Конкистадор
Шрифт:
– Не должна. Возможно, будет болтать, но если сильно не разгоняться, справимся. Взлетаем, командир?
– Да. Нечего тянуть.
– Хорошо. Алексей, у вас кислород в скафандрах еще есть?
– Часа на полтора хватит.
– Тогда погодите пока снимать шлемы. На всякий случай. Как только поднимемся выше грозового фронта, я скажу.
– Есть проблемы? Ветер?
– Ветер – ерунда. Проблема в молниях, – озабоченно отозвался наш пилот. – Везде сильнейшие атмосферные разряды, ситуация сухой грозы. У меня на экране сплошная засветка. Частицы в пылевом облаке трутся друг об друга приобретая заряд, видимо проблема в этом.
– Модуль попадание молний выдержит? – всерьез озаботился я.
– Должен! – уверенности в голосе пилота оказалось чуть меньше, чем я надеялся.
– Тогда стартуем, – решился я. Сидеть и ждать хорошей погоды смысла не было – пылевые бури на Марсе могли идти неделями и даже месяцами, зонд «Оппортьюнити» не даст соврать.
– Принято, командир, – тут же отозвался альдеянин. Модуль слегка качнулся, а потом оторвался от поверхности планеты, устремляясь вверх, к невидимым за пылевыми вихрями звездам.
Глава 12. Начало конференции
Если бы на моем месте оказался аэрофоб со стажем, то после сегодняшнего полета он бы точно свалился с инфарктом от страха. Ну а я отделался лишь несколькими седыми волосками. Не летайте в грозу, люди, не берите с меня пример, даже если вы на Марсе. Такое приключение может хреново закончиться…Однажды мне уже приходилось попадать на самолете в сильную турбулентность, но по сравнению с сегодняшними впечатлениями она показалась детской шалостью. Трясло и болтало нас от души, а периодически модуль и вовсе начинал падать. Все же это была не военная техника повышенной надежности с усиленным движком и генератором силового поля, а гражданская модель, для планет с пониженной гравитацией и разряженной атмосферой. Ее гравитационная установка не отличалась большой мощностью, да и ускоряться, чтобы побыстрее выскочить из атмосферы было никак нельзя – трение о разогнанные до нескольких сотен километров в час пылевые частицы могло повредить корпус посадочного модуля. Приходилось медленно ползти вверх, словно всплывающая подлодка. Усилившийся ветер раскачивал наш воздушный корабль, как пустую бутылку в шторм, а попадания молний следовали одно за другим. На виртуальном экране, транслирующим панораму за бортом, стояло сплошное марево, жутко подсвеченное мертвенно-белым светом вспышек от грозовых разрядов. Марс никак не хотел отпускать нас обратно и, порою мне казалось, что он в этом преуспеет, и мы рухнем вниз, разбившись о пустыню, в наказание за разграбление могил. Мои спутники, пристегнувшись к креслам, молчали, – страшно было всем, без дураков. Разговор никак не клеился, оставалось лишь молиться и ждать. Нет ничего хуже, чем когда ты влип в передрягу и ждешь конца, понимая, что от тебя уже ничего не зависит – либо повезет, либо нет.
Но все когда-то заканчивается. Постепенно модуль перестало болтать, молнии стали попадать в него все реже, а картинка на виртуальном экране начала очищаться. Прошло еще двадцать долгих минут и мы, наконец, вырвались из бури. Чем менее плотной становилась атмосфера за бортом, тем быстрее наш модуль набирал ускорение, выходя на орбиту. Вскоре Марс на экране окончательно провалился вниз, превратившись в красно-желтый диск, а вокруг засияли звезды.
– Поздравляю всех с благополучным взлетом, – раздался в наушниках повеселевший голос Веррна. – Есть контакт с Шершнем, стыковка через сорок минут. Можно снять шлемы. Штаны у всех сухие, товарищи первооткрыватели? Медпомощь никому не нужна?
– Не смешно, – мрачно отозвался майор. – Со штанами полный порядок, но не сблевал я каким-то чудом. Еще немного, и захлебнулся бы в скафандре блевотиной как последний алкаш… Ты, случаем, не специально лихачил? Чтобы нам жизнь медом не казалась?
– Думаешь, я решил вас укачать? – нервно рассмеялся в ответ Веррн.
– А кто тебя знает, морду альдеянкую, – беззлобно ответил майор. – Ты под бомбежкой был когда-нибудь? Ощущения те же – лежишь и ждешь: накроет тебя или мимо пролетит. Ладно, не обижайся, это я от отходняка… Спасибо, что вывез, сокол.
– Не меня, машину благодари, – серьезно отозвался альдеянин. – Она еле живая, чудом из гравитационного колодца вылезли. На диагностической схеме сплошные отказы систем, летим в аварийном режиме. Сразу скажу, без капитального ремонта модуль больше не полетит. Сто семь попаданий молний, защита силовой установки посыпалась. Удивительно, что она в разнос не пошла.
– Не надо нас так пугать, Веррн – задрожал в наушниках голос Кати. – Мы пока не долетели.
– Не бойся, до Шершня остатков ресурса хватит, – успокоил археологиню пилот. – Если бы я не был в этом уверен, не стал бы нагонять панику. Но снова садиться на Марс я не рекомендую. Категорически.
– Ясно. Посадок больше не будет, – вмешался я в разговор. – Хватит, и так неплохо получилось. Считаю, что программу исследований первой марсианской экспедиции мы выполнили и перевыполнили досрочно. После стыковки приказываю всем принять по двести пятьдесят грамм для дезинфекции организма и профилактики психологических травм. А потом баиньки. Завтра летим домой.
Так мы и поступили. После стыковки, вытащив контейнеры с образцами и поместив их в грузовое отделение, мы, наконец, сняли скафандры. Я достал из командирского сейфа «неприкосновенный» коньяк, который мы закусили в кают-компании наскоро приготовленным ужином, повеселевшими голосами наперебой рассказывая Павлу с Алькком о своих приключениях. А затем легли спать. Бортовой интеллект Шершня уже проложил оптимальный маршрут к земной орбите, где нам готовили встречу – трансляция высадки у кратера Королева набрала на ютубе полмиллиарда просмотров и десятки миллионов лайков с дизлайками. Не говоря уже о комментариях… Я их наскоро посмотрел – те, что были на русском. Трэш и угар, одним словом. Не знал, что у нас столько экспертов в астрономии… Но в целом, все как и ожидалось – одни гордятся и радуются, другие пишут гадости, в основном упирая на то, что всю работу проделали альдеяне и поэтому полет нашей экспедиции на Марс – сплошной позор и показуха. Либо без затей заявляя, что видео, как и вся экспедиция, поддельные. Ладно, жизнь нас рассудит… Про закрытую часть экспедиции, с момента обнаружения гробницы до вылета в бурю, пока не знал никто, кроме президента Иттора и высшего руководства России. Но даже они получили лишь краткую текстовую версию событий. Межпланетную трансляцию этих материалов мы из соображений секретности устраивать не стали. Хотя, шила в мешке не утаишь…
Весь обратный полет, я провел в разговорах с Нейкой и глубокой задумчивости. Несколько раз пришлось выходить на связь с Иттором, итоги экспедиции и ход начавшейся в Москве международной конференции по признанию АОР требовали серьезного обсуждения. Товарищ майор, заметив, что я часто пропадаю в рубке Шершня наедине с альдеянами, попробовал было вызвать меня на задушевный разговор, но потерпел неудачу. По большому счету говорить мне с ним было не о чем, а приказать откровенничать он мне не мог. Впрочем, было у всей нашей компании и другое развлечение – мы смотрели в кают-компании транслируемые с конференции материалы и до хрипоты спорили, обсуждая ее ход. Там все складывалось далеко не лучшим образом, несмотря на нашу экспедицию.
Конечно, первая высадка землян на Марсе произвела впечатление на делегатов – инопланетяне наглядно продемонстрировали свои возможности. Ее посыл был ясен – сотрудничайте с нами, люди, и вы сможете сделать то, что еще вчера казалось полной фантастикой. Подаренные землянам лекарства также сыграли свою положительную роль. К альдеянам стали относиться чуть лучше. Что ни говори, больные действительно выздоравливали. Но именно что чуть-чуть. Все равно пришельцы выглядели в глазах прогрессивной международной общественности расчетливыми дельцами, которые потом возьмут с людей за свои подарки сторицей. В лучшем случае. А в худшем – коварными завоевателями, воплощающими какой-то хитрый план по покорению человечества. Какой именно? Выбирайте на свой вкус – в интернете их тысячи, каждый мало-мальски популярный диванный аналитик предлагает свою версию хитрого плана. Союз альдеян с Россией тоже вопросов у «цивилизованного сообщества» не вызывал – всем и каждому ясно, что русские ненавидят свободу и демократию, мечтая завоевать мир. Вот они и спелись с коварными пришельцами из космоса, чего от них еще ожидать-то?
Но пропаганда – пропагандой, а делать что-то надо. Какие-то отношения с альдеянами придется налаживать. Марс наглядно показал – им есть, что дать человечеству. Да и ссора может закончиться печально. Поэтому общественное мнение «властелины дум» из-за океана и их союзники в Старом Свете формировали двояко, по методу кнута и пряника.
Кнутом выступала завуалированная демонизация альдеян и прямая – их русских союзников в средствах массовой информации и интернете. Дескать, прогрессивное и цивилизованное человечество сплотится и не допустит, чтобы пришельцы командовали людьми в их собственном доме. К которому орбита Земли тоже относится… И шантажа и угроз мировое сообщество тоже не потерпит. И вообще – НАТО, как всем известно, организация миролюбивая, но ее бронепоезда контролируют все возможные запасные пути. Под русских и инопланетян никто не прогнется, в случае конфронтации с целым миром они проиграют. Свобода превыше всего и мы ее отстоим! Накал пропаганды был таков, что почти дотягивал до предвоенного, замерев на пороге прямой конфронтации. Но все же некую опасную грань не переходил…
Потому что был и пряник… «Мы можем договориться», – заявляли делегаты от США и ЕС на конференции. Если альдеяне пришли с миром, то давайте дружить. Но сначала докажите нам свои миролюбивые намерения, господа пришельцы. Лекарства – это здорово, но есть же и другие технологии, которые сделают человечество счастливее? Ведь есть же, например антигравитационные установки или реакторы с использованием антиматерии. Так давайте перестанем подозревать друг друга в нехороших намерениях и сольемся, так сказать, в объятиях… Зачем альдеянам нужно создавать орбитальное недогосударство и добиваться его международного признания? Ясно зачем – чтобы держать на орбите постоянно занесенный над человечеством меч, согласие на который дали сами земляне. Дружественный ли это шаг? Нет, конечно, это шаг враждебный. Но если альдеяне свой проект АОР отправят в утиль, то можно найти компромисс. Инопланетные технологии будут справедливо выкуплены специально созданным международным банком. Альдеяне получат паспорта «граждан мира», личную неприкосновенность и солидные денежные счета. Под их руководством запустятся совместные с ведущими странами проекты в области энергетики, экологии, медицины и освоения космоса. И всем будет хорошо. Прогрессивные журналисты, из тех, что с «красивыми лицами» и правильными фамилиями, наперебой описывали в своих статьях будущую утопию – у них получалось, что настанет прямо таки рай на Земле. Хотя мне было ясно как дважды два – если альдеяне пойдут на такой шаг, то через десять-пятнадцать лет их уже не будет, останутся лишь разрозненные «граждане мира» альдеянского происхождения. А все их технологии и контроль над ними перейдут к «цивилизованному человечеству». И все бы ничего, если бы человечество в целом от этого выиграло. Но я примерно представлял, как выгодополучатели распорядятся свалившимся на них с небес подарком. У нас на Земле жизнь и так не сахар. А если дать нынешней «мировой элите» инопланетные технологии и знания, то начнется просто кромешный ад. Для русских – так уж точно, мы и так везде крайние.