поддался монстру и Артем снова встретился с ним. С прошлого раза он не сильно не изменился. Лишь на месте где должен быть уродливый шрам от арматуры сейчас красовался кровавый бутон. Утробно пророкотав, монстр медленно направился направился на Артема. На этот раз ничего не приходило в голову, в тесном пространстве никак не обхитрить чистую физическую мощь, а потому Артем покрепче взялся за глефу, готовясь к лобовому столкновению. Краем сознания Артем отметил, что глефа будто откликнулось на его эмоции и решимость, становясь значительно тяжелее и смертоноснее.