Конец света для одной души
Шрифт:
Только не уходи.
Сделай одолжение! Как буду одна, без тебя? Не справлюсь!
Батареи ледяные и в квартире холодина. Ранняя весна. Пришлось лечь в одежде и укрыться тремя одеялами. Я завела таймер на семь часов. Спала плохо, постоянно вздрагивала всем телом, поднимала голову, часто вставала. Алиска мерзлячка ко мне так и не приползла. Утром проснулась раньше будильника и когда открывала глаза, надеялась, что всё-таки это сон.
К великому сожалению…
Надо собираться. Кошка поела совсем немного, заторможенно умывается, на меня совершенно не реагирует. Может меня, вообще, здесь нет? Все есть, живут-поживают, продолжают фигурировать, присутствовать у себя, бытовать, мирно процветать в семейной согласованности или проседать в лютой ненависти друг к другу. А я, в отличие от некоторых, вероятно фантом, невидимый, бестелесный, аннулированный асоматический сгусток непонятной субстанции.
Проверим. Сейчас тебя растормошу, мохнатая цигейка. Взяв трёхцветную зазнайку на руки, начала тискать и жулькать ломаку. Вырывается, морду воротит. А когда она буйно вцепилась в волосы и укусила за плечо, поняла, нет, с нами обеими всё нормально. Это её обычное, озверелое отношение ко мне и к моим свойским, любовным приставаниям, потому что ласково, сердечно и мурчательно она вздыхает только по маме и больше ни по кому. Другие для неё не существуют. Освидетельствование показало, что мы с Алиской заметны друг для друга, тельно осязаемы, весомы своими настоящими килограммами и восприимчивы симпатически, как и прежде.
Кусь…
Принцесса осатанелая, больно же!
Ой! Захлопни пасть, пума недоделанная! Отвянь! Расцепись всеми остро-хваткими прищепками! Тест на распознавание иллюзорности и подлинной физичности завершен. Я больше не буду тебя донимать. Сегодня точно!
Кусь, кусь…
О-о-ой!
Плохо, что кошачью переноску не купили и что чемодан на колёсиках, который мама одолжила в поездку своему племяннику, не вернули. В обычной сумке из полиэстера Алисе слишком неудобно, она начала извиваться и выгибаться, отталкиваясь раскоряченными лапами.
Пушистая задница!
Так мне её не донести. На балконе взяла небольшую картонную коробку, проделала в ней несколько дырок, обвязала шпагатом и скотчем. Теперь в самый раз. С собой забрала кошачий туалетный лоток, весь корм, миску, кое-какие продукты из холодильника, бутылку воды, спички, батарейки, один фонарик и пользительно-незаменимые часы с точным календарным временем.
Самого необходимого набралось достаточно, чтобы устать уже минут через десять спокойной ходьбы. Вся данная кладь крайне нужна. Если ничего не измениться, я просто не смогу так часто сюда приходить. Написала маме записку:
— У меня всё хорошо. Уехала к себе домой вместе с Алисой. Обязательно перезвоню.
Ага! Чем? Телепатией?
То, что произошло, конечно, описывать не стала. Не поймет. Надеюсь, при встрече сама ей объясню небывалый вздор, если будет кому рассказывать и с кем беседовать. Ну, пора отправляться, путь не близкий.
Лиска, ты готова ступить из родного дома в неведомо куда и на собственном опыте проверить как действует всепланетно-знаменитое "до" и "после"?
Молчание-знак согласия.
Подались!
И мы с кошаком шагнули за порог в ненадеванное нами житиё-бытиё, в наш обнуленный земной миллениум. Выйдя на улицу, в глубине души я ещё надеялась на какие-либо изменения в окружающей ведовской обстановке.
Увы…
Коллапс продолжается.
До моего дома километров шестнадцать, может немного меньше, возможно и больше. Кто когда высчитывал дальность расстояния? Выбрала, как мне кажется, более короткий по протяженности маршрут. На улицах тихо, спокойно, только очень неуютно и мрачно. Вещи и мусор не валяются точно при срочных отправке и вывозе смятенных горожан.
Нет никаких серо-зеленых энэлонавтов, нет бескровных зомбарей, нет пришлых, мифических многообразных тварей Стефана Койдля и трупов тоже нет. Уже плюсик! Но палку, больше похожую на дубину, всё-таки подобрала и несмотря на её приличный вес волокла с собой. Собаки. Могут повстречаться пытливые псины. Если бы только пытливо-любознательные.
Сильно пожалела, что лично у меня нет машины. Автомобиль имеется, он стоит в гараже и муж, с царского плеча, дал начинающему извозчику несколько уроков вождения. Тогда у нас была старенькая иномарка. Я доблестно и зажигательно пошоферила немного по пыльной, просёлочной дороге, сделав несколько энергичных кругов. Раза три, с удальством и бравадой, проехалась и по асфальту около одной заброшенной деревни, пока нас не тормознул зеброидный жезл, непонятно откуда здесь взявшийся, и не конфисковал налом на свои, неотложные ментовские нужды, несколько тыщёнок. А именно, пять непахнущих штучек.
Вроде бы и желание было и получалось неплохо, но у мужа характер взрывной, нетерпимый, без романтических сантиментов. Ненавижу и не выношу, когда повышают голос или кричат, усомнившись в моей дееспособности. На этом учёба закончилась, по обоюдному желанию. Роль пассивного пассажира оказалась ближе, доступнее, да и ответственности меньше.
Тоже нормально!
Шла часов шесть. По пути сидела на разных лавочках, даже укладывалась на них, вытянувшись во весь рост и неотрывно разглядывая небо. Наверху, в воздушном пространстве, разыгрывалось настоящее, небывалое представление.
Непривычные, причудливой формы светонепроницаемые облака чёрно-серого цвета, с синими и розовыми прожилками, стояли на одном месте. Они колыхались, тихо вспучивались, мерно, однотонно перекатывались и набегали друг на друга. Заторможенный, непроворный, флегматично-бушующий океан во время застопоренного, инертного шторма.
Дьявольский асператус во всей красе! Крутяяяк! Изумительно!!!
Откуда он взялся в наших краях, в родной долготе и широте? Первый раз вижу редкостное, несравненное явление. С какого меридианного королевства прибыл? И что бы это значило?
Никакой острастки для себя не почувствовала, только восхищение данной всеобъемлющей фееричной кинетикой, разработанной и изготовленной невесть какой безличной силой. Ещё ощутила, что все деревянные седалища были слабо-теплые, такие же и стволы деревьев. Остальные предметы обычной уличной температуры.
Как интересненько и познавательно! Включен минимальный режим духовки. Подготовка к запеканию наших костлявых окорочков в собственном соку. К кому на обед в качестве второго основного блюда мы будем поданы? Надеюсь мои эксцентричные мысли не материализуются в ближайшее время.
Вставать не хотелось, так бы лежала-лежала на приятно разогретых новой природой, местах телесного сосредоточения. Заставляла себя подняться и отмерять шаги дальше. Казалось, что ноги в кандалах и они тянут за собой тяжеленные гири за которые ещё уцепились два сорванца моей двоюродной сестры. Полагаю, после бордовой атаки я не совсем пришла в себя.
На обочине, за две остановки от своего дома, удачно сыскала почти новый велосипед. Он стоял доверчиво прислонившись к фонарному столбу. Нашла слишком поздно. Педали крутить, конечно, не смогла. Сил уже совсем не было. Выдохлась. А вот сумки успешно закрепила на сиденье и багажник. Катить-не тащить.