Чтение онлайн

На рубеже 1960—1970-х годов люди еще редко задумывались о космических катаклизмах. Тогда их значительно больше интересовали дела земные. Казалось, что человечество уже накопило чудовищно много ядерного оружия. В ходу была страшилка про накопленный ядерный потенциал, которого хватит, чтобы шесть раз разрушить Землю.

Именно тогда США запустили серию из нескольких автоматических космических аппаратов «Вела», спутников-шпионов для отслеживания испытаний ядерного оружия в воздухе, категорически запрещенных международными договорами. Делалось это с помощью установленных на борту датчиков гамма-излучения, потоки которого должны были возникать при испытаниях.

Первые же данные со спутников превзошли все ожидания натовских генералов: гамма-всплески фиксировались один за другим с периодичностью примерно раз в месяц. За несколько лет накопились данные о 70 случаях. Однако на смену радости быстро пришло недоумение: это же насколько мощным должен быть Советский Союз (а больше этим из потенциальных врагов США заниматься было некому), чтобы выдерживать столь напряженный график очень дорогостоящих испытаний. И окружать их такой непроницаемой завесой секретности!

Находившиеся на «Велах» приборы не могли даже приблизительно определить источник всплеска. Они только фиксировали то, что он где-то произошел, а где — на Земле, на Луне или в какой-либо другой точке космического пространства, это аппаратура показать не могла.

Только в начале 1970-х годов, сравнивая данные, полученные от разных спутников (вернее, сравнивая запаздывание, с которым разными спутниками регистрировались одни и те же всплески), удалось точно установить: практически все всплески имели космическое происхождение.

Американские генералы, еще недавно потиравшие руки в предвкушении международного скандала, вяло признали, что миллионы долларов, отпущенных на программу «Вела», были выпущены в трубу, поскольку обнаруженные гамма-всплески — всего-то некое неизвестное космическое явление, не представляющее для военных никакого интереса. Данные о гамма-вспышках были практически сразу рассекречены. И уже в 1973 году американский ученый Рэй Клебесадел, как раз и разработавший те самые датчики, что стояли на «Велах», опубликовал первую работу, в которой поведал миру о гамма-всплесках. Хотя сообщать пока было особо нечего.

После того как ученые научились примерно определять области, из которых происходили вспышки (а длились они от нескольких секунд до нескольких минут), астрономы попытались разглядеть их источники. Однако развернутые в нужную сторону телескопы не находили ровным счетом ничего. Максимум, на что натыкались искатели, — это какая-нибудь удаленная от нас на миллиарды световых лет галактика.

Кстати сказать, такими галактиками наше небо набито больше, чем звездами, — их можно без какого-то великого труда найти в любом сколь угодно малом секторе.

Но если гамма-всплески рождались в недрах этих образований, то это означало, что их мощность просто чудовищно велика. За одну секунду такой источник выбрасывал бы энергии больше, чем выбрасывает целая галактика за годы бесперебойной работы. Если бы подобный всплеск произошел на расстоянии 10 световых лет от нашей планеты, он был бы для нас эквивалентен взрыву 40 миллиардов атомных бомб, сброшенных на Хиросиму.

В то, что эти всплески настолько мощны, верилось с трудом, поэтому ученые долгое время предполагали: происходят они где-то не так далеко, в пределах нашей Галактики. А поскольку она относительно плоская и представляет из себя дискообразную спираль с шарообразным центром, то и источники гамма-всплесков должны располагаться в основном в плоскости Галактики. Однако наблюдения показали: источники гамма-всплесков располагались на небосклоне совершенно изотропно, равномерно. В любом направлении частота их появления была примерно одинаковой. Частота была весьма высокой: после того как астрофизики НАСА подняли на орбиту автоматическую гамма-обсерваторию имени А. Комптона, на которой был установлен специальный прибор БАТСЕ, предназначенный для фиксации и определения местонахождения гамма-всплесков, такие катаклизмы стали фиксироваться каждые сутки — в день по всплеску. И никаких признаков их особой концентрации в отдельных местах.

Следующим парадоксом, доказывавшим, что всплески происходят в основном за пределами Галактики, было отсутствие слабых всплесков. Суть парадокса заключается в следующем. Если, например, глядя в подзорную трубу, вы видите тысячу звезд, то логично будет предположить, что с помощью трубы, в два раза более мощной, вы можете таких звезд разглядеть в два раза больше. А в телескоп, мощность которого будет равна ста вашим трубам, количество видимых светил будет выше на два порядка.

В случае с гамма-всплесками такой фокус уже не проходит. Увеличение чувствительности гамма-детекторов не дает существенного увеличения количества обнаруживаемых всплесков. Это значит, что мы сидим в самом центре сферы, внутри которой эти гамма-всплески распределены абсолютно однородно и за пределами которой их просто нет.

Самый близкий из зарегистрированных на данный момент всплесков произошел в одной из соседних галактик на расстоянии около 400 миллионов световых лет, самый далекий — на расстоянии 13 миллиардов световых лет; именно на таком (чуть-чуть больше) расстоянии находится граница нашей Вселенной.

Большинство всплесков происходят на так называемых «космологических» расстояниях — свыше 10 миллиардов световых лет. Однако уже доказано, что они происходили и в пределах Млечного Пути.

В июне 2004 года астрономы, наблюдающие за Вселенной через рентгеновский телескоп «Чандра», заявили: туманность, известная нам как W49B, есть не что иное, как следы произошедшего в этом месте многие тысячелетия назад гамма-всплеска; W49B — это всего 35 тысяч световых лет от Земли, другой конец Галактики (ее диаметр — примерно 100 тысяч световых лет).

Астрофизик из Канзасского университета в Лоуренсе Эдриан Мелотт считает, что причиной ордовикской трагедии, когда 443 миллиона лет назад на Земле вымерло 70 % животных, был мощный гамма-всплеск, произошедший где-то в нашем районе Галактики. Он же стал причиной резкого похолодания, случившегося в конце довольно теплой ордовикской эры и перешедшего в длительный ледниковый период. Догадку ученого косвенно подтверждает тот факт, что вымерли именно те животные, которые жили на суше или неглубоко под водой, глубинные же пережили этот катаклизм практически без потерь. Доктора Джон Скейло и Крейг Уилер из Техасского университета в Остине говорят, что гамма-всплески примерно каждые 5 миллионов лет оказывают на земную биосферу весьма значительное влияние, зачищая ее флору и фауну.

27 декабря 2004 года, на следующий день после того, как индонезийское цунами убило сотни тысяч человек, в нашей Галактике была зафиксирована относительно слабая гамма-вспышка. «Полыхнул» объект 80Я1806-20, магнитная нейтронная звезда, называемая астрономами магнетаром.

Это был один из самых слабых видов гамма-всплесков, название которого у астрономов — «софт гамма репитером». Энергия вспышки составила примерно 1048 эрг (примерно столько Солнце вырабатывает за 150 тысяч лет работы). Несмотря на то, что объект находился от нас на прямо противоположном краю Галактики, на расстоянии примерно 50 тысяч световых лет, яркость его на десятую долю секунды превысила яркость Луны. Энергия долетевшего до Земли излучения была такой, что у метеозависимых людей весь день потом раскалывалась голова, а все повернутые в его сторону космические обсерватории на некоторое время просто «ослепли».

Зафиксировать вспышку удалось находившемуся «в земной тени» американскому аппарату «Винд», снабженному российским детектором «Конус», причем детектор засек уже отражение гамма-потока от Луны.

Факт, что взрыв в пределах нашей Галактики был зафиксирован уже через три десятилетия после того, как люди впервые вообще узнали о явлении гамма-всплесков, сделал весьма неубедительным заявление многих ученых, что такие катаклизмы случаются в галактиках раз в миллион лет. Скорее всего, происходят они значительно чаще, но на относительно безопасных, в десятки тысяч световых лет, расстояниях. Но могут произойти и поближе, и помощнее. Тем более что подходящие кандидаты на роль источников таких всплесков у нас имеются.