Консервация ненависти
Шрифт:
– Не отключайся и докладывай о всех перемещениях генерала и командира отряда.
– Хоп, Сарак.
Молнар слышал переговоры Тагаева и Рината.
– Значит, офицеры что-то обсуждают на плацу, – проговорил он. – Сто против одного, решают, с чего начать поиски плененных старшего лейтенанта и прапорщика. Вот бы послушать их! Как мы не подумали передать Ринату дистанционное прослушивающее устройство? Это твоя ошибка, Рэм, – повернулся Молнар к помощнику.
– Это не ошибка, Габор, я специально не стал посылать «прослушку» Ринату.
– Почему?
– Во-первых, он бы с ней легко мог спалиться. Если недалеко от базы просто стоит машина, то на это не обращают внимания, а вот если из окна видна антенна непонятного устройства, это совершенно другое дело.
– Что во-вторых?
– А во-вторых, мы не знаем, какое оборудование и аппаратуру имеет узел связи отряда. Но, думаю, там есть система обнаружения внешнего и внутреннего несанкционированного контроля. И русские узнали бы, что за ними следят. Это привело бы к захвату Рината. А о том, что он может рассказать спецам, я не хочу и думать. Но уйти из аула нам уже не дали бы точно.
– Ты прав, Рэм, извини, – согласился Мадьяр.
– Не за что, Габор. Интересно, долго ли еще пробудут офицеры на плацу?
– Это известно только генералу.
И тут же на связь вышел Ринат:
– Сарак, майор и капитаны пошли к столовой, генерал с подполковником в сторону штабного модуля.
– Отлично, – проговорил Молнар, – русские словно подыгрывают нам, помогая практически работать по установленному графику. Это, конечно, случайность, но случайность знаковая. Пока фортуна полностью на нашей стороне.
– Генерал и подполковник говорят с дежурным на входе в модуль. Так, вошли в штаб. Они в штабе, Сарак, – продолжал Ринат.
– Хоп! Пока оставайся на месте. Я скажу, когда сможешь отправиться на отдых или еще куда-нибудь.
– Да, Сарак.
Тагаев, отключив телефон, взглянул на Молнара:
– Генерал и командир отряда в штабе.
– Отлично! Рэм! Станция готова?
– Да.
– Набери номер и передай трубку мне.
– Одну секунду, шеф!
Кунич выполнил приказ, и Молнар, приняв трубку, услышал:
– Алло! – Это был номер общей телефонной связи.
– Подполковник Губарь Борис Викторович?
– Да, слушаю вас.
– Добрый вечер, подполковник.
– Кто вы, я слушаю вас.
– Не спешите, передохните немного, день у вас сегодня выдался суматошный.
– Повторяю вопрос, кто вы?
– Я? Называйте меня Мадьяром.
– И что же вам надо, Мадьяр?
– Это мои люди устроили засаду группе капитана Крабова.
После короткой паузы подполковник сказал:
– Если это шутка, то она не удалась.
– Я не шучу, господин Губарь. У меня находятся ваши бойцы, старший лейтенант Бакаров и прапорщик Штеба.
– Почему я должен верить вам?
– У вас есть выбор?
– Выбор есть всегда.
– Но не в данной ситуации. Я готов отпустить ваших офицеров, но при одном условии.
– Каком еще условии?
– У вас, я имею в виду Федеральную службу безопасности, находится некий Аслан Цаев. Так вот, я хочу обменять Аслана на Бакарова и Штебу. Согласитесь, выгодный обмен.
– Но я самостоятельно не решаю подобные вопросы. Мне необходимо время.
– Сутки вас устроят?
– Двое суток, как минимум.
– Хорошо. Через двое суток в это же время я перезвоню вам. До свидания, господин подполковник.
– До свидания… Мадьяр!
Молнар передал трубку Куничу:
– Ну, вот и поговорили. Уходим. Сарак, снимай людей. К утру всем быть в готовности убыть в селение Карбек.
В штабном отсеке генерал Термилов, слышавший разговор командира отряда с Мадьяром, с силой ударил по столу:
– Твою мать, Губарь! Вот этого нам как раз и не хватало.
– Вы бы, товарищ генерал-майор, за словами следили бы?
– Что? Устроил в отряде бардак и еще недоволен.
– Мать трогать не надо!
– А?! Вот ты о чем? Ладно, извини.
– Кто такой Аслан Цаев?
– Полевой командир. Так, мелочовка. Он сейчас в Нальчике у местных фээсбэшников.
– Мелочовка, говорите? Почему из-за этой мелочовки боевики громят группу и захватывают в плен двух бойцов отряда? Разрабатывают целую спецоперацию, проводят тщательную ее подготовку?
– Откуда мне знать? – недовольно поморщился генерал.
– А кто такой Мадьяр?
– Этого не знаю. Сейчас попытаемся выяснить.
Термилов по каналу секретной связи связался с разведотделом вышестоящего штаба. Говорил с полковником, которого называл по имени-отчеству. В основном слушал, задав вопрос насчет Мадьяра. Наконец положил трубку.
– Мадьяр – это главарь бандформирования, которое недавно объявилось здесь. Настоящее имя – Габор Молнар, профессиональный наемник. Находится в международном розыске. Подозревается в серии террористических актов в Восточной Европе, в том числе и в Венгрии, откуда родом.
– Когда же этот Молнар успел подружиться с Цаевым?
– Мне вообще непонятно, с чего это вдруг Мадьяр так рьяно взялся за освобождение Цаева. Разведка не имеет данных о его связях на Северном Кавказе.
– Но он четко обозначил условия передачи нам Бакарова и Штебы.
– Мутная история.
– Надо соглашаться на условия Мадьяра. Вы можете договориться с ФСБ о передаче нам этого Аслана Цаева?
– Договориться можно, – вздохнул генерал, – задействовав руководство в Москве, но ты представляешь, сколько к нам возникнет вопросов?
– Они возникнут и без требований бандитов. По факту нападения на штурмовую группу отряда и пленения офицера и прапорщика.
– Ну почему, Губарь, черт бы тебя побрал, ты не послал на хутор две группы?
– По-моему, мы уже обсуждали этот вопрос, Геннадий Алексеевич.
– Обсуждали?! Слушай, как боевики вышли на твой номер?
– Это не сложно. Номер общий, станичной АТС.
– Так узнай через своего связиста, откуда звонил этот Мадьяр.
Губарь по внутренней связи вызвал связиста отряда: