Чтение онлайн

Телефон звонит. Гниль подземная, забыл выключить.

— Да, мам. Уже поздно, чего не спишь? Не переживай. Брат? Не отвечает? Да он пришел недавно, спит просто, — нагло вру, — вот и не отвечает.

И… пауза. Небольшая пауза. Мать будто думает, что ответить, нежели спокойно выдыхает, что с сыночком все в порядке. Если бы я не знал, что она не та, за кого себя выдает, то не обратил бы внимания на это. Но теперь…

Мать начинает успокаиваться с запозданием. Мол, как же хорошо, а то я переживала. Прощаюсь с ней, кладу трубку.

Вздыхаю, откидываюсь, прикрываю глаза.

Время 01:22

Входная дверь, расположенная прямо в прихожей, открывается. Братик, шляющийся где-то столько времени, явился. Я приоткрываю глаза.

Слышу, как он пытается включить свет. Не работает. Все так же темно.

— Твою мать, даже лампочку не вкрутил, — бубнит вполголоса.

Чувствую отдаленный запах перегара. Вот оно что. Решил оттянуться напоследок. Хотя нет, не так…

— С возвращением, братишка, — говорю вполголоса.

Вижу, как мальчишка вздрагивает от неожиданности.

— Конст, какого хера пугаешь? Где моя комната?

— Подойти, поговорим…

Неуверенные шаги:

— Ну чего еще? Епить, почему тут так темно?

— Мне так комфортнее… Присаживайся.

Слушается.

— Ну? Быстрее? Я бухал, башка раскалывается…

Поднимаю голову, смотрю прямо на братца:

— Ты опустилась до того, что спаиваешь этого ребенка? Лишь бы я ничего не заподозрил?

Вижу блеск в глазах брата. Его сердце бьется в два раза быстрее:

— Чего? Ты дуба епнулся? Чего ты несешь?

Вздыхаю. Мизинец дёргается.

ВШИИИИИХ!!!

Визг брата, наверное, слышит весь дом. Блестящие нити растянули бедолагу прямо над потолком.

— Мне на него плевать, — снова закидываю голову на спинку, закрывая глаза. — Но тебе же нет? Твой любимый… сынок. Я не убью его быстро. Сначала отрежу пальцы рук, потом ног. Крови будет очень много, но он не умрет от этого, я тебя уверяю…

— Ты псих! Вытраханный иди… А-а-а-а-а!

Я сжимаю нить вокруг запястья. Убивать или пытать этого пацана я не хочу. Но напугать его мать нужно.

Пожимаю плечами, говорю:

— А может, я ошибся. Ничего страшного. Зачем мне такой идиот-брат? Неужели ты правда думал, что сможешь мне пригодиться? Никчемный задрот, не способный даже помыть за собой тарелку. Пожалуй, отпустим эти игры. Просто сдохни…

Нить медленно сжимается вокруг шеи…

— Стой! — верещит брат.

Сжимается еще сильнее. Еще немного и проступит кровь.

— Неееет! Константин, остановись! Я признаюсь! Признаюсь, это я! Стой, сынок!

Давление нити ослабевает.

— Амарэ, значит? — лениво кошусь я на растянутое тело мальчишки над потолком.

— Да! Да, Константин! Умоляю, отпусти моего сына!

Пренебрежительно хмыкаю:

— Я бы не стал его так называть. Он обычная марионетка без собственной воли. Скажи, с какого возраста он под твоим контролем? А та девочка, которая называет меня братиком. Кто она?

— Константин, давай поговорим нормально…

— Знаешь, почему ты еще жива, мама? Почему вы живы все втроём? Потому что я вам позволил.

Это правда лишь наполовину. Я предполагал, что тут что-то нечисто, но не был в этом уверен. В таких ситуациях я всегда учитываю лишь худший вариант. Сказал себе: они шпионы. Но веди себя так, будто ты об этом не знаешь. Я разрешал следить за собой, обманывать себя. Но любому терпению приходит конец.

— Я знаю, знаю. Ты умный. Очень. После пробуждения такое бывает. Тебе же Георгий Александрович рассказал все. Мы не могли позволить тебе попасть в чужие руки. Я неродная тебе, да. Но люблю, как сына. Мы с тобой уже очень много лет вместе.

Из уст брата эти слова звучат довольно забавно.

— Вы заодно с заместителем директора?

— Конечно, Константин. Я сама хотела тебе признаться, но… но… это тяжело. Я очень давно с вами. Я чувствую, как вы дороги мне. И сказать, что все это шутка просто… не могла.

Не обращаю внимание на потуги вызвать сентиментальную жалость.

— Почему Исталы и Амарэ заодно?

Вспоминаю, что мне рассказывал заместитель директора о клане «нянек и детей». Новая Эра обустроила им очень комфортные условия. Детский сад, спецобучение. Не каждая школа пойдет на такое. Мне тогда было интересно с чего бы это.

— Амарэ это… Константин, я не могу сказать.

— Правда? Тогда полагаю, что твоему сыну пару пальцев не нужно!

— Стой! Он твой брат!

— Ничего подобного.

— Вы жили под одной крышей много лет! Играли в одни игрушки! Константин, остановись, пока не поздно.

— Знаешь Ли?

Тишина. И хриплое, неуверенное:

— Знаю. Пожалуйста… я лишь хотела… хотела…

И почему мне так тяжело поверить во все эти сопливые и сентиментальные материнский эмоции. Они кажутся слишком… настоящими.

Звонит телефон. Кевин? В такое время.

— Прошу прощения, матушка. Мне нужно ответить. Слушаю.

— Константин! У нас проблемы! Я только что узнал!

— Говори.

— По всему списку с членами клуба, который я тебе отправил прошелся Патрик. Каждому назначены дополнительные занятия и подработки. Всем! Просто всем! Без объяснения причины.

— Как это возможно? — морщусь. — Откуда у Патрика такие возможности? И откуда он узнал про список?

Брат-мама что-то хочется сказать, но я смотрю на него таким взглядом, что он закрывает рот.

— Без понятия! Я сам в полном ах… то есть, замешательстве. Не верю, что такие связи бывают у обычного ученика… Чертовы аристократы. Мне уже отписались семь человек, что они передумали вступать в наш клуб.

— Ясно. Перезвоню завтра, — сбрасываю вызов, перевожу взгляд на трепыхающегося братца. — Продолжим. Еще раз. Я понимаю, что вы охраняли меня, как биологический материал для вашего пазла. Но не понимаю как с этим связаны Амарэ?

— Константин, Амарэ — это скрытая ветвь Исталов. Как Новая Сила у Фрагоров. Это все как в большой политике. Опосредованная война. Не могут большие страны воевать друг с другом в открытую, но могут воевать чужими руками. Вспомни доновосмутную историю. Афганистан, Ирак, Украина… Так же и с кланами. У каждого клана есть ветви, которые они не признают своими… Исталы — обычные зельевары, тогда как главенствующий клан — одаренные разумом. Невозможно им противостоять дорогостоящей алхимией.