Чтение онлайн

– А теперь, – вздохнул Висконти, взяв в руку один из листов на столе, – твой первый раз, когда тебя допускают к сведениям, столь тайным, что от них, ни много ни мало, зависит судьба Конгрегации и Империи. И не надо делать такое лицо; такой информации в твоих руках не бывало никогда. Это расшифровка донесения от наших агентов в Италии. Оно касается одного из неуловимой троицы «Каспар, Бальтазар, Мельхиор»…

Исписанный ровным почерком лист Курт выхватил из протянутой ему руки нетерпеливо, почти бесцеремонно, окунувшись в текст разом, слыша, как затаил дыхание Бруно, склонившийся к бумаге над его плечом. Расшифрованное сообщение он прочитал дважды, всматриваясь в каждое слово, в каждую букву так, словно за нею таился какой-то иной, не видимый ему смысл, и медленно поднял взгляд к лицу Висконти, наблюдавшего за ним терпеливо и серьезно.

– Мы не можем сказать, знает ли Бальтазар о том, что мы о нем знаем, – проговорил кардинальский доверенный негромко. – Но обязаны иметь в виду, что он может хотя бы догадываться.

– Господи Иисусе… – произнес Бруно почти шепотом. – Если он и впрямь это сделает, это же…

– … конец всему христианскому миру, – договорил Курт хмуро, отложив лист. – И это не фигура речи.

– Это лишь половина поступивших новостей, – вздохнул Висконти, протягивая ему второй лист. – Второе донесение дает нам пусть тоненькую, но все же нить к Каспару. Полагаю, оно будет тебе не менее интересно.

Курт замер, глядя на запись, и на сей раз медленно, точно боясь, что все исчезнет, взял лист за самый краешек, начав читать медленно, сдерживая желание выхватывать слова кусками, как клочья мяса – голодный пес…

– Мы знаем теперь, кто этот человек, – подтвердил Висконти, когда он, дочитав, так же неторопливо положил лист на стол. – Это не так много, но уже немало в сравнении с тем, что мы знали о нем прежде. И выходит, что и за покушением на наследника, и за произошедшим в Праге стоит не только Каспар, но и Бальтазар. Они впервые объединились столь явно.

– Прежде мы думали, – осторожно произнес Бруно, – что оба они члены какой-то единой тайной организации. Но если они… Что у таких людей может быть общего? Какой у них интерес?

– И третье, о чем известно лишь Совету и одному-единственному следователю, – кивнул Висконти. – Вы оба помните легенду о путешествии Лейва Счастливого и открытой им земле?.. Так вот, это не легенда. В руки Конгрегации попала его карта.

– Карта… – повторил Курт, нахумрясь. – Не находится ли ее копия на хранении у Императора?

– Именно. Схваченный тобою вор, нанятый Каспаром, пытался и не смог украсть именно ее.

– А следователь, который знал об этом…

– Госпожа фон Рихтхофен, да… Только прошу: не надо укоризн и споров о ее доступе к тайнам: о карте она узнала не от нас, а от Императора, который полагает ее своим доверенным лицом и личным агентом. Не отвлекайся, Гессе… Земля эта – есть, и Каспар очень стремится туда попасть. Мы не знаем, что он надеется там найти; быть может, он и сам не знает, а возможно – он знает то, чего не знаем мы. Но сколь бы ни был он влиятелен в своем кругу здесь, в Империи, он все же не в силах собрать флот, достаточный для путешествия в столь дальние земли. А Бальтазар – может. У него есть для этого и деньги, и власть, и влияние. Империи и Конгрегации придется драться на множестве фронтов разом. Но теперь мы хотя бы знаем, кто наши враги и как планировать ответное наступление; а наступление будет. Просто обороняться больше нельзя.

***

Донесение от: сентябрь, 1397 a. D.

«Вам, кого я знаю, от меня, которого вы знаете, salvete[886].

Спешу сообщить, чт омне стало ведомо, ибо думается мне, что, хоть сие и слух, но слух, внимания достойный, так как не просто некая персона в центре сего слуха, но та, от каковой ждать можно всякого и о каковой уже и из достоверных источников знаем мы немало ужасного.

Хочу сообщить вам, что о Бальтазаре Коссе, гнусно порочащем священный сан, среди кардиналов и заимодавцев идет слух, что вознамерился он занять Святой Престол. Полагает ли он каким-либо образом сместить ныне действующего Папу, либо же еще каким мерзостным способом это совершить, но будто бы намерение его уже твердо и бесповоротно, и он собирает для того силы и влияние, и что будто бы его избрание вот-вот должно совершиться. Все чаще вижу я с ним неприятного человека, каковой неведомо кем является и неведомо с какою целью беседует с Бальтазаром Коссою. Однажды мне довелось слышать его имя – «Фульво», но более ничего не удалось о нем разузнать, ни кто он, ни откуда, ни что ему нужно или зачем он нужен этому бесчестному мерзавцу.

Не знаю, что делать мне и как быть, и храни, Господи, мир христианский, ежели сей нечестивец, развратник и чернокнижник станет руководствовать нами! Во что превратит он Церковь Господню, что станется тогда? Ведь колдун и убийца на папском Престоле одним лишь собою осквернит чистое Тело Христово, и страшней того – вообразить не могу, что за решения он станет принимать и куда повернет стезю, каковая из последних сил своих стремится быть стезею правды!

Помилуй нас всех, Господи, и огради!

Засим остаюсь, да хранит вас Господь и споспешествует делам вашим, и спасет мир Свой».

Донесение от: сентябрь, 1397 a. D.

«По вашей просьбе я попытался узнать как можно больше о нынешнем бытии бывших членов упоминаемого мною в прежних донесениях студенческого общества Болонского университета, исповедующего «безвластие» как идею построения общества. Отчитываюсь в том, что мне удалось выяснить.

Георг (Йиржи) Дворжак, рождения 1347 a. D., основатель сообщества, ныне покойный. По полученным мною сведениям, был убит в Германии около трех лет назад Фемой. По неподтвержденным сведениям, в Феме он, невзирая на богемское происхождение, занимал не последнее место, и его смерть есть следствие внутренней борьбы за влиятельное место в этой организации.

Генрих Вуйтек (факультет прав), состоял в обществе «безвластников» с 1375 по 1380 a. D. Рождения 1350 a. D., из семьи беститульных землевладельцев, отбыл из Болоньи тотчас после окончания университета, как говорят, на родину, в Богемию, где следы его теряются, и местоположение установить не удается. Его семейство, как говорят, довольно приметно в своей деревне (Букованы, подле Карлсбада), посему есть возможность, пусть и малая, при необходимости получить информацию о нем от его родни.

Бальтазар Косса (факультет теологии), состоял в обществе с 1380 по 1383 a. D., полагаю, не нуждается в том, чтобы я вам о нем повествовал. Ринери Гуинджи (факультет теологии) с 1380 по 1383 a. D., его близкий друг, также.

Огюст Годар (факультет прав), состоял в обществе с 1385 по 1390 a. D. Сын адвоката, ныне держит свою адвокатскую практику в Орлеане, ни в чем крамольном замечен не был. Дайте знать, если нужно присмотреться к нему детальней.

Каспар Леманн (факультет прав), состоял в обществе с 1374 по 1381 a. D., рождения 1354 a. D., третий из пяти сын зажиточных крестьян из-под Тюбингена. Вся семья погибла, пока шло его обучение в университете, во время междоусобицы двух местных землевладельцев. Следы его ныне теряются, и местоположение установить не удается. По неподтвержденным данным, возвратившись по окончании университета в Тюбинген и узнав о судьбе родни, весьма долгое время пребывал в депрессии, не пытаясь ни найти должность согласно своему диплому, ни возвратиться к крестьянскому бытию, после чего исчез. По слухам, Каспар Леманн упоминал о том, что желает отыскать старого друга по университету, Георга. Рискну допустить, что подразумевался Георг (Йиржи) Дворжак, но утверждать не возьмусь. Приметы, данные вами, при сравнении с услышанным от видевших его – совпадают (с поправкой на возраст).