Чтение онлайн

Вспоминала: точка, выше пупка на три пальца, положение кулака, когда большой палец находится наверху. Вдарила под дых, в солнечное сплетение. Мне показалось, что удар несильный, однако заносчивый самодур согнулся и задохнулся. Не зря я груши упорно молотила, пригодилось. Он не ожидал, разумеется, да и мышцы его пресса оказались слабыми, плохо развитыми.

Что такое, забавник? Что у Вас пошло не так?

Сударь, Вам надлежит подкачаться в спортзале, а не с девчонками бодаться и воевать посредством театральных этюдиков.

Стоит на коленях, несколько секунд пытаясь поймать ртом воздух, отойти не может.

— Резко выдохните, через силу.

Прислушался, помогло.

Он ослабил свой галстук, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, задышал уже нормально, всё восстановилось. Я стояла рядом, смотрела сверху вниз, злорадства не было, но и сожаления тоже. Туфлю вытерла салфеткой и засунула слюнявую бумажку ему в нагрудный кармашек. О последствиях своего деяния не думала, на сегодня "радушия" и обмена "комплиментами" достаточно. Мне кажется, что продолжение актёрского мастерства с сатирическими куплетами не будет.

Его квота на стёб закончилась. Теперь мы квиты. Наша паровыпускаемая, откровенно-вызывающая парнушка снизошла на "нет" и подошла к завершению. Скоро мы навсегда избавимся друг от друга.

Финита ля…

Художественный жанр каждый определяет по своему усмотрению.

Я уже выбрала. Он приправлен веселинкой, разбавлен смехом, посахарен свежей мятной зеленью необыкновенного неба и подрумянен огромным полем самых, что ни на есть, желтых подсолнухов, всегда поворачивающихся к светоносному, неистощимому жаркому солнцу.

Йес!!!

Заявление об увольнении с переводом в другую организацию подготовила ещё четыре дня назад, только почему-то оттягивала спорный момент. Вероятно, подошла та самая, поворотная дата. Мой "Рубикон" нынче был перейден. Когда он смог сесть, протянула ему бумагу на подпись. С пунцовыми лбом и ушами, не поднимая головы и не читая, черканул без разговоров и волокиты и даже без обязательной двухнедельной отработки. Молчал, в глаза мне не смотрел.

Сбитый подражатель супермачо из вестерна.

Единственное, что я ему сказала в спину, когда он выходил из кабинета:

— Купите себе синие линзы, Вам они будут к лицу. Таким как вы, они всегда к лицу.

На миг остановился. Не понял.

Это понятно только мне.

Оплеванные туфли с дурацкими бантиками в тот же вечер выбросила в мусоропровод. И не жалею. Бантики и впрямь дурацкие.

Мужу всё рассказала, ну или почти всё. Рассказала только то, что следовало знать, в общих чертах и без подробностей рукоприкладства. Вот бы удивился!

Почти две недели, как работаю у своей бывшей.

Она тоже не барбарисовая карамелька со сладкой кондитерской фабрики. Мадам истинная "скорпионша". За глаза её называют "СкорпиЛена". Немногим старше меня, тридцатисемилетняя высокая шатенка с низким тембром голоса, разведена и есть дочь. В резюме обязательно надо добавить, что её высочество умна, расчетлива, двужильна, рациональна, характер волевой, мерзкий и стервозный, но не подлый. Меня ни разу не бросала в сложных ситуациях, не позорила, выручала и это то самое ядро отношений, на котором многое держится. Это дорогого стоит. Да и я её никогда не подводила и не двурушничала. Не в моём характере отступничество от людей, которые меня ценят и не продают в рюмочных ни за какое бабло с чаевыми. Работали же с ней как-то раньше, даже при таком прескверном характере с солдафонскими замашками. Значит будем продолжать стратегическое партнерство. Сладим!

Теперь мне приходиться вставать на целый час раньше, чем обычно. Самое ужасное! Новый офис находится на другом берегу, добираюсь до него через весь город с двумя пересадками. Приезжаю домой по длиннющим пробкам на полтора часа позже. Зарплата там намного меньше и отпуск короче на семь благословенных, желанных дней. Коллектив исторически-традиционный, как везде, где в штате большинство разновозрастных, нетерпимых друг к другу женщин: серпентарий во временной консервации, ожидающий восхода и свою малиновую зореньку.

Меня не трогают и ладно, остальное разрулить можно.

Единственный плюс-рядом большой, зелёный сквер. Там мало людей и есть тихие, укромные места, где можно побыть совсем одной. Каждый рабочий день, в обед, в любую погоду-я там.

За сыном поехал муж, меня не отпустили. На новом месте отпуск ещё не заработала. Оба вернулись загорелые, довольные и я за них рада.

Всё идет своим чередом.

Глава 26: Транспортная жесть

Как-то, направляясь на работу и пропустив один, полностью забитый автобус, бойко втиснулась в следующий, подъехавший через пару минут. Я немного запаздывала и водворившись, наконец, на освободившееся место, первым делом предупредила начальницу о возможной своей задержке.

Подошла кондуктор, молодящаяся женщина предпенсионного возраста в платочном тюрбане с люрексом и обрызганная с ног до головы восточными духами. Рассчитав меня, "Шахерезада" направилась к группе людей, которые вдавились вместе со мной.

Через пару остановок, сборщик подати решила вернуться и поживиться ещё раз. С видом недоверчивого контролёра, она долго и придирчиво рассматривала мой билет, но ничего нарушающего не обнаружив, отправилась восвояси.

Ещё через две остановки начался транспортный день сурка.

Я уже третий раз, на полном серьёзе, показываю ей свой талон в правомочную теплушку общего пользования. Укоризненно и осуждающе поглядывая мне в лицо, скрупулёзно сверяется номер, дотошно разглядывается на свет и почти пробуется на золотой зуб. До старческого маразма и деменции тётеньке, вроде, ещё далековато и комплексную диспансеризацию она, вероятно, регулярно проходит.

На пятую ходку досмотра, так и не получив вожделенный трофей, около меня организовалась пробоина с хорошей пропускной способностью. Кое-кто, под гогот и смешки, начал снимать на смартфон дурацкий приколизм с понудительным пополнением кассы. Сомнительный розыгрыш набирал обороты. Молодому человеку не дали доснять ролик. Его оттеснили от меня и затолкав вперёд, поближе к водителю, загородили обзор, оставив слишком маленькую амбразуру, в которую он не смог пропихнуть свой любопытный перископ.

До служебной конторы оставалось четыре остановки, выходить я не собиралась, понимая, что санитарная карета и экстренная госпитализация с носилками нужна не мне и продолжала отмечать на зрительный регистратор автоинспекционный алогизм и синусо-косинусный общий сдвиг.

Вот идиотство!

На выходе, показав последний, седьмой раз билет и спрыгивая под улюлюканье с подножки, я окончательно решила, что мне, край как, пора заиметь свою, единоличную повозку, малолитражную колесницу лошадок в сто-сто тридцать.