Чтение онлайн

Рассвет. Первый день лета. Викки, в простонародье Виктория, встала непривычно рано, часов в пять утра, и подошла к окну полюбоваться бескрайним сине-голубым небом, похожим на перевернутое и такое спокойное море, которого ей так не хватало в последнее время. Сплошная безмятежность и гармония.

До чего абсурдный сон! После него очень странный и неприятный осадок остался… Привидеться же. Да и бог с ним. Так. Выкинуть всё ненужное и несуразное из головы. Новый день. Новые свершения. Я готова штурмовать этот большой прекрасный мир. Мне просто предначертано быть счастливой сегодня и всегда. Улыбка и отличное настроение – вот что спасёт всех нас!

Её утро всегда начиналось со своеобразного ритуала – сначала подойти к окну с распущенными и немного взъерошенными волосами в своей мешковатой, но такой родной белой пижаме с принтами золотистых звёзд, затем приготовить себе утренний чай с вареньем из корня имбиря, мёда, лимона и брусники (без этого напитка она считала, что весь день насмарку). Снова подойти к окну, ловя на себе теплоту утреннего солнца, аккуратно взять чашку обеими руками за дно, наблюдая за поднимающимся согревающим паром от этого нектара богов, после чего закрыть глаза, вдыхая пар и наслаждаясь каждым глотком (хотя на этот раз чай был слишком горячим), слушать сначала тишину, а потом как мир постепенно пробуждается. Вот проезжает мимо мотоциклист, вот дворник заметает остатки ночи, а вот сонный сосед выводит своего стаффа, который, завидев наглую кошку, нежившуюся прямо посередине дороги, уже ни о чём другом думать и не может, а две бездомные собаки поддакивают ему издалека. А как заливаются птицы в своём пении, насколько звонкие и сладкие звуки они издают, что не испытать эйфорию просто невозможно.

Для Викки это была самая любимая часть дня – раннее утро, свет, зарождение жизни, новые возможности исправить то, что, возможно, пошло не так ещё каких-то несколько часов назад. А этот чай, эти звуки… и ещё её дерево перед окном, всё это в совокупности было её константой. После лицезрения и смакования всей этой идиллии она неизменно шла наводить марафет. Косметикой она особо не пользовалась, кроме туши и гигиенической помады, соответственно много времени этот процесс не занимал. Посмотрев в зеркало на себя, она иногда вспоминала знаменитую фразу из гоголевской повести «Вечера на хуторе близ Диканьки» и, подражая Оксане, восклицала: «Хороша я! Ой как хороша!» Говорилось это всё в шутку, ведь Викки никогда не была зациклена на своей внешности, просто как и любой другой женщине ей хотелось быть привлекательной – для себя, для мира. Природа, в свою очередь, и в самом деле не обделила её ни умом, ни красотой. Викки была среднего роста, подтянутая (правда, специально к этому она особо и не стремилась… просто с детства жутко любила всё, что связано с активным образом жизни, особенно плавание), густые тёмно-шоколадные волосы чуть ниже плеч, лицо смуглое с конопушками, большие миндалевидные медовые глаза, в которых можно было увидеть вселенную. В них всегда была какая-то искорка, какая-то чертинка, посмотрев в её глаза сразу можно было понять – все её тараканы ходят в звании генерала и постоянно придумывают всё новые и новые планы, как очаровать этот мир своим безграничным энтузиазмом и неподдельной любовью ко всему живому. То, что касается её губ… её губы не имели никакой особенной отличительной черты, хотя когда они расплывались в лучезарную улыбку и обнажали её от природы белые ровные зубки, уже никто не мог оторвать от них взгляд. Викки была самим очарованием, вселяющим энтузиазм и веру в будущее. Мужчины падали штабелями у ее ног. Правда, стоит заметить – как бы ей ни нравилось такое пристальное внимание со стороны сильного пола, она предпочитала не пользоваться сим фактором и не спешила ни отдаваться каждому, кто к ней клеился и флиртовал, ни манипулировать ими – ветреность и расчётливость не были свойственны её характеру, зато вера в большую и безграничную любовь к одному-единственному мужчине, предначертанному ей самой судьбой, превалировала у неё с ранних лет. Было ли это хорошо и правильно она не могла понять. Впрочем особо об этом и не думала. Она просто верила в совершенную любовь.

Высшее образование Викки получала в одном из лучших университетов страны на бесплатном отделении, куда поступила самостоятельно без всякой протекции. Всего в жизни она всегда добивалась сама, своим трудом и умом, ей импонировала независимость от всех и вся. Родители были её главным вдохновением и поддержкой. Казалось, всё было при ней – оптимистка, спортсменка, умная, образованная, амбициозная, есть где жить, вниманием мужчин не обделённая. Но… Но всё-таки что-то глодало её изнутри, чего-то ей не хватало. Ей всегда чего-то не хватало с детства. Она всегда думала, что у неё есть какое-то предназначение. Вот только какое? Сама того не замечая, Викки подсознательно всё время чего-то искала…

Открыв окно, девушка ощутила небольшой летний ветерок у себя на лице, птицы всё ещё работали в роли петуха, пытаясь разбудить весь мир своим прекрасным и гармоничным пением, на улице сновали по своим делам редкие прохожие, а её любимое дерево перед окном шелестело и извивалось под музыку природы, будто делая разминку и показывая всем своим видом, что уже пора вставать, ведь столько захватывающего впереди. Викки запрокинула голову, глубоко вздохнула и медленно выдохнула, пахло цветущей сиренью и свежескошенной травой.

Ммм. Любимый запах с детства… Зачем жить в фантазиях, когда реальный мир так прекрасен?

На подоконнике стояло небольшое диковинное растение, предававшее уют её небольшой квартире. Кто-то на днях прямо возле её двери оставил его в небольшом горшочке светло-кораллового цвета с белыми мелкими вкраплениями. «Ну и диковинка. Понятия не имею, что с тобой делать. Цветы у меня никогда не приживались. Что ты такое, чудо чудное? – произнесла она с недоумением вслух. – Может, на работе спросить? Неведомо мне, как за тобой ухаживать, аленький, блин, цветочек. Может, ты пить хочешь? И много ли воды тебе нужно? Подарочек так подарочек. Ох-ох-ох». Цветок несколько дней простоял на подоконнике и Викки поняла, что с такой красотой расставаться не желала. Белый ещё нераскрывшийся бутон, несоизмеримый по размеру со своим длинным тонюсеньким стебельком, переливался перламутром под лучами солнца, к которым всегда тянулся, как мотылёк на пламя. Ночью же он особо никак себя не проявлял, только изредка слегка тускнел и набухал, и Викки порой казалось, что всё – он завял, как и все её прежние цветы. Её это безумно расстраивало. Однако утром он снова показывал волю к жизни и возрождался как феникс из пепла – его многочисленные крупные бархатные лепестки закручивались ещё больше вверх по спирали, давая небольшую свободу золотистым тычинкам, просачивающимся сквозь так ни разу и не распустившийся за всё время бутон.

Некоторое время простояв у окна, Викки произнесла вслух с упоением: «До чего приятное утро. Как спокойно. Как хорошо». Улыбка не сходила с её лица, и в таком приподнятом настроении она пошла дальше собираться на работу. Сегодня должно было свершиться прекрасное долгожданное событие – месяц испытательного срока на новом месте закончился, и с сегодняшнего дня её официальная позиция должна быть утверждена – младший финансовый аналитик в одной из крупнейших инвестиционных компаний страны.

Боже! Как многообещающе звучит! Мне уже 27, и как же долго я к этому шла! Наконец-то появилось чувство уверенности в своём будущем и после долгих мытарств моя жизнь радикально поменяется. Я в полном предвкушении. В конце концов, я заслужила или не заслужила?! Думаю, первое и… второе.

Впервые её устраивало в работе всё, начиная от локации компании (всё было в шаговой доступности) и достаточно дружелюбных и приветливых коллег, по крайней мере, на первый взгляд, необычная атмосфера в самом отделе, нестандартный подход к системе обязанностей каждого сотрудника, до внешности самого бизнес-центра, что тоже было немаловажным фактором. Монументальный белоснежный небоскрёб в виде бетонной многоуровневой пирамиды с панорамными окнами, подсвечивающимися разными цветами при наступлении сумерек. Окна в её офисе выходили и на небольшой скверик внизу, и на более низкие и неприметные здания, опоясывающие весь город. «Что ж, не будем забегать вперед. Посмотрим, как всё пойдёт. Главное, чтобы предвкушение не разбилось о реальность», – вздохнул новоявленный младший финаналитик.

На прикроватной тумбочке в спальне лежал её сотовый, который вдруг разразился шумной вибрацией, подобной землетрясению, и звонком, похожим на Иерихонскую трубу (такая стандартная раздражающая мелодия современных смартфонов, а ведь ей давно хотелось заменить этот рингтон на что-то более жизнеутверждающее, но никак руки не доходили):

– Да…

– Спишь?

– Какой там! Любуюсь этим великолепным миром! Прикинь, мне сегодня до неприличия странный сон прис…

– Мечтательница, ты это мне прекращай! У нас сегодня чёртов хурал! А у неё в голове «Пусть всегда будет солнце» и «И этот прекрасный мир»! – произнесла её начальница полушутя-полусердито. – Наш Гена [1] будет рвать и метать, если будет хотя бы малейший косяк с нашей стороны! Причём в своём пассивно-агрессивном стиле. Ты ж знаешь, что всех в дрожь бросает от этого. Новые клиенты, контракт, отчёты…Помнишь? Никакого факапа [2] ! Всю ночь корпела над схемой и не успеваю отчётность доделать, так что частично, но она на тебе! Ещё надо подкорректировать презентацию, а затем…

– Да сделаю я всё! Кристин, не переживай. Сейчас только 6 утра. Скинь мне всё на мыло. Всё будет хорошо, я обещаю! Чесслово.

– Даже не сомневаюсь… Просто волнуюсь немного. Алекс должен назначить несколько стажёров на официальные позиции на основе их успехов за этот месяц, а остальных выгнать взашей. Хоть ты и была лучшей, и Алекс уже подготовил все бумаги для зачисления тебя в штат, косячить всё равно нельзя, понимаешь?

Викки чувствовала, как Кристина искренне переживает и беспокоится о ней.

С одной стороны, приятное чувство. С другой – по-моему, ей пора в отпуск… Иначе так до нервного срыва недалеко…

Кристина, финансовый директор фирмы, не любила разглагольствовать и миндальничать со своими сотрудниками, она всегда сразу переходила к делу. Ей было 35 лет, но выглядела она примерно на тот же возраст, что и Викки, за счёт своей внешности – чуть выше среднего роста, худенькая шатенка, на голове всегда аккуратный хвостик, одета стильно, но не цветасто. Кристина притягивала к себе простотой и человечностью вне работы и твёрдостью характера и стремлением к совершенству во время работы. В своей карьере она достигла небывалых высот благодаря своему трудолюбию и самоотверженности. Как правило, всегда уравновешенная и спокойная, она никогда не позволяла себе ни на кого поднимать голос, даже если этот кто-то этого заслуживал, но за последние пару недель в её жизни, включая и личную, явно начали происходить какие-то пертурбации, из-за чего иногда эмоции брали своё, хотя на эту тему начальница не особо распространялась. Тем не менее сотрудники бесспорно её любили и уважали за то, что она всегда ставила достаточно реалистичные задачи, а от них просила только того, что было прописано в их контракте, главное, чтобы вовремя и без оплошностей. Как ни странно для начальника в современном мире, но от себя она требовала ещё больше, трудоголик в чистом виде, который ищет свет в конце тоннеля, и как только его находит, не идет к нему сразу, а начинает благоустраивать этот тоннель, устанавливать дополнительные причиндалы для него, а потом думать что же ещё можно улучшить, оптимизировать, ведь трудоголикам одного света не достаточно, им нужен сам процесс работы, изнурительный, истощающий нервную систему, утомительный до одури. В этом и состоит их кайф в конце рабочего дня, когда они с чувством недовыполненного с их точки зрения долга едут домой с мыслями о том, что ещё они могут сделать, только уже из дома. Кристина была именно из таких. С Викки она нашла общий язык достаточно быстро, им обеим нравилось работать, быть независимыми и чтобы всё шло как по маслу. Их негласный девиз гласил – ничего лишнего, просто бизнес и никаких соплей. Трудоголик трудоголика видит за версту. На этом фоне Викки обрела в лице начальницы не только наставника, но и друга с первых дней своего пребывания в компании, по сути нашла родственную душу.